IWPR: милиция задерживает работающих детей под предлогом защиты их интересов

Сотрудники милиции используют запрет эксплуатации детского труда для дополнительного заработка, утверждают пострадавшие и правозащитники.

Оригинал опубликован на сайте IWPR. Автор: Тимур Токтоналиев.

На просторном рынке «Дордой» за пределами Бишкека, столицы Кыргызстана, 14-летний Жениш оглядывается нервно через плечо, когда собирает пустые картонные коробки на продажу за несколько долларов.

Он опасается милиции, так как его уже дважды помещали в Центр профилактики преступлений среди несовершеннолетних, в прошлом году и еще раз в феврале этого года.

«Меня молча забрали, когда я собирал коробки, ничего не объяснили, – рассказал Жениш (имя изменено) IWPR. – В машине было где-то 5-6 таких же мальчиков, как я, нас привезли в зарешеченное здание и продержали двое суток. Там меня в холоде заставляли мыть полы, подметать, носить воду».

Мать Жениша Венера говорит, что когда пришла в исправительный центр в феврале, у нее попросили сумму, равную десяти долларам США, в качестве взятки за обеспечение его освобождения. После того, как она привезла Жениша домой, она сказала, что он болел неделю и был травмирован подобным опытом. Раньше в свободное время он рисовал горы за пределами Бишкека, но сейчас он рисует милиционеров.

Мать-одиночка Венера сама работает на рынке продавцом, но зарабатывает недостаточно для обеспечения Жениша и двух его сестер. Поэтому каждый день после школы ее сын идет на рынок «Дордой» и собирает коробки, чтобы продать их в пункт приема макулатуры, зарабатывая около четырех долларов за пять часов работы.

Жениш рассказал IWPR, что после последнего задержания некоторое время оставался дома, но, в конце концов, вернулся на рынок, хотя постоянно пребывает начеку.

«Когда мы видим милиционеров, мы сбегаем», – говорит он.

Кыргызстан ратифицировал ключевые международные документы, касающиеся детского труда и в соответствии с национальным законодательством работодателям запрещено принимать на работу детей младше 16 лет.

Тем не менее, дети обычно работают на рынках дворниками, носильщиками или сборщиками мусора. Большинство сопровождают одного из родителей, работающего там же торговцем.

Комплексное исследование детского труда было проведено совместно национальным статистическим комитетом Кыргызстана и Международной организацией труда в 2007 году. По данным этого исследования, более 40 процентов детей в Кыргызстане работают тем или иным образом.

По правилам, милиционерам разрешено помещать несовершеннолетних в Центр по профилактике преступлений среди несовершеннолетних за антисоциальное поведение или если они сбежали из дома или беспризорники.

В соответствии с законодательством Кыргызстана о детском труде, родитель или опекун, а не ребенок, должен быть наказан за нарушение этих правил. Первое нарушение влечет за собой предупреждение, следующее нарушение – штраф до 50 долларов.

По словам правозащитников, сотрудники правоохранительных органов используют законодательство, чтобы заставить родителей платить взятки за освобождение их детей и во избежание привлечения к ответственности.

Социальный работник Центра защиты детей Акыл Мурадылов рассказал IWPR, что эта практика распространена на рынках по всей стране. Несмотря на улучшение ситуации с тех пор, как правозащитные группы начали кампанию против задержания детей, взяточничество до сих пор продолжается.

«Они ловят, отвозят и отпускают за деньги. Эта практика до сих пор не заканчивается», – говорит Мурадылов.

По словам правозащитников и детей, работающих на «Дордое», которые дали интервью IWPR, многих задерживали хотя бы один раз.

Гульжамал Султаналиева, руководитель фонда «Доор эли», который реализует проекты, направленные против детского труда, рассказала IWPR, что взятки, в среднем, варьируются от пяти до пятнадцати долларов.

Но она добавила: «Хотя фиксировались суммы и побольше. Мы, чтобы выяснить и подтвердить эти факты, говорили со множеством детей и их родителями».

Рыночный торговец Кайыргуль Тентишова говорит: «Все мы знаем, что это ежедневная шабашка милиционеров. Кого тут по округе не спросите, чьи дети работают на базаре, каждый сталкивался с такой коррупцией».

