Российская группа «Наадя» выпустила альбом «Хорошо», и критик Kloop.kg Азамат Омуралиев оценил трансформацию коллектива и увидел в новых песнях отрезвляющий посыл.

Видный представитель русской инди-сцены, группа «Наадя» на прошлой неделе поделилась коротким альбомом «Хорошо», состоящим из трёх песен.

За плечами группы уже довольно солидный багаж опыта. Один долгоиграющий альбом, уже два EP, коллаборации с «СБПЧ» и L’One. Но музыкальные эксперименты группы, метающейся между лирикой Земфиры и любимчиками издания Pitchfork, на «Хорошо» впервые вышли за предели звука.

В музыке «Наади» текст и поэзия никогда не находились в ущемлённом, второстепенном положении. Но, кажется, именно звук позволил им стать одной из главных современных инди-групп, поющих на русском языке, и завоевать относительную популярность. Голос Нади Грицкевич чаще выполнял функцию вокала, созвучную с языком Дорна, который использует мелодику русских слов для поддержки музыки, а не наоборот.

Оно и неудивительно. Несмотря на то, что «Наадя» далеко не единственная группа на российской музыкальной сцене, которая подхватила модное инди-течение, именно её музыкальные эксперименты смотрелись чуть ли не интереснее всего. Группа отвергала мэйнстримную простоту и поверхностность и на своих альбомах выстраивала многослойную форму, которая придавала музыке её презентабельный вид.

Однако именно на «Хорошо» слова вышли на первый план. Что неочевидно. На первый взгляд, в этих трёх новых песнях общее настроение текста отходит от сентиментальной плоскости и движется к некоему позитиву, но удивительным образом «Наадя» трансформирует простые, репетативные строчки в высказывание запредельной актуальности.

В прошлом году вместе с альбомом To Pimp A Butterfly Кендрика Ламара вышла его песня ‘Alright’, которая обещала, что ‘we gon’ be alright’ («мы будем в порядке»). При этом сам альбом критически исследовал проблему расизма в современной Америке, и в общую риторику казалось бы не вписывался. Однако музыка, точнее минорный саксофон, тянущий свою мелодию где-то на периферии звукового диапазона, расставляла всё по своим местам. Слова Ламара здесь — не более чем ирония и самообман.

Вот и в случае с «Хорошо» не сразу становится очевидно, что на этот раз у группы есть что-то помимо интересного звука и приятного вокала. Обращаясь к своей аудитории, группа вокруг довольно воодущевляющего и бодрого инструментала выстраивает отрезвляющий посыл.

Безразличие и невежество, неохота смотреть правде в глаза в тексте одноименной песни — это такой же самообман, поддерживаемый позитивным звучанием. И нацеливается «Наадя» не на личностные пороки, а туда же, куда метко попал Ламар. На арену политических вопросов.

И это «Бойся тех, кому сладко / Бойся тех, кому хорошо» — это не подавительный манифест, а упрекающий. Людям, которые подавлены страхом и злобой, у которых нет «ни смысла, ни жалости», необходимо дать понять: у нас не всё в порядке. И осознание и принятие этого факта — самый важный шаг к решению проблем.