«Пытки в секретной тюрьме». Отец обвиняемых в питерском теракте считает их жертвами ФСБ

1 min read
Фото: Нуртаза Абдиев / Kloop.kg

Ахрал Азимов — отец братьев Азимовых, обвиняемых в организации теракта в петербургском метро в апреле 2017 года — в декабре вернулся в Кыргызстан. После задержания сыновей его лишили российского гражданства. В интервью Kloop.kg он рассказал свою версию произошедшего с его сыновьями — что они невиновны, как их пытали в тюрьме, и что их задержание специально инсценировали.

В начале апреля 2017 года в метро Санкт-Петербурга — «северной столицы» России — произошел взрыв. Он унес жизни 16 человек, еще более 100 пострадали. Следствие назвало трагедию терактом, а его исполнителем — погибшего во время взрыва Акбаржона Джалилова, который родился в Кыргызстане.

В организации теракта российские власти обвинили братьев Аброра и Акрама Азимовых, также родившихся в Кыргызстане.

Аброра Азимова подозревают в организации взрыва, потому что до теракта ему звонил Акбаржон Джалилов. Акрам, по версии следствия, финансировал теракт.

Аброр Азимов утверждает, что его задержали 4 апреля, но официально ФСБ объявило о его задержании только через две недели. Акрама официально задержали 19 апреля, но его родственники говорят, что еще за несколько дней до этого его вывезли из ошской больницы сотрудники ГКНБ и отправили в Москву. Оба брата утверждают, что их задержание было «инсценировкой».

Братья заявили, что их пытали в «секретной тюрьме» ФСБ. Издание Republic в конце июля предположило, что это учреждение может находиться на юго-западе Москвы, а Азимовы — не первые, кто жаловался на пытки и пребывание в этом месте. В конце октября стало известно, что Следственный комитет «не нашел» никакой секретной тюрьмы, а к братьям Азимовым не применялось «никакого физического насилия» во время следствия.

Суд лишил обоих братьев, их отца Ахрала Азимова и двух близких родственников российского гражданства. Отца Азимовых 14 декабря вызвали в ФСБ России — ему сообщили, что он должен покинуть страну из-за аннулирования гражданства. Кыргызское посольство в Москве выдало Ахралу Азимову свидетельство о возвращении на родину. Кыргызское гражданство у него сохранилось. Вечером 15 декабря он вернулся в Кыргызстан.

Ахрал Азимов рассказал корреспондентам Kloop.kg свою версию того, что произошло с его сыновьями.

Повествование ведется от лица Ахрала Азимова

Акрам отправился в Кыргызстан

Я и Акрам находились в Москве с 2012 года, а Аброр — с 2011 года. Акрам работал вместе со мной в столице, Аброр — в поселке Лесной городок. В последний раз мы встретились с ребятами в конце марта [2017 года]. Тогда Акрам сказал, что в этом месяце не сможет отдать мне свою зарплату, так как его уволили с работы.

Всю свою зарплату они обычно отдавали мне. Я говорил ребятам, что нам нужно выдать замуж их сестру, затем купить землю и построить для каждого из них дом.

Акрам собирался искать другую работу. Но я сказал ему, чтобы он поехал в Кыргызстан и сделал операцию на гайморит, который его беспокоит уже давно. В Москве каждый день навещать его в больнице у меня не было возможностей. Он поехал бы домой и увиделся со своей семьей.

На 27 марта мы купили билет Акраму в Кыргызстан. Аброр после того, как проводил брата на родину, связался со мной по телефону в последний раз 2 апреля. Потом два-три дня я не мог ему дозвониться.

В декабре Ахрала Азимова лишили российского гражданства. 15 числа он вернулся домой – в Джалал Абад. Фото: Нуртаза Абдиев / Kloop.kg

Аброр пропал без вести

Я хотел съездить в поселок Лесной, где он проживает, но не мог оставить работу. Работал я водителем общественного транспорта. У меня выхода не было, кроме как позвонить в 102 и сообщить им о пропаже сына.

В милиции мне сказали, что Аброра в больницах нет, в морге нет, и милиция его не задерживала.

— Вы немного успокоились? — спросили они меня. Я ответил: «Да».

Я пришел к Аброру на работу — там мне сказали, что он забрал свой заработок и ушел еще 4 апреля.

Весь на нервах я позвонил жене и сообщил ей о ситуации с Аброром. Жена не ответила мне нормально, так как ранее мы поругались с ней. Я тогда подумал, раз она не обратила на это особого внимания, значит с сыном все в порядке.

