1 min read

Третий альбом Ланы Дель Рей под названием Honeymoon не заставил долго ждать — он вышел практически через год после предыдущего Ultraviolence. Критик Kloop.kg Азамат Омуралиев увидел в новом альбоме решительные заявления популярной певицы.

Три года назад, когда вышел Born To Die, тяжело было воспринимать Лану Дель Рей как перспективного музыканта. Казалось, что это всего лишь очередной голос в современной поп-музыке, который всегда найдет своего слушателя, но никогда не сможет оставить отпечатка в истории музыки.

Сам альбом с легкой руки продюсеров получился довольно ветреным и расчетливым, с ощутимым флером суицидальной романтики и не менее неземным голосом. Подбадривался образ этой музыки образом самой Ланы, которая сначала призналась в алкогольной зависимости, а потом заявила, что хочет, как Кобейн и Уайнхаус, умереть молодой.

Однако на прошлогоднем Ultraviolence стало ясно, что не все так просто в случае с Ланой. С одной стороны у нас есть уверенные и успешные гиганты женской поп-музыки вроде Кэти Перри и Тейлор Свифт, а с другой — загадочные и не совсем понятные Лана и условная Лорд.

Если с Лорд потенциал был виден с самого начала, то внимание на Лану стоило обратить именно после второго альбома. Вязкий и размеренный звук, гораздо менее подростковые и более осмысленные тексты сделали из Ultraviolence любопытное летнее явление, которое позже оккупировало хит-парады и радиостанции.

Lane-Del-Rey-Honeymoon-Artwork

Последний альбом Honeymoon же окончательно расставил все по своим местам. Лана Дель Рей — по крайней мере в ее собственных же глазах — это нечто гораздо большее, чем просто голос радиоротаций и полных концертных залов.

Лана замахнулась — если не с этим альбомом, то как минимум с последующими — на звание instant classic, нового голоса поколения, который охарактеризует современный музыкальный ландшафт.

Но методы у нее непростые. Honeymoon — в гораздо большей степени ретроспективный, нежели актуальный альбом. Очень легко представить каждую из этих песен в качестве саундтрека к позапрошлогоднему «Великому Гэтсби» с его тяжелым налетом пафоса и позерства культуры ХХ века, нежели на вершине билборда.

Лана берет давние основы поп-музыки — джаз и соул Нины Симон, Ареты Франклин и Барбары Стрейзенд — и перемалывает их под звук современных «новых тихих» Джеймса Блейка и the xx. Именно в этом ее подход: Лана не придумывает ничего нового, но и не злоупотребляет сэмплами или плагиатом. Особенность Honeymoon — это то, что кажется, будто где-то ты эту музыку уже слышал, но вспомнить точное имя артиста и композиции не можешь.

Другая фишка альбома в том, что теперь Лана меньше оглядывается на слушателя: в гораздо большей степени она заставляет самого слушателя учитывать ее стиль. На Honeymoon нет ни одного потенциального хита, но уже два реальных. Тяжело представить другого артиста современной поп-сцены, в руках которого песни ‘High By the Beach’ и ‘Terrence Loves You’ обрели бы такую популярность.

Впрочем, из этого же Honeymoon видно, что впереди у Ланы очень долгий карьерный путь, и единственное, что ей не стоит делать сейчас — это осуществлять свое желание умереть молодой. А остальное наладится.