1 min read

Ридли Скотт снял еще один спорный фильм, который, кажется, констатирует печальный факт — его время уже прошло.

Маститый режиссёр некогда снимал однозначно гениальные фильмы. Камерный хоррор «Чужой», сумевший поднять классические Sci-Fi вопросы и создать первоклассную атмосферу, ярчайший пример киберпанк-дизайна «Бегущий по лезвию» с околорелигиозным конфликтом и мегаломанский «Гладиатор», одновременно бывший и невыразимо личной и рефлексивной историей — работы Ридли Скотта. В последнее время — серьезный сдвиг можно отметить после его непринужденной, но не слишком полноценной комедии «Хороший год» — он начал делать всё более и более односложные фильмы.

Его «Прометей» страдал от фактологических ошибок и нестыковок (при этом прилежно работая на наследии оригинала), «Советник» рассказывал простую историю в оригинальной, но неудобоваримой форме, а «Исход» на поверку оказался просто блокбастером.

Для начала стоит вспомнить другой недавний фильм по библейским мотивам — «Ной» Даррена Аронофски тоже мог похвастаться недюжинными спецэффектами и захватывающей постановкой, но в определенный момент шел дальше и делал то, что и требуется от картины на столь спорную тему. Обе истории — и оригинальное описание жизни Ноя, и судьба Моисея — подразумевают тяжелый кризис веры, когда сил продолжать ради высшей цели вроде и не осталось, и дальнейшие действия только во вред, но сложить руки нельзя. Если «Ной» развил эту тему мастерски, предложив при этом довольно спорную интерпретацию обстоятельств спасения на Ковчеге, то «Исход» от проблемы отмахнулся.

Во время своей кульминационной фазы (и лучшего момента фильма), красочной демонстрации десяти египетских казней, скоттовский «Исход» не выдает ничего, кроме сочной картинки. Моисей Кристиана Бэйла обращается к Богу в обличении деспотичного ребенка (образ, предоставляющий простор для интерпретаций, которых, впрочем, не следует) чисто для галочки — сценарно душевные метания героя никак не прописаны, и, как следствие, Бэйл не выдает никаких заметных сцен.

Exodus-Gods-and-Kigs-wave

С другой стороны пугает размах фильма. Несмотря на свой внушительный хронометраж (больше двух с половиной часов), «Исход» сбивает с толку концентрацией событий, разворачивающихся на экране. Две военных кампании, изгнание и исход, множество флэшбеков и внушительное послесловие сливаются в муторный и болезнетворный процесс, когда кажется, что всё делается через силу.

Сухость и вымученность мерещится всюду: декорации повторяются, персонажи зевают, а последовательность сцен будто взята из пособий по написанию киносценариев: здесь добавить поцелуй, тут использовать анафору, а там чересчур пафосное моисеевское предостережение.

Зачем все это смотреть — решительно непонятно. Разве что ради тех самых египетских казней, действительно ужасающих и масштабных, снятых с неким отголоском прошлых заслуг Скотта. Скорее всего, учитывая амбиции режиссёра и недавние слухи по его работе над сиквелом «Бегущего по лезвию», эпитафией «Исход» считать пока рано, но и на светлое будущее надеяться как-то не приходится. Действительно стоящих фильмов продуктивный и усердно работающий Ридли Скотт за последние десять лет не делал.

Фильм «Исход: Цари и боги» режиссёра Ридли Скотта с Кристианом Бэйлом в главной роли идёт в бишкекских кинотеатрах с 1 января.