Долгое время было принято считать, что Китай в Центральной Азии интересует инфраструктура и логистика «Нового Шелкового пути», а гарантом устойчивости политических режимов в регионе остается Россия. Но юбилейный саммит ШОС в Бишкеке показал, что ситуация меняется. Китай, как удав, не спеша и без явной конфронтации с Россией заглатывает экономическое пространство у ЕАЭС и военно-политическое поле у ОДКБ. И возможно, дальше всего этот процесс зашел в Кыргызстане.
Юбилейный саммит ШОС в Бишкеке не увенчался прорывными соглашениями, но стал демонстрацией растущего международного веса КНР. И не только потому, что совпал с государственным визитом Си Цзиньпина в Кыргызстан.
Путин больше не ровня
Число участников расширенного формата ШОС+ в этом году было рекордным. Кандидат политических наук из Казахстана Досым Сатпаев объясняет это общим стремлением к партнерству с Китаем, который позиционирует себя как центр глобального порядка и понятных правил игры на фоне непредсказуемости президента США Дональда Трампа. Это одна из причин, по которым ШОС расширяется на фоне кризиса других международных организаций, считает эксперт.
«Утвержденный в Бишкеке план развития портов и логистических центров на 2026–2030 годы показывает, что развитие евразийской транспортной инфраструктуры, по сути, сейчас объединило интересы Китая, Центральной Азии, ЕС, США, Азербайджана и Турции, — говорит Сатпаев.
— Кроме того, в ШОС уже стали обсуждать цифровую инфраструктуру, где Китай хочет занять монопольное положение».
Обстановка вокруг Владимира Путина в Бишкеке была совсем другой. До 2022 года президент РФ сам трижды был хозяином саммитов ШОС и приезжал на них как один из двух системообразующих лидеров организации, с автономной внешнеполитической повесткой.
Но увязнув в войне, Путин все больше теряется в тени председателя Си. Теперь на саммитах ШОС он — в статусе стороны, нуждающейся в покровительстве и понимании со стороны Пекина.
Железная дорога из Китая в Узбекистан и транскаспийские логистические проекты, которые Москва успешно блокировала 20 лет, теперь быстро строятся.
Двусторонние встречи президента РФ в Бишкеке показали, что с ним стали меньше церемониться. Премьер-министр Индии Нарендра Моди опять призвал его закончить «бесконечную войну» с Украиной (политолог Аркадий Дубнов в разговоре с «Клоопом» назвал это важнейшим событием саммита). Ранее о своем «непонимании» причин войны публично говорил Путину президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев. А армянский премьер Никол Пашинян снова отказался от предложения провести в стране референдум о выборе между Евросоюзом и ЕАЭС.
Между тем, позиции Китая в Центральной Азии продолжают усиливаться. В 2025 году он впервые стал главным торговым партнером всех пяти стран с рекордным оборотом $106,3 млрд. Регион закупает все больше китайской военной техники.
Все это уже конвертируется во влияние Пекина на внутреннюю политику — в частности, в Кыргызстане.
«Взаимодействие в этнических вопросах»
В пакете документов, подписанных Си и Жапаровым, упоминаются «Меморандум о взаимодействии в сфере этнических вопросов», «Программа сотрудничества в области развития человеческих ресурсов» и «Соглашение о взаимодействии в области телевидения, радиовещания, медиаконтента и онлайн-аудиовизуальных средств».
Что это за вопросы и ресурсы, пока не ясно: сами документы еще не опубликованы. Но в Кыргызстане довольно сильны антикитайские настроения.
Несмотря на уважительное отношение к Китаю в целом, кыргызстанцев тревожит долг страны перед КНР. Опасения, что китайские инвесторы заберут объекты инфраструктуры, построенные в кредит, высказывал в 2021 году сам Садыр Жапаров уже будучи президентом страны. С тех пор долг перед Китаем уменьшился на $300 млн, но он все еще остается крупнейшим кредитором — Минфин КР оценивает его долю во внешнем долге страны в 27%, а китайский посол в Кыргызстане — в 36%.
Многим кыргызстанцам не нравится, что китайский бизнес, которого становится все больше, предпочитает ввозить своих работников, а не нанимать местных жителей. За январь-июнь 2026 года Кыргызстан выдал около 61 тысячи рабочих виз, причем примерно 60% из них — гражданам Китая. При этом сами кыргызстанцы часто вынуждены работать за границей.
Большой резонанс получают посты о бытовых и производственных конфликтах с гражданами КНР, слухи о подкупе кыргызских чиновников китайскими инвесторами и особенно — о скупке ими земли и недвижимости.
В июле общество всколыхнула новость о том, что иностранцы смогут брать в аренду землю на 49 лет без торгов. При этом в социальных сетях обсуждалось, что земли Кыргызстана отдадут инвесторам именно из Китая. За полгода до этого по сети разошлось видео огромного забора, которым китайская компания огородила землю, взятую в аренду как раз на 49 лет. Успокаивать сограждан пришлось лично президенту и членам правительства.
О китайцах — хорошо или никак
К антикитайским настроениям администрация Садыра Жапарова более чувствительна, чем к негативу в адрес выходцев из других стран.
В 2024 году националистически настроенные кыргызстанцы напали на общежития, хостелы и швейные цеха, где жили и работали студенты из Пакистана и Индии (студенты после этого стали покидать страну). Тогда шеф ГКНБ Камчыбек Ташиев даже частично поддержал претензии участников беспорядков к мигрантам.
С китайскими гражданами все иначе. Недовольных ими задерживают и грозят уголовными сроками даже за посты о том, что китайские подрядчики некачественно строят ипотечные многоэтажки.