Задержание Ахрала Азимова

15 апреля в полпятого утра рядом с остановкой Филевского парка ко мне подошли двое мужчин в гражданском.

— Ахрал Исакович, да?

— Да, кто вы?

Мужчины сказали, что вопросы здесь задают они, и отвели меня к машине. После они приказали показать, где я живу.

Как только мы зашли в дом, они нацелили оружие мне в спину. Потом начали пинать всех соседей, с которыми я проживал. Милиция обыскала весь дом. Ребят, проживающих со мной, отвезли в отделение.

Они спрашивали меня, где Аброр. Я ответил, что не знаю, и рассказал о написанном заявлении о его пропаже. Они сказали, что у них есть ордер на обыск, и продолжили допрашивать меня. Приказали позвонить в Кыргызстан.

Чтобы было понятно им, они велели разговаривать на русском. Я позвонил жене, мы снова поругались. Услышав, что жена нормально не отвечала мне, они сказали, что верят моим словам, и отвели меня в отделение. Там у меня отобрали телефон и заперли на двое суток.

Ахрал Азимов. Фото: Нуртаза Абдиев / Kloop.kg

Задержание сыновей

17 апреля меня отпустили из отделения. Когда я включил свой телефон, мне позвонила жена Акрама. Она рассказала, что ее мужа вывезли из больницы.

Оказывается, в день моего задержания они вывезли Акрама, который находился в Кыргызстане. Я пока еще не знал, где находился Аброр, и не знал, где его искать. Голова просто раскалывалась.

18 апреля мне сообщили о задержании Аброра. При просмотре оперативной съемки я заметил синяки у него на лице. Его задерживают и вытаскивают якобы оружие из-за ремня. Мои дети настолько были воспитанными, что в детстве даже игрушечного оружия не держали в руках. Сразу же становится понятным, что задержание Аброра было подставным.

Тогда я обратился к обществу через СМИ. Как можно задержать человека с гранатой в Москве, когда днем ранее его оперировали в Кыргызстане? На тот момент у меня на руках были справки о том, что 14 апреля в Кыргызстане Акраму сделали операцию. Я попросил адвокатов показать это суду, но почему-то они не стали этого делать.

Официальное задержание Акрама Азимова. Кадр оперативной съемки

Я поменял адвокатов

Первое, что я хотел сделать — это поменять адвокатов. Но их услуги были очень дорогими. Мне посоветовали обратиться к Дмитрию Динзе и дали его телефон. Мы встретились с ним 22 апреля и подписали контракт.

Он сказал, что его жена тоже адвокат. Дмитрий взялся за дело Аброра, а его жена Ольга взялась за Акрама. Они сказали, что постараются встретиться с ребятами. Но для этого они должны принять их. Если бы Аброр и Акрам отказались от адвокатов, то Динзе ничего не смогли бы сделать.

Я попросил их передать сыновьям мои слова: «Если они откажутся от адвокатов, то отец их будет недоволен ими и так умрет».

Динзе передали Акраму и Аброру эти слова, и они поменяли адвокатов. Вот тогда и стали известны подробности, которые ранее были скрыты. Адвокаты, которых им дали, утверждали что с ребятами все в порядке, все хорошо.

Аброра пытали в скрытой тюрьме две недели

Все вы видели, как Аброра Азимова задерживают 18 апреля. На самом же деле его задержали 4 апреля. Сотрудники ФСБ остановили машину, на которой он ехал, надели на голову мешок и посадили в другую машину.

Его повезли в секретную тюрьму, где пытали 14 дней. Его раздевали догола и, закрыв лицо тканью, топили водой. Били дубинкой до поломки ребер. Подсоединив провод к его члену, били током. Эти пытки применяли, чтобы он взял вину на себя.

Он не согласился подписывать бумаги, которые они просили, и взять вину на себя — ему сказали, что убьют меня. Тогда Аброр испугался за мою жизнь и согласился сделать все, что они скажут.

Сначала они дали ему дело, которое он должен был выучить и пересказать. Когда рассказываешь, нельзя было ошибаться, иначе снова пытали. Таким путем они вынудили подписать все документы.

