1 min read

На третий день 2016-го года всю страну накрыло чучуком. Какой-то британец написал «конский пенис» вместо «чучук» — и этого оказалось достаточно, чтобы у гордого горного кыргызского народа взорвался анус… ой, намыс.

Позиция авторов материалов рубрики «Мнение» может не совпадать с позицией Kloop. Оригинал материала опубликован в блоге Алии Сурановой.

Алия Суранова, журналист
Алия Суранова, журналист

То, что случилось, на самом деле, настолько показательно для нас и для того времени, которое мы сейчас переживаем. Эта озлобленность на «чужих», «иностранных агентов», «ватников», «госдеповских» — ощущение, что в нас скопилось столько ненависти и злости, что мы готовы выйти на улицу и начать бить всех, кто не является кыргызом «по крови». Хотя, нет, кыргызских девушек с удовольствием бьют наши гордые джигиты в России за то, что они встречаются с таджиками, например.

Так кого же мы готовы не бить? Мы, вообще, сможем научиться решать проблемы без этих первобытных способов?

В общении с человеком я очень часто обращаю внимание на то, насколько он готов посмеяться над собой. По наличию или отсутствию самоиронии у человека можно определить уровень его самодостаточности. Чем больше у человека страхов, комплексов, неуверенности — тем больше он обижается по мелочам и кидается с обвинениями на других людей. Мы — кыргызы — как этот обиженный и забитый человек, которого все детство гнобили, били, забивали его достоинство, и теперь он на всех других отыгрывается, пытаясь себя защитить от сам-не-понимает-чего.

Мне некоторые говорят, что во времена СССР советские власти кыргызов жутко гнобили: не давали изучать свою историю, запрещали заниматься своим фольклором, расстреливали образованных и думающих, не давали говорить на родном языке, всеми силами добивались того, чтобы мы забыли свою идентичность, стали теми самыми айтматовскими манкуртами. В итоге, спустя почти век мы стали тем, кем стали.

Действительно ли наша нынешняя трагедия с истеричными попытками установить национальную идентичность и заставить всех нас уважать связана с нашим советским прошлым?

По теме: Чучукгейт: Как мы друг друга не поняли (в очередной раз) — Бектур Искендер

Мы уже который год пытаемся нащупать и понять, кто такой кыргыз и как с этим жить. Нам казалось, что все дело в отсутствии идеологии, и мы начали продвигать образ великодушного Манаса везде — сейчас почти любой камень в стране его именем назван. Это не совсем сработало, поэтому мы решили возродить образ сильной женщины с твердой политической позицией, сняв фильм о Курманжан Датке, но и это как-то не так выстрелило. Сейчас патриоты кричат, что мы должны говорить только на кыргызском языке и спать и делать детей только с кыргызами. У них паническая атака от мысли, что мы — на грани исчезновения. Долгое время мы думали, что это все Акаевы и Бакиевы виноваты, а теперь мы подозреваем, что все зло — от «третьих лиц». И этими «третьими лицами» оказываются все, кто смеет топтать кыргызский намыс.

Я не знаю, где этот намыс начинается и где он заканчивается. Почему он не включается, когда наши кыргызские джигиты подвергают унижениям своих же кыргызок, когда наш кыргызский народ продает свое будущее на ближайшие 5 лет за 500 сомов, голосуя за х знает кого, когда наши кыргызские мужчины лежат дома, а их жены отпахивают за всю семью в россиях и казахстанах? Включается ли этот самый намыс, когда мы даем взятки, нарушаем законы, увиливаем от уплаты налогов?

Почему эти гордые мужчины не постояли за изнасилованных и убитых девушек? Почему эти гордые мужчины не вышли к Белому дому с требованием найти и наказать тех, кто уже который год издевается над нашими девушками в России? Почему этот кыргызский намыс у них включается только тогда, когда можно накинуться на беззащитных иностранцев? Почему «кыркчорошные» патриоты вечно бегают за представителями других этносов и стран, а своих глубоко погрязших в грехах сограждан не трогают?

И до каких пор мы будем пытаться самоутвердиться за счет других?

Массовая психотерапия — по-моему, единственное, что нам может помочь. Другие (более благородные) способы нам не помогли, а лишь усугубили наши национальные комплексы. Мы же готовы разбить голову любому, кто скажет «киргиз» вместо «кыргыз» и «чочок» вместо «чучук» — и это довольно серьезные синдромы довольно серьезного национального психического расстройства.

Фото: Evgeni Zotov/Flickr