«Здесь грабят всё»

«Если вы попытаетесь здесь взять интервью, то вас, возможно, будут бить», – предупреждает он.

Водители просят не называть их имен и сперва отказываются разговаривать.

«У нас есть секреты. Если вы сейчас сделаете передачу, то нам запретят [торговать], границу закроют. Поэтому мы не будем говорить о проблемах, потому что их нет», — смеется приятель Бакыта.

За один выезд он рассчитывает заработать 5-7 тысяч сомов. Его грузовик вмещает угля на 100 тысяч. Но большая часть выручки уходит на оплату налогов и доставку.

Бакыт закупает уголь на частной шахте в Сулюкте, затем продает его покупателям из Таджикистана прямо на границе. Сумма сделки определяется на кыргызской стороне — здесь есть редкая для этих мест «весовая». Перевозом угля через границу в Таджикистан занимается уже сам покупатель.

Добычей здесь занимаются несколько десятков компаний. Некогда самая крупная из них – «Сулюктакомур», с государственной долей в 45 процентов. Компания появилась в рамках программы Всемирного банка PESAC.

В рамках нее с 1994 по 1996 годы правительство Кыргызстана на кредитные деньги проводило приватизацию «перспективных» государственных предприятий, тогда как неперспективные были закрыты или реструктуризированы.

К середине 90-х некогда прибыльное шахтоуправление «Сулюктинское» было преобразовано в Акционерное общество «Сулюктакомур».

Угольных запасов в Сулюкте хватит на ближайшие 200 лет, но несмотря на перспективы, некогда успешный шахтерский городок производит депрессивное впечатление – инфраструктура выглядит запущенной, а сам город захолустным.

Местный уголь знаменит высоким качеством, но его затратно перевозить вглубь страны. Сулюкта – самый отдаленный город от столицы Кыргызстана – Бишкека. Она находится на юге страны, в Баткенской области.

Эркайым Маданбекова накануне приехала на шахту вместе с водителем грузовика, которого наняла для перевозки угля в Таджикистан. Она занимается продажей топлива из местных забоев с 2000 года.

«Мы только углем занимаемся. Ничего больше в Сулюкте нет. А у нас семьи, как-то надо детей кормить», — говорит она.

«Сулюктакомур» задолжало ей, как и десяткам других сулюктинских женщин, крупную сумму — более 700 тысяч сомов. Но квитанций из бухгалтерии нет даже на половину этих денег.

«Сулюктакомур» отпускает уголь по 2 сома за килограмм. Таджикские покупатели готовы платить 3 сома. Местные называют такую стоимость катастрофически низкой и вспоминают времена, когда цена доходила до 15 сомов за килограмм.

При этом, измерять точное количество угля невозможно — проданное твердое топливо измеряют «на глаз» или вагонетками.

«Тут вслепую меряют вагонами. А когда покупателям отвозим, на месте и рассчитываемся. Бывает, вес в нашу пользу, бывает, что в их», — говорит Маданбекова.

Жайнаков пришел на предприятие весной 2016 года. Он говорит, что увидел объявление о вакансии в газете «Эркин-Тоо», отправил резюме и был приглашен на должность.

Он проводит нам экскурсию по развалинам некогда мощнейшего предприятия региона. Внутренний двор административного комплекса порос сорняками.

Бухгалтер «Сулюктакомур» отказалась разговаривать с нами, но подтвердила, что предприятие продолжает работать «мимо кассы», несмотря на судебный запрет — останавливать добычу на шахте нельзя.

«Нам же так нельзя работать, поэтому разговаривать с вами не хочу, — сказала она.

Оценить, насколько велики масштабы коррупции на предприятии, сложно — несоответствия можно найти даже в документах по закупке строительных материалов.

Например, в закупочных актах за август 2015 года в графах «продавец» и «покупатель» значится один и тот же человек — Эсенбай Абдулхаков. При этом, никто из опрошенных сотрудников «Сулюктакомура» не смог вспомнить, кто такой Абдулхаков, и кто продавал стройматериалы в тот момент.

Без ежедневной закупки стройматериалов шахта работать не сможет — остановка приведет к подъему уровня грунтовых вод, и возобновить добычу будет стоить отдельных средств, которых у «Сулюктакомура» нет.

За 2015-2016 годы на предприятии прошло два аудита. Один из них — по инициативе председателя Совета директоров Урмата Нурбаева. Частная аудиторская компания проверяла работу «Сулюктакомура» — оценивалось количество и качество добываемого и продаваемого угля.

Проверка выявила нарушения — на предприятии должным образом не велась бухгалтерия, количество и сорт вывезенного из шахты угля измерялись «на глаз».

Позиция ФУГИ по «Сулюктакомуру» довольно проста — доля государства в 45 процентов акций не дает возможности полностью управлять предприятием, потому что для этого необходим контрольный пакет более 50 процентов. А закончить приватизацию и передать все акции в частные владения фонд не хочет из-за отсутствия квалифицированных менеджеров.