1 min read

Бывший спикер парламента Зайнидин Курманов считает, что кыргызские партии являются центристскими и схожи, по своей идеологии, с «Единой Россией» и «Нур Отан».

Парламентские выборы пройдут 4 октября 2015 года — это вторые выборы в Жогорку Кенеш после смены власти в 2010 году. О своем намерении участвовать в выборах объявили 34 партии.

Экс-спикер парламента и доктор исторических наук Зайнидин Курманов в интервью “Клооп Радио” оценил шансы политических партий на выборах и дал экспертную оценку ряду партийных объединений в их преддверии.

В преддверии парламентских выборов многие партии объединяются, даже те, у кого кардинальные различия в программах и целях, как примеру «Бутун Кыргызстан» и «Эмгек». Как такое вообще возможно?

Согласно западной традиции, где партии существуют уже свыше 200 лет, объединяться могут только партии, близкие и по идейному, и по душевному смыслу, и по политическим программам, и по целям, и по задачам.

Если происходит объединение противоположных партий, то они [союзы] называются беспринципными. Если посмотреть с точки зрения западных традиций, мы являемся свидетелями создания беспринципных блоков.

Логично когда консерваторы объединяются с консерваторами и так далее. Партия Аскара Салымбекова позиционирует себя правоцентристской, либеральной партией, а «Бутун Кыргызстан» — я вообще не знаю какая у них идеология.

Я знаю Адахана Кимсанбаевича (Мадумарова) — он является неокоммунистом, и думаю его партия больше неокоммунистическая, она ближе к социал-демократам. Но наш вариант социал-демократии отличается от западной, и наша отечественная социал-демократия больше похожа на неокоммунизм — она еще не выросла из штанишек.

У нас в парламенте две партии социал-демократические — это СДПК и «Ата Мекен», и я вижу разницу, которая накладывает отпечаток [на их имидж], что две партии нередко были оппозиционны по отношении друг к другу, что противоречит логике.

А в Кыргызстане сложилась такая ситуация, что политические программы ничего не значат, люди голосуют не за программы, а за личности.

В данном случае речь идет о двух колоритных личностях: с севера — Аскар Салымбеков, и с юга — Мадумаров.

Следует отметить, что лидеры движения «Жаны Муун» недавно выходили на митинг и перечеркивали лицо Омурбека Текебаева; выходили против него на митинг. А сейчас они сплотились вместе с Текебаевым. Как можно назвать такой шаг этих политических организаций?

Это предвыборный ход. Когда они выходили на митинг против Текебаева — они выступали против власти. Сейчас партия Текебаева [«Ата Мекен»] заняла оппозиционную нишу, [она стала] радикально-оппозиционных позиций.

Текебаев сделал достаточно мудрый шаг, потому что недовольных в Кыргызстане много, а у «Жаны Муун» выбора нет.

Текебаев чувтвует себя хорошо в роли оппозиционера. Когда он был во власти, то не чувствовал себя комфортно — по характеру он бунтарь, который, даже если все будет прекрасно, будет критиковать.

Здесь я ничего из ряда «вон выходящего» не вижу. СДПК пытается собрать тех, кто говорит нынешней власти «да», а Текебаев тех, кто говорит «нет». А зачем «Ата Мекену» нужен «Жаны Муун» — это правильный пиар-ход, так как может привлечь электорат и [позволит партии Текебаева] победить.

Почему партия «Реформа», которая, по сути, является либеральной и в основном больше поддерживает демократические ценности, предпочла союз с «Республикой — Ата-Журт»? «Ата-Журт» ведь является национал-патриотической партией.

Мне кажется, они больше тяготеют не к «Ата-Журту», а к [Омурбеку] Бабанову. Партия Бабанова центристского толка. Центристы — это ни рыба, ни мясо — они берут у правых часть программы, у левых часть программы и объединяют. Называйте как угодно. Ленин бы назвал их болотом.

К примеру центристская партия «Единая Россия», «Нур Отан», то есть на евразийском пространстве президенты решили, что центризм — это лучшее политическое поле.

На западе центризм не приветствуется. И борьба только начинается, и некоторые избирательные блоки потом могут рассыпаться.

Кроме слияния партий, есть и другие процессы: Дастан Бекешев, который довольно долгое время критиковал СДПК, теперь идет на выборы от партии президента. Что это может значить?

Человек [Бекешев] слаб. Он демонстрировал силу, характер и принципы, и в последний момент сдался. Он об этом, возможно, всю жизнь будет сожалеть, что бросил партию и бросил своих соратников. Может быть, он бы в этих выборах не выиграл, но показал бы пример. Но он сломался, и перешел в партию, которую критиковал. Он дрогнул, и это все видят.

Некоторые считают, что партия «Замандаш» и новая партия «Кыргызстан» являются сателлитами президентской партии СДПК, и мы движемся к полностью лояльному президенту парламенту 6 созыва. Чем чреват лояльный президенту парламент?

Лояльное отношение парламента к президенту — это не наше открытие, это необходимо для стабильности руководства.

Настоящий парламентаризм — это когда есть определенная сила, которая доминирует численно, которая назначает свое правительство, и поддерживает деятельность этого правительства, не допуская кризиса.

Вот в предыдущие разы тоже часто менялись премьер-министры. С 2010 по 2015 годы у нас поменялись шесть премьеров — при Бакиеве и Акаеве тоже [премьеры менялись часто]. Так что нового произошло? Что могут сделать премьеры за 1 год? Все формы правления хороши, плохие — политики.

Какие партии, по-вашему, имеют наиболее сильный потенциал?

Объединения происходят по-горизонтали, то есть южная партия объединяется с северной.

Объединения будут разные и вектор, который видим сейчас, партии представляют свои регионы и это является попыткой создания общей политической организации.

Каждый председатель партий имеет максимум 2 процента электората — ведь если наших избирателей поделить на 40 родов и племен, и на наших вождей выпадет примерно 2 процента. Для того, чтобы пройти в парламент, нужно 7 процентов, и вот для того чтобы набрать эти 7 процентов — то есть нужно, чтобы три вождя племени объединились

Получат эти проценты те, кто будет работать и раздавать «благо», подкупать скажем так.

Естественно выборы – это затратное мероприятие, везде тратят деньги на агитацию, рекламу.

Не знаю у кого больше денег: они есть и у Бабанова, и у Салымбекова.

Пусть на меня не обижаются замандашевцы, Замандаш – это партия мигрантов. Ну представьте
в Германии к власти пришла партия мигрантов, как это будет звучать?

Ар-Намыс – это партия, которая не имеет никаких родоплеменных связей, он (лидер партии Феликс Кулов) не является вождем какого-то племени — он городской житель и для него это чуждо и собрал он людей, у которых нет клана за спиной.

Сельский электорат разобран, мне например, бесполезно ехать на колхоз, где живет Адахан Кимсанбаевич (Мадумаров) и попытаться их электорат перетянуть на себя.

В его родном колхозе проиграет даже Владимир Ленин и так далее. А именно село будет определять лицо будущего парламента и пройдут в парламент, и очевидно победят лидеры родоплеменных объединений.

Автор: Эльнура Алканова.