Тентишова вспомнила, как она впервые пошла в Центр по профилактике преступлений среди несовершеннолетних, чтобы решить вопрос об освобождении ее сына. Власти отказались отпустить его, даже когда она пообещала, что не будет брать его на рынок работать.

Другая женщина сказала ей там, что ей нужно дать взятку, поэтому Тентишова дала сотрудникам четыре доллара, которые у нее были на обратную дорогу домой.

Министерство внутренних дел признает, что милиция задерживает подростков, которых находит работающими на рынке, но настаивает, что они работают в рамках закона и задерживают только тех детей, которые живут на улице, или которые сбежали из дома.

«У нас есть инспекторы по делам несовершеннолетних, участковые, и они наблюдают на улицах, – говорит пресс-секретарь МВД Эрнис Осмонбаев в интервью IWPR. – Они не только по базарам ходят. Они просто так не ловят кого попало. Они ходят туда-сюда, наблюдают. Спрашивают кто, как он здесь оказался и так далее».

Осмонбаев полностью отвергает обвинения в коррупции среди милиции. «Мы заботимся об их детях, а они в ответ заявляют, что мы освобождаем их детей за деньги», – говорит он.

Он добавил, что социальные работники и гражданские активисты сопровождают сотрудников милиции, когда проводятся крупные рейды.

Заместитель директора Центра по профилактике преступлений среди несовершеннолетних Рыспай Асанакунов также отрицает, что его подчиненные берут взятки для освобождения подростков.

«Если эти родители придут, покажут, расскажут, все докажут, я бы принял строгие меры по отношению к этим сотрудникам. На данный момент я могу гарантировать, что таких сотрудников у меня нет. У нас никто не берет деньги», – говорит Асанакунов.

Работники по правам детей столкнулись с дилеммой оказания помощи работающим подросткам, чьи жизни разрушены и которые сталкиваются с проблемами со здоровьем.

Три года назад Центр семейной медицины, чей персонал регулярно посещает рынки и проверяет здоровье несовершеннолетних работников, объявил о том, что в четырех местах, включая «Дордой», они обнаружили около 300 детей, нуждавшихся в лечении респираторных и костно-мышечных заболеваний.

Очень часто эти дети происходят из неполных семей или семей «внутренних мигрантов» из других частей Кыргызстана. Если у них нет прописки в Бишкеке, они не могут пойти в школы, государственные детские сады или медицинские центры.

«У многих работающих детей мать воспитывает нескольких детей одна, – говорит Гладис Темирчиева из Центра по защите детей. – И так как у нее нет возможности всех обеспечить всем необходимым, чаще всего старший из детей берет на себя ответственность поддержки семьи».

«Чаще всего с матерью работает. Но есть и такие семьи, где всю семью тянет только он – ребенок, так как мать больна, либо не с кем оставить маленьких детей».

По словам Темирчиевой, вместе с искоренением коррупции в правоохранительных органах, власти должны обратить внимание и на социальные проблемы, которые вынуждают несовершеннолетних идти на работу. Эти официальные меры, которые применяются, «не реализуются как следует», – говорит она.

Султаналиева согласна с тем, что необходимо делать больше. «Наши правоохранительные органы прекрасно осведомлены об этом вопросе… но стараются закрывать на подобные вещи глаза», – говорит она.

Она вспомнила, как ее НПО помогло одной матери, Насип Шопоковой, после того, как ее 13-летнего сына повторно задержала милиция и Шопокова сообщила о многочисленных задержаниях мальчика в Центр профилактики преступлений среди несовершеннолетних и разговаривала со следователем, но ответа не получила.

По словам Шопоковой, во время самого последнего инцидента она так отчаялась, что схватилась за дверь милицейского автомобиля, когда он отъехал, и бежала за ним несколько метров до тех пор, пока милиционеры не остановились и не отпустили ее сына.

«Это наши дети, они никакие не преступники, беспризорники или бездомные. Они просто помогают нам в свободное время, зарабатывают честным трудом. Что тут плохого?»