Перед визитом Си гайки закрутили еще сильнее. 13 июня суд арестовал активиста и политика Мавляна Аскарбекова. За критику наплыва китайских граждан, в том числе в малый и средний бизнес, его обвинили по статье 330 УК КР «возбуждение розни». На следующий день Жапаров лично выступил в защиту иностранных рабочих, при этом не акцентируя внимания только на китайских гражданах, и призвал «решительно пресекать» заявления об их массовом завозе.
20 июля глава пресс-службы президента Дайырбек Орунбеков выложил в Facebook личные данные сограждан, которые якобы «распространяли ложную информацию» о китайской активности в стране.
Он разделил их на четыре группы: сторонников бывшего президента Алмазбека Атмабаева, экс-депутата Адахана Мадумарова, экс-главы ГКНБ Камчыбека Ташиева и «СМИ — НПО». И пригрозил им всем судом за «разжигание межнациональной ненависти», в том числе за посты с содержанием «Китай нас захватывает…». Имя Камчыбека Ташиева он удалил из поста через несколько часов после его публикации.
27 июля активиста Азамата Баяманова, критиковавшего передачу земли в аренду китайским инвесторам, арестовали по делу об организации массовых беспорядков.
14 августа, за две недели до встречи с Си, Садыр Жапаров заявил, что антикитайские настроения в Кыргызстане разжигают некие «внешние и внутренние силы». А 29 августа, перед саммитом ШОС, потребовал от силовиков беспощадно карать «врагов народа», которые «получают деньги от внешних сил» и пытаются «раскачать страну».
Пекин это, похоже, оценил. В статье для кыргызстанских СМИ, опубликованной перед визитом в Бишкек, Си Цзиньпин похвалил Садыра Жапарова за «стабильность» и «общественное согласие». А по приезду заявил, что Китай продвигает идею «сильного государства». Это выглядит как поддержка авторитарного стиля правления Жапарова перед президентскими выборами, которые должны пройти 24 января 2027 года.
Жапаров не остался в долгу: как подчеркивает «Синьхуа», Си стал первым иностранным лидером, которого президент Кыргызстана пригласил вечером с женой в свою резиденцию.
Почему Пекин поддерживает авторитаризм Жапарова
Экономический вес Китая в Центральной Азии, действительно, трансформировался в политический, и глубже всего политическое взаимодействие с Китаем — у Кыргызстана, констатирует Темур Умаров, научный сотрудник Берлинского центра Карнеги. Он связывает это, в том числе, с персональной историей Садыра Жапарова.
«Если посмотреть, как Садыр Жапаров приходил к власти, там во многих аспектах есть китайский след. Он прослеживался и в его президентской кампании, и в том, какие люди его окружают. В его карьере и биографии тоже есть связи с Китаем».
Судя по документам, подписанным Жапаровым и Си в Бишкеке, Пекин постепенно адаптируется и к антикитайским протестам, которых в Кыргызстане всегда было больше, чем у соседей, отмечает эксперт.
«Например, соглашение о взаимодействии в области медиаконтента это прямой ответ на проблему плохой репутации Китая в Кыргызстане. Китай, условно говоря, хочет, чтобы о нем писали хорошо и не писали плохо. И здесь они как бы на одной стороне с кыргызскими властями, которые стараются блокировать любую критику их внутренней или внешней политики», — говорит Умаров.
В целом это не уникальная ситуация для Центральной Азии, соседи ведут себя примерно так же, говорит Умаров. Он напоминает, что 2025 году в Таджикистане журналистку Рухшону Хакимову посадили на 8 лет за «госизмену». Поводом стал опрос граждан об отношении к Китаю для Central Asia Barometer.
Но у Кыргызстана отношения с Китаем все же особые, считает эксперт.
«Китай действительно поддерживает авторитаризм Садыра Жапарова. Ему важно иметь стабильного партнера, который будет гарантировать защиту китайских активов и не подвергнет сомнению китайские амбиции в Кыргызстане.
С этой точки зрения Садыр Жапаров устраивает Китай. Хотя Пекин готов работать с любым человеком, который будет держать в порядке государственное управление в Кыргызстане», — считает Умаров.
ШОС расширяется за счет ЕАЭС и ОДКБ
При этом влияние России в Центральной Азии все еще очень велико и его не стоит недооценивать, полагают собеседники «Клоопа». Особенно в традиционной для нее сфере безопасности.
Темур Умаров пока не видит у Пекина желания заменить Москву в роли гаранта безопасности местных политических режимов. «Китай и страны Центральной Азии активно сотрудничают на уровне силовых структур. И все же у Китая нет главного, что предоставляет России эту роль гаранта: неформального взаимопонимания с местными элитами и буквально общения на одном языке».
Тем не менее, Досым Сатпаев отмечает, что ШОС сейчас расширяется как раз за счет российских интеграционных объединений (они начали переживать кризис еще до полномасштабного вторжения РФ в Украину — «Клооп»).
«В целом, если посмотреть на тренды, возникает ощущение, что Китай, не спеша и без явной конфронтации с Россией, как удав постепенно заглатывает экономическое пространство у ЕАЭС и военно-политическое поле у ОДКБ, — резюмирует казахстанский эксперт.
— Это четко видно по увеличению количества членов ШОС за счет ЕАЭС и ОДКБ, особенно после недавнего вхождения Беларуси. Также обращает на себя внимание участие Армении, как партнера по диалогу ШОС, на фоне приостановки ее участия в ЕАЭС и ОДКБ».
