«Они меня просто изнасиловали»: Истории геев о пытках в Кыргызстане

Представители кыргызского ЛГБТ-сообщества поделились историями о том, с чем им приходится сталкиваться в повседневной жизни — пытки, изнасилования и оскорбления.

Kloop.kg публикует шесть историй представителей ЛГБТ-сообщества, в разное время подвергшихся дискриминации, пыткам и физическому насилию со стороны гомофобов. Михаил Кудряшов и Сергей Костюков — открытые геи, двое других — Кирилл и Николай не стали раскрывать настоящих имен в целях своей безопасности.

 

История первая. Групповое изнасилование

 

Кириллу (имя изменено) начали приходить смс-сообщения с угрозами уже давно. В январе 2016 года неизвестные выследили его, когда он вечером шел домой с работы.

«Когда я завернул в темный переулок, меня догнали, сбили с ног и начали избивать. По голосам я понял, что их было не меньше трех. Из уст нападавших звучало примерно одно и то же: “Мы же предупреждали, что тебя найдем, мы за тобой следили, мы знаем где ты живешь. Мы тебя изуродуем, таким не место в нашем обществе”», — говорит он.

По словам Кирилла, от ударов он потерял сознание. Очнулся он уже в неизвестном ему месте.

«Меня вытащили из машины, бросили на землю, начали опять избивать. Они отобрали все мои личные вещи: телефон, портмоне. Потом они разорвали на мне одежду. На холоде они меня раздели догола. Начали избивать, в тот момент я думал, что это будет последним днем в моей жизни. Мое лицо было в крови».

После этого, говорит Кирилл, мужчины изнасиловали его.

«Я не видел их лиц, было темно. Не мог предположить, что это будет [изнасилование], надо мной провели акт насилия… они меня просто изнасиловали. Меня хотели морально убить. Я был в жутко подавленном состоянии, мне было страшно».

Пострадавший не захотел обращаться в милицию, так как «не видит поддержки» с их стороны.

«Я не доверяю [милиции] по той причине, что раньше была стычка с сотрудниками. Я просто шел по улице, я носил серьгу — для них это показалось вызывающим, они подошли ко мне, проверили документы. Один из них спрашивает: “А ты что, пидор?” Я говорю: “А вы что себе позволяете?”, они: “По тебе видно, идешь как шалава”. Я не вижу поддержки нашей милиции».

История вторая. Серьга как сигнал

 

Серьга Кирилла также стала причиной дискриминации со стороны работников общепита. Такой эпизод произошел в одном из бишкекских кафе.

«Я сидел, ждал официанта. Долгое время ко мне вообще никто не подходил. Я попытался выяснить, на каком это основании [не обслуживают]. Мне официант сказал: “Таких как ты просто не обслуживают”. В смысле, таких как я? Говорит: “Ну по тебе же видно”. Опять же из-за серьги моей».

По словам администратора сети кафе «Домино», в одном из которых произошел этот инцидент, Василины Агаповой, официант, нахамивший Кириллу, был бы уволен, если бы клиент заявил об этом случае.

«У нас вообще такое впервые. Мы бы за такое возместили ему моральный ущерб. Если бы он сказал, где это произошло, то мы бы уволили тех, кто оскорбил или отказал в обслуживании. У нас крупная компания и мы дорожим каждым клиентом», — сказала Агапова.

По словам Кирилла, дискриминация в его сторону исходит отовсюду.

«Конечно это неприятно, когда ты просто заходишь в кафе покушать, и не только обслуживающий персонал, но и люди, смотря на внешность, элементарно, за то, что у меня в ухе серьга, высказываются, что таких как я не обслуживают».

История третья. Пытки в полиции

 

Пыткам подверглись члены ЛГБТ-сообщества Михаил Кудряшов и Сергей Костюков.

В 2014 году Кудряшов дал интервью международной правозащитной организации «Хьюман Райтс Вотч». После этого, по его словам, он стал жертвой сотрудников финансовой полиции.

Кудряшов рассказал, как один из сотрудников финансовой полиции познакомился с ним на сайте знакомств и неоднократно назначал ему встречи. На встрече, предшествующей задержанию, они сидели в одном из столичных кафе.