Официальное задержание Аброра Азимова. Кадр оперативной съемки

Акрама задержали в Кыргызстане и передали в Москву

14 апреля Акраму сделали операцию на гайморит в частной клинике «Касиет» в городе Джалал-Абад. Сотрудники ГКНБ 15 апреля задержали сына, который находился в реанимации, и посадили его в самолет до Москвы. Надев на голову мешок, тайными путями сотрудники ФСБ вывезли его из аэропорта — Акрама тоже привезли в секретную тюрьму и тоже пытали.

Пригрозили изнасиловать его дубинкой, если он не подпишет бумаги. Чтобы спасти себе жизнь, сын вынужден был подписать все, что они велели.

«Их задержание было спланировано»

[Официальное] задержание сыновей было спланировано. По словам Аброра, когда снимали, как его «задерживают», он должен был убегать. Человек не ходил четырнадцать дней — каждый шаг ему давался трудом.

Оперативную съемку снимали в двух вариантах. В первом на вопрос «Подозреваете ли вы, за что задержаны?» велели сказать «да», а во второй раз — «нет».

Другого сына — Акрама — «задержали» на остановке. Если вы заметили, он был одет в легкую ветровку. В это время года в Москве было достаточно холодно, люди ходили в зимних куртках. В Кыргызстане же было относительно тепло. Если бы его и вправду задержали там, то как он мог сидеть в ветровке?

Такое не сделают даже фашисты. Я эти слова говорил и в Москве. Как вы могли подвергнуть таким пыткам людей, которые невиновны? Люди осуждают их и спрашивают, почему они взяли вину на себя — мол, нужно было терпеть. Как можно терпеть такого рода пытки?

Пять тысяч рублей на жизнь

Я пытался просить свидание с сыновьями, но мне не разрешили.

Даже когда они узнали сотрудников, которые их пытали, никто не обратил на это внимание — сказали, что это какая-то ошибка.

После этого к ним в камеру подошли сотрудники и пригрозили убийством их семьи. Сказали, что у них есть люди в Кыргызстане, которые могут изнасиловать жену и убить сыновей. Тогда они вынужденно подписали бумаги, где говорилось, что их не подвергали к пыткам.

Сыновей обвиняют в соучастии и финансировании питерского теракта. Как они могут профинансировать теракт? У них и денег таких нет. Свою месячную зарплату — 50 тысяч рублей — они отдавали мне. А я им давал по пять тысяч в месяц на жизнь.

Да, они оба были в Турции

Однажды Аброр решил, что ему лучше будет уехать в Южную Корею. Он слышал, что там неплохо можно заработать. Я поддержал его предложение.

Купили билет транзитом через Стамбул, а обратный был во Владивосток — чтобы полететь в Корею, оказывается, нужно покупать сразу и обратный билет.

Аброр думал, что полетит и останется там, но дальше аэропорта его не пустили. Оказывается, нужно было хоть немного знать иностранный язык. Он не смог ответить на заданные в аэропорту вопросы, и его депортировали. Обратно он летел тоже через Стамбул.

Акрам был в самой Турции. Когда выдавали замуж дочь, его сестру, он полетел в Стамбул, чтобы закупить приданое для невесты. На тот момент билеты были недорогие, а нужные для невесты вещи были там намного дешевле. Акрам был там только на выходных.

Потом он еще раз был в Турции — тогда уже по работе. Нужно было закупить сырье для приготовления суши — Акрам тогда работал в ресторане.

Официальное задержание Аброра Азимова. Кадр оперативной съемки

Следствие продлевают каждые три месяца

Адвокаты предъявляют все необходимые документы. Показания сыновей, что их пытали, справки из больницы, где оперировали Акрама.

Следователи просят суд продлить срок следствия. Судебный процесс проходит в закрытом режиме. Но, несмотря на это, СМИ дают информацию, что обвиняемые якобы признали свою вину.

Следователь говорил, что попытается дать мне возможность встретиться с сыновьями. Но когда Ольга Динзе в своем обращении заявила, что следствие каждый раз продлевается необоснованно, следователь изменил свое отношение ко мне. Он сказал, чтобы я никогда уже не просил о встрече с сыновьями. Где их человечность?

Теперь Акрама и Аброра уже не пытают — они уже сломали их. Как я могу сидеть молча, если моих непричастных к теракту сыновей задержали? Меня теперь могут заткнуть только тогда, когда я умру.

У Акрама есть трое детей, все они маленькие — старшему всего пять лет. У Аброра есть дочь — она родилась с инвалидностью. Кто их будет содержать и расти? Один я их кормил, но меня лишили гражданства. Теперь нужно в Кыргызстане как-нибудь выживать, потому что надо еще и платить адвокатам.