Би-би-си: Что является движущей силой протестов в Кыргызстане?

Митингов в Бишкеке так много, что порой бывают митинги против митингов, как этот, прошедший 12 марта 2013 года.

митинг

Около традиционной юрты сидят несколько пожилых кыргызских женщин. Они сортируют детскую одежду для продажи. Они не торговцы. Они называют себя матерями-героинями, и они — одна из движущих сил демонстраций в южном городе Джалал-Абаде.

Оригинал: Би-би-си

Перевод: Хлоя Гейне

Эти матери-героини время от времени занимают площадь перед зданием областной администрации с октября прошлого года. Они требуют освобождения трех оппозиционных депутатов парламента, задержанных по обвинению в попытке насильственного захвата власти во время массового митинга.

Буквально несколько дней назад их сторонники штурмом заняли здание Джалал-Абадской обладминистрации, вынудив местного губернатора бежать. Они также заблокировали единственную трассу, которая связывает север Кыргызстана с югом.

Такие протесты уже стали обыденностью в Кыргызстане. По словам премьер-министра страны Жанторо Сатыбалдиева, в 2012 году по всему Кыргызстану прошло 1286 акций протеста. Это значит, что в среднем в день проходило более трех митингов или пикетов.

Фермеры, водители грузовиков, владельцы казино, захватчики земель, торговцы, милиционеры — представители всех слоев общества все чаще пытаются решить свои проблемы, выходя на улицы. Ранее в этом году несколько сотен людей, уставших от демонстраций, провели в Бишкеке митинг против митингов.

Медет Тюлегенов, политический аналитик из Американского университета Центральной Азии, говорит, что выход людей на улицы означает нехватку доверия к правительству.

«Формальные механизмы для обратной связи с властями слабы или абсолютно отсутствуют. Поэтому акции протеста часто являются единственным способом для коммуникации», — считает он.

«Народ»

Культура митингов сформировалась в Кыргызстане двумя массовыми восстаниями, произошедшими за последние годы. В 2005 году, и затем снова в 2010-м, толпа захватывала Белый дом, где сидит правительство, и свергала правившего президента.

Это и привело к сегодняшней ситуации, когда толпа из нескольких сотен человек, некоторым из которых заинтересованные стороны возможно заплатили за участие, может «назанчить» своих губернаторов, директоров и других госчиновников.

Правительство обычно не признает «народных» управленцев, но в то же время оно не может игнорировать настроения в регионах страны и на местах.

Ранее в этом году, например, новому главе милиции в высокогорной Нарынской области пришлось оставить свое рабочее место и бежать после того, как местные жители и милиционеры, недовольные его назначением, штурмом взяли здание милиции.

Хотя правительство страны и настаивает, что глава милиции был назначен законно и остается самым предпочтительным кандидатом на этот пост, он пока не вернулся к исполнению своих обязанностей.

И каждый такой массовый протест становится примером для людей, которые готовы к нему присоединиться.

«Президент Атамбаев пришел к власти посредством массовых протестов. Он также захватил Белый дом. Почему же мы не можем выступить со своими недовольствами?», — говорит Анархан Дехканова, одна из матерей-героинь, вспоминая о восстании 2010 года и в ответ на предположение, что был нарушен закон, когда был изгнан Джалал-Абадский губернатор.

Признав эту растущую культуру протеста, новое правительство часто использует в своих лозунгах слово «эл» — «народ» — чтобы подчеркнуть свою приверженность законам общества.

Один из таких лозунгов на веб-сайте Министерства внутренних дел гласит: «Вместе с народом и во имя процветания нашей Родины».

Силовикам также трудно разгонять демонстраторов, даже если они нарушают закон. В Джалал-Абаде милиция наблюдала за тем, как протестующие блокировали трассу, что стало причиной большой пробки и серьезных экономических потерь для местного бизнеса.

«Там были не только молодые люди», — говорит Алмазбек Малабеков, начальник милиции того района, где была заблокирована дорога.

«Также там были пожилые мужчины и женщины. Если бы мы применили силу, чтобы разогнать их, то ситуация только ухудшилась бы».

«Мягкий подход»

Тем не менее, мирные демонстрации могут перерасти в насилие. В прошлом месяце протестующие в Иссык-Кульской области, выступая против соглашения о добыче золота, вступили в столкновение с милицией. Чтобы прекратить массовые беспорядки, правительство было вынуждено объявить в области чрезвычайное положение.

Чтобы прекратить серию уличных демонстраций и усилить верховенство закона, правительство должно наказать тех, кто нарушает их, говорит господин Тюлегенов.

«Важно не создавать чувство безнаказанности, которое поощряет протестующих выступать более радикально. Но также важно сочетать переговоры и мягкий подход», — считает он.

Эрика Марат, эксперт по Центральной Азии, говорит, что правительство должно также попытаться включить лидеров оппозиции в политический процесс и усилить власть на местах.

«Улучшение возможностей и профессионализма местных органов власти позволило бы им решить сугубо местные проблемы народа [из-за которых они выходят на митинги] и предотвратить мобилизацию агрессивных групп», — считает она.

Возвращаясь к ситуации в Джалал-Абаде, несколько демонстрантов до сих пор остаются на площади. Пустые юрты означают, что толпа может собраться в любой момент.

Они угрожают снова заблокировать трассу, если их требования не будут исполнены. По мере того, как центральноазиатское лето становится более жарким, протестующие могут сделать перерыв. Но они вернутся осенью.