«Он попросил записать ему несколько фильмов по нашей тематике. После этого он протянул мне деньги за столом и сказал, что это благодарность за то, “что ты поддерживаешь меня”. Я только положил деньги в кошелек, как услышал крик, жуткий грохот — вылетают из ниоткуда сотрудники [финполиции], тыкают в лицо удостоверением, начали материть меня. Они снимали на свою видеокамеру это все».

По словам Кудряшова, его отвезли в центральный офис финансовой полиции и поставили перед ним условие: либо дать им деньги, либо выдать членов ЛГБТ.

«20 тысяч сомов за то, чтобы они меня не трогали. Они сказали, чтобы я написал имена тех, кого я знаю. После того, как я отказался, один сотрудник полиции воткнул мне ручку в руку, у меня осталось два шрама. После этого я сказал, что не буду ничего писать. Один из сотрудников подошел сзади, толкнул меня — я ударился головой об стол и потерял сознание».

Затем, говорит Кудряшов, начались пытки. Они длились около четырёх часов. Не выдержав, он подписал все предложенные документы.

«Помню, что на меня лилась вода, они заставили меня раздеться полностью и потом по очереди издевались, били, как могли. У меня была полностью снята кожа на боках от их кирзовых сапог».

По словам Михаила, он не нашел поддержки со стороны кыргызских судов.

«Мое дело было отправлено в комитет ООН по правам человека для дальнейшего рассмотрения, так как, пройдя все инстанции в Кыргызстане, я не нашел никакой поддержки. Я обращался в прокуратуры и в суды. Все суды сказали, что не нашли в действиях сотрудников финансовой полиции состава преступления».

По словам начальника управления ГУУР МВД Саламата Адылова, если судьи не усмотрели в действиях сотрудников финансовой полиции состава преступления, то «его и не было».

«У нас в Кыргызстане не беспредел же, если бы конкретно состав преступления был или телесные повреждения, я думаю, не только суд и прокуратура на это обратили бы внимание. Если его привели в кабинет финансовой полиции, пускай он обращается к нам с заявлением — будем рассматривать. Если действительно имелся такой факт, то, конечно, будем доказывать. Если суды отказали ему, то не было состава преступления», — сказал Адылов.

История четвертая. Пытки в РОВД

 

Сергей Костюков в мае 2012 года подвергся пытке со стороны сотрудников милиции, которые выследили его и отвезли в участок Октябрьского РОВД.

«Двое сотрудников вышли из машины, они схватили меня и погрузили в машину. Отвезли в Октябрьское отделение. Они начали меня бить, оскорблять и унижать. Пинали по бедрам, по ногам, один ударил книгой, которая лежала на столе. Говорили: “Мы все про тебя знаем, мы выслеживали тебя на работе, мы знаем где ты живешь, мы за тобой следили около недели”».

По словам Сергея, пытки длились около трёх-четырех часов, после милиционеры начали требовать с него деньги.

«Начали ставить условие: “Мы сейчас отвезем тебя в обезьянник, там тебя будут хорошенько насиловать”. Они начали говорить, чтобы я рассказал о всех представителях ЛГБТ, которых я знаю. Кроме пыток, они просили 10 тысяч сомов. У меня не было таких денег. Они у меня забрали копию паспорта. При условии, что я принесу деньги вечером, они меня отпустили».

Костюков не стал подавать в суд на милиционеров, потому что счел это слишком рискованным.

По словам Саламата Адылова, подвергшиеся насилию члены ЛГБТ должны были обратиться с заявлением в правоохранительные органы. Слова Костюкова он назвал «голословными» и сделал вывод, что описанные им события «не имели места».

«Мы уже в том году и в позапрошлом году разбирались: [представители ЛГБТ] обращались к нам и обращаются. Мы им всегда помогаем. Никто же не издевается. Если милиция не будет помогать, то пускай обращаются в прокуратуру. Кроме этого, у нас есть служба собственной безопасности — они бы могли обратиться и туда», — сказал Адылов.

История пятая. Остаться без постоянного жилья

 

По словам Костюкова, в сентябре 2015 года парни в спортивной одежде начали преследовать Сергея и его парня до самого дома, в котором они жили, и пожаловались соседям, после чего молодым людям пришлось съехать с квартиры.

