Интервью. «Золотая кнопка» от YouTube: Как набрать миллион подписчиков на детских роликах

В середине марта 2017 года Курман Жолдошев получил «Золотую кнопку» от YouTube, которую дают авторам, набравшим больше миллиона подписчиков на своих каналах. В интервью Kloop.kg он рассказал, как добился успеха, зарабатывая десятки тысяч долларов на видеороликах для детей.

Жолдошев стал первым кыргызстанцем, получившим две серебряные (дается за первые 100 тысяч подписчиков) и одну золотую кнопку (дается за первый миллион подписчиков) от YouTube. На один из его каналов, посвященный музыкальным видео для детей, сейчас подписано более 1 600 000 человек. Его ролики в среднем набирают около 80 миллионов просмотров.

Повествование ведётся от лица Курмана Жолдошева

По образованию я финансист. И до 2012 года в основном финансами и занимался. Но потом перешел в сферу продвижения сайтов и рекламы. Проекты мы делали для российского сегмента интернета. Все было нормально, пока в 2014 году не начался кризис. Из-за девальвации рубля мы сильно потеряли. Вдобавок спрос на рекламном рынке упал.

Тогда я начал думать о других путях заработка. Сначала пришлось перейти на западный рынок. Мы пытались делать и продвигать англоязычные сайты, однако в англоязычном сегменте все ниши забиты. Поэтому нам пришлось искать что-то другое, и у нас это получилось.

Скриншот из одного из роликов Курмана

Мы перешли в YouTube. Поначалу я всё делал сам: сам придумывал, сам писал, сам музыку находил и сам монтировал ролики.

Стандартное видео с конфетами для детей должно длиться около часа, и на их создание уходит очень много времени. Сначала, когда я работал в одиночку, на создание одной минуты ролика у меня мог уйти целый день.

Потом нужно было бизнес расширять. Я начал искать людей. Было сложно — специалистов в сфере графики, дизайна и анимации в Кыргызстане не так много. Мы давали объявления, но те, кто приходили, не оправдывали наших ожиданий.

Чтобы решить эту проблему, мы с директором начали связываться с вузами, которые выпускали таких специалистов, и договариваться с ними. Потихоньку и сколотили команду молодых ребят. Теперь уже работаем профессиональными сценаристами, раскадровщиками, аниматорами. Над одним каналом работает до 20 человек. У нас много каналов и для каждого готовится разный контент — объединяет их только то, что это все для детей.

Скриншот из одного из роликов Курмана

«Мы не блогеры»

Блогеры ведут каналы, в которых они рассказывают подписчикам о своей жизни. Они записывают видео о том, что им нравится, или о том, в чем они хотят разобраться.

Мы же целенаправленно делаем видео для детей. Находясь в Кыргызстане, мы работаем на зарубежный рынок.

Нас можно назвать ютуберами, занимающимися подготовкой контента. Мы напрямую связаны с компанией Google, они наши прямые заказчики. Они заказывают, мы готовим и отправляем.

Многие не понимают этих долгих видео. Попадаются люди, которые в комментариях спрашивают: «Что это? Что я тут делаю? О чем вообще речь? Что я смотрю?» Но эти ролики только для детей, у них совсем другая психология. Им нравится просто смотреть: им неважно, есть сюжет или его нет.

Когда делаешь ролик для взрослых, там присутствует трехступенчатая драматургия, структура, шаблоны, какая-то цель, сюжет. Дети до пяти лет этого не понимают: им нужна только хорошая картинка, анимация и простая музыка. Они слушают и просто смотрят. Попадают в эту атмосферу.

И мы этот формат не придумывали — просто нашли то, что популярно среди западных детей, и стали создавать нечто похожее.

Студия, в которой работает команда Курмана

Как мы зарабатываем деньги?

У Google есть центр, который занимается монетизацией YouTube-контента. Это биржа, куда приходят рекламодатели и заказывают рекламу. Её показывают на сайте во время просмотра видео. Таким образом YouTube и зарабатывает деньги. Таким образом зарабатываем и мы.

У нас это не так заметно — в кыргызском YouTube практически нет рекламы. Однако за границей, когда просматриваешь ролики, постоянно выскакивает реклама телевизоров или пылесосов.

