Адвокатесса Асель Аргымбаева уже два года защищает в суде бизнесмена и оппозиционера Имамидина Ташова.
Ранее экс-главу ГКНБ Камчыбека Ташиева и его соучастников признали виновными в попытке захвата власти, но свободы не лишили, а отправили под пробацию. После этого Аргымбаева рассказала, как расследуются дела о «госпереворотах» — на примере своего подзащитного, который не был приближен к власти и не считался другом президента.
«Совсем скоро начнутся судебные прения по уголовному делу основателя компании «KG Group» Имамидина Ташова, которого суд первой инстанции приговорил к 9 годам лишения свободы. Я решила показать вам изнанку этого громкого дела. Без эмоций. Только сухие факты», — написала Аргымбаева.
В своих соцсетях она привела отрывок допроса старшего следователя ГКНБ по Бишкеку Б. Джумалиева, проходившего в Бишкекском горсуде 23 апреля 2026 года. Касался допрос главного доказательства в деле против Имамидина Ташова. Видео было записано в СИЗО-1 человеком, которого осудили за мошенничество, а уже после возбуждения дела в отношении Ташова отпустили на свободу:
На вопрос адвокатов, как видео с режимного объекта (где запрещены телефоны) попало к следователю, Джумалиев отвечает:
— Оперативник скинул мне на личный номер WhatsApp
— Вы подлинность этих материалов проверяли?
— Подлинность — нет
— Достоверность записи?
— Нет, не проверял
— Изымалось ли устройство, на которое производилась видеозапись?
— Нет, не изымалось
«То есть главное доказательство обвинения следователь получил через WhatsApp, не проверив его подлинность, достоверность и даже не изъяв устройство, на которое оно было записано. Но и это не все. Согласно части 3 статьи 237 УПК КР после завершения внедрения конфидента уполномоченный орган обязан представить следователю официальный отчет», — пишет Аргымбаева.
В суде следователь пояснил:
— Такого отчета не было.
— Нет, он не составлялся.
А затем добавил еще одну фразу:
— Я даже не знал, что он (конфидент) находился в СИЗО.
«Итого: в материалах дела отсутствует отчет о завершении внедрения, отсутствует легализация действий конфидента в СИЗО, отсутствует судебная санкция на проведение соответствующих действий в следственном изоляторе, и самое главное, ключевое доказательство обвинения получено посредством пересылки с неизвестного источника сначала оперативному сотруднику по мессенджеру Zangi, тот в свою очередь пересылает его через WhatsApp следователю. Следователь, естественно подлинность записи не проверяет потому что ему это не интересно», — рассказывает она.
Главу стройкомпании KG Group Имамидина Ташова задержали в конце апреля 2024 года. Тогда ему предъявили обвинения по статьям «Насильственный захват власти», «Публичные призывы к насильственному захвату власти» и «Незаконное пересечение государственной границы КР».
На бизнесмена возбудили уголовное дело и объявили в розыск после того, как он обвинил сотрудников ГКНБ в похищении, запугивании и вымогательстве. По его словам, в конце 2023 года его якобы задержали неизвестные люди, представившиеся сотрудниками спецслужбы, и продержали в неволе восемь дней ему и близким в том числе тем, что отберут его компанию KG Group. Также он утверждал, что с него вымогали 100 млн сомов «в левый карман», помимо 52 млн, которые он выплатил по делу о незаконном строительстве.
Он несколько раз пытался навредить себе. Например, в Первомайском райсуде рассказал, что его пытали сотрудники ГКНБ и попытался порезать себе горло.
В СИЗО-1 он порезал себе живот одноразовой бритвой — в ГКНБ заявили, что Ташов «целенаправленно готовился к суицидальным действиям». Также Ташов снова пытался покончить с собой в СИЗО-1, порезав правую часть живота. В СИН говорили, что в камере нашли осколки зеркала.
Ташова приговорили к девяти годам лишения свободы с конфискацией имущества. Гособвинение запрашивало для него 15 лет колонии.