«Они подошли к соседям и рассказали: “У вас пидоры живут”. Потом соседи пожаловались домкому, а она нашей [арендодательнице] сообщила. Нас спровоцировали на то, чтобы мы покинули квартиру, которую мы снимаем. Из этой истории сложилась серьезная ситуация — я скитаюсь, полноценного жилья не нашел, то я живу у сестры, то у друзей».

История шестая. Дискриминация со школьной скамьи

 

Николай (имя изменено) рассказывает, что дискриминация со стороны общества началась в школе, когда он учился в старших классах.

«Был подростковый период — лет 11-12 — уже тогда я понимал, кем являюсь. Были определенные недоброжелатели в школе, в которой я учился. Им не нравился мой внешний вид, манера поведения. Выходя из класса они начинали обзывать меня: ты пидор, гей, таких как ты должны сжигать на кострах».

По словам Николая, поначалу это были просто оскорбления, но потом одноклассники перешли и к физической силе.

«Сначала это было в раздевалках. Потом открыто перед уроками они начинали бить меня. Учителя начали замечать и заступаться за меня, и им не было возможности ударить меня в школе, но они меня поджидали после школы. Преследовали до самого дома и в этот момент они меня били».

По словам Николая, его руки были в синяках, но он боялся обращаться к кому бы то ни было.

«Я надевал футболку с длинными рукавами, чтобы родители [следов побоев] не видели. Пока я не закончил школу, я с этим жил. На тот момент я общался с членами ЛГБТ-сообщества — эту историю я рассказал, но, так как я боялся огласки, я не мог дать согласие, чтобы члены ЛГБТ что-то сделали. Я никуда не обращался, даже боялся подойти к классному руководителю».

По словам Николая, жить в Европе было бы для него наиболее удобно, но сейчас он не имеет такой возможности.

«Нахожусь в Бишкеке, потому что я здесь родился, но мысль о том, чтобы перебраться в Европу сейчас является приоритетной. Я хочу жить там, где меня не будут преследовать, давить на меня и оказывать свою дискриминацию на меня».

По словам ведущего специалиста Министерства образования и науки Гульшан Абдылдаевой, подростки зачастую бывают жестокими, и могут относиться агрессивно к одноклассникам из ЛГБТ-сообщества, но для предотвращения дискриминации с ними проводится воспитательная работа.

«Чтобы урегулировать эту ситуацию введены штаты социального педагога, психолога, чтобы они работали и помогали вот таким детям, чтобы в этом социуме они могли выжить», — сказала она.

По словам правозащитницы, защищающей права ЛГБТ-сообщества более 20 лет, Гульнары Курмановой, в Кыргызстане резко увеличивается агрессия по отношению к ЛГБТ.

«Это очень видно на бытовом уровне, я сама сталкиваюсь достаточно часто с проявлениями негатива. В 2011 году они стали достаточно явными, а сейчас просто откат идет в полный рост», — считает она.

«Сами виноваты, что не обращаются в милицию»

Члены ЛГБТ-сообщества зачастую не обращаются в правоохранительные органы после случаев дискриминации со стороны гомофобов.

По словам Кудряшова, общество и правоохранительные органы не проявляют толерантности к представителям ЛГБТ.

«У каждого, над кем издевались, кого пытали, с кого вымогали деньги, шантажировали тем, что расскажут родственникам, трясется голос», – сказал он.

Саламат Адылов [начальник управления ГУУР МВД] предполагает, что члены ЛГБТ просто стесняются обращаться в правоохранительные органы. Он считает, что в милиции работают сотрудники с высшим образованием и не может быть, чтоб они работали некомпетентно.

«Они наверное стесняются, да никакой опасности нет. Они боятся милиции, но сколько людей приходят к нам за помощью, день и ночь не спим, сколько преступлений мы раскрываем. Милиция — бандиты, что ли?, – сказал Адылов.

Он сказал, что не бывает такого, что не приняли гражданина с которым случилось «горе». А если в районных подразделениях действительно сотрудники милиции не выполняют свои должностные обязанности, то пострадавшим нужно обращаться в высшие инстанции.