Но если тема детская, то рекламируются уже игрушки или что-то из этой области. YouTube сам считывает информацию и сам подбирает рекламу по тематике. То есть, если идет детский ролик, он не привяжет к нему рекламу бытовой техники, а покажет что-нибудь для детей.

За миллион просмотров мы получаем примерно 500 долларов. У Google свой центр, где отслеживаются просмотры видео. Потом высчитывается заработок, и деньги высылаются нам на счёт в банке.

Почему мы не популярны на родине?

В основном видео с наших каналов смотрят дети из Америки, Австралии, Канады, Англии. Мы создаем контент для англоязычных стран. Хотя бывает, что в аналитике видим просмотры из Бразилии, Франции, Японии, Таиланда и Индии. Там достаточно распространен английский язык, но даже если страна не англоязычная, то у Google всё равно есть функция перевода.

Для Кыргызстана мы специально не рекламируем наши каналы. На Фейсбуке нас очень часто спрашивают: «где канал?», «дайте ссылку».

Но вся фишка в том, что если люди с Кыргызстана начнут активно заходить на наши каналы, то YouTube может решить, что алгоритм должен продвигать наши ролики в кыргызском интернете. А это нам невыгодно — алгоритм перестанет показывать наши видео для зарубежных зрителей, и мы потеряем прибыль.

«В одном из наших роликов мы изменили символ на груди у Человека-паука и добавили туда кыргызский орнамент. Возможно, кто-то там за рубежом узнает наш орнамент, поймет, чье производство», – рассказывает Курман. Он попросил не оставлять ссылку на свои каналы, так как это может повредить его бизнесу

Как мы получили «Золотую кнопку»?

«Золотую кнопку» от YouTube я получил за свой первый канал, который раскручивал два года.

Точнее, первый год я пытался его продвигать среди пользователей из Кыргызстана, но никого из здешних пользователей он не интересовал. Тогда я решил переключиться на англоязычные страны и за год набрал миллион подписчиков.

Можно было бы на пиратском, ворованном контенте быстро набрать подписчиков, но подобные каналы живут не больше трех месяцев. За это время нельзя много заработать, максимум 20 тысяч долларов.

Некоторое время я жил в России и общался с ребятами, которые зарабатывают таким образом. Они сидят за несколькими мощными компьютерами, работают через программы, обходят алгоритмы YouTube, создают по сотне каналов, покупают столько же сим-карт и загружают одно и то же видео. В сети начинается взрыв. Все смотрят ролик. И пока YouTube не удаляет это видео, они успевают снять деньги.

Но я не хотел работать по такой схеме. Мне хотелось создавать что-то авторское. Тогда и решил заняться детскими видео. На них можно набирать огромное количество просмотров — если посмотреть топ-10 каналов YouTube, то где-то 6-7 из них будут детскими.

«Золотая кнопка» и «Серебряная кнопка», полученные Курманом

Дети любят сладости — они не могут себе отказать в том, чтобы не нажать на кнопку и не посмотреть. И чупа-чупсы, например, выбраны неспроста. Нас же смотрят в разных точках мира, поэтому и нужно было выбирать конфеты, которые бы узнавали дети со всего мира. Чупа-чупсы можно по-разному называть, но все дети их знают и любят.

YouTube помогает родителям. Когда они приходят домой, им хочется отдохнуть после работы, а дети продолжают требовать внимание. И взрослым проще дать детям телефон, включить видео и занять им ребенка.

У меня самого двое детей, им по пять и шесть лет. Я показывал им свои ролики, детям нравилось. Но, если честно, я не хочу, чтобы они проводили много времени в сети. Дома мы отключили интернет. И все прекрасно. Они играют с простыми игрушки, которые помогают развитию их фантазии.

Лучше им пока без интернета — когда ребенок долго сидит за компьютером, особенно на YouTube, он подвергается огромному влиянию. Я сам знаю, какой там контент водится. От подобного становишься интровертом, не можешь нормально общаться с друзьями.

Но, конечно, бывает: когда я болею, жена занята, а дети просят внимание, просто достаешь телефон и отдаешь им. Иногда это спасает, но я бы хотел, чтобы они игрались обычными игрушками.

Вот у меня в детстве любимыми игрушками были спички. В советское время дома была коробка спичек: я их открывал и строил солдатиков, по две армии, и игрался с ними.