«Если они приходят в районо, и если над ними издеваются, […] пускай обращаются в вышестоящие станции, к нам, например, в ГУР. Если милиция не будет помогать, то пускай обращаются в прокуратуру. Кроме этого, у нас есть служба собственной безопасности, они бы могли обратиться туда», – сказал Адылов.

Также Саламат Адылов добавил, что с сотрудниками правоохранительных органов проводятся работы по повышению толерантности к ЛГБТ-сообществу.

«У нас в том году тоже был небольшой семинар, даже два было, где мы собирали сотрудников милиции. […] Психологи были, тренеры, которые передавали свой опыт именно беседы сотрудников милиции с представителями ЛГБТ. Такие занятия не очень часто, но проводятся», — сказал он.

По его словам, подвергшиеся насилию члены ЛГБТ должны были обратиться с заявлением в правоохранительные органы.

«Если человек хочет справедливости, он всегда обратится с заявлением, а так вот голословно говорить, я не буду верить таким словам, потому что мы стоим на страже порядка и верим конкретным фактам, а если голословно говорить без каких-либо фактов, значит, это не имело места», – сказал Адылов.

«Антигейский» закон отрицательно повлияет на общество?

«Антигейский закон» был принят в первом чтении в октябре 2014 года большинством голосов — 79 из 86 проголосовавших. Во втором чтении в июне 2015 года за него выступили 88 из 90 проголосовавших депутатов.

Закон предполагает наказание вплоть до одного года лишения свободы, в случае если положительное отношение к «нетрадиционным отношениям» формировалось среди детей и через средства массовой информации.

Михаил Кудряшов считает, что законопроект коснется не только ЛГБТ-сообщества, но и общества в целом.

«Если не имея закона о запрете нетрадиционных отношений, ЛГБТ сообщество сталкивается с ужасными издевательствами, то при принятии закона будет все усугубляться, это развяжет руки сотрудникам милиции, государственным структурам, которые будут открыто давить», — сказал он.

По словам Кирилла, после принятия закона против гей-пропаганды правоохранительные органы начнут преследовать людей просто похожих на ЛГБТ.

«К сожалению, после его принятия его интерпретируют в более другом направлении. Его органы воспримут иначе, их полномочия будут превышены. Они устроят рейды в соцсетях, то есть будут преследования на ровном месте», — сказал он.

Саламат Адылов поддерживает этот законопроект, так как были выявлены случаи преступления, совершенных членами ЛГБТ.

«С одной стороны я считаю правильным [законопроект]. У нас были факты. Именно по интернет сайту вот эти геи заходили на сайты школьникам, которым по 16-15 лет вербовали их, шантажировали и вытаскивали деньги с них, на интим их тянули. По таким фактам у нас есть задержанные представители ЛГБТ. Поэтому я думаю, что это преступление идет по отношению к несовершеннолетним детям. Как закон подпишут, мы будем работать согласно закону», — сказал он.

По словам Николая, принятие «антигейского» закона «развяжет руки» милиции.

«Я общаюсь с членами гей-сообщества и слышу много историй, когда наши ребята обращаются с заявлением в милицию, но их заявления не принимают и просто насмехаются. Если этот закон будет в силе, то все их мероприятия по дискриминации будут являться законными и люди даже похвалят их за то, что они все делают по закону», — сказал он.

Сергей Костюков считает, что правоохранительные органы усилят охоту на членов гей-сообщества.

«Общество будет вести себя более развязно, потому что согласно [закону] позволит им оскорблять, унижать и даже избивать людей на определенном законном уровне, милиция даже будет преследовать их», — сказал он.

Правозащитница Гульнара Курманова отметила, что закон будет действовать не только против ЛГБТ, но и против тех, кто как-то связан с ним.

«Этот закон повлияет, в первую очередь, не на отдельных лиц, а на организации, группы людей, которые продвигают права ЛГБТ и которые стараются каким-нибудь образом помочь ЛГБТ, находящимся в сложной жизненной ситуации. Этот закон может быть обращен против журналистов, а во вторую очередь, против таких людей, как например, врачи, которые стараются распространить среди ЛГБТ жизненно важную информацию, например про ВИЧ», — считает она.

Соавтор: Айдана Канатбек
Видео: Азат Рузиев