2 min read
Иллюстрация: Алина Печенкина для Kloop.kg

Весна, 2010 год. Революционеры в центре Бишкека недавно свергли президента Бакиева. Дышать становится чуть свободнее, но вся страна как будто зависла в состоянии неопределенности и перемен. 26-летний Бакыт* полон амбиций и вместе со всей страной пытается начать новый этап в своей жизни. Он решает открыть бизнес — честно и легально. До этого судьбоносного решения он пробовал себя в роли офисного клерка в нескольких организациях, но не сходился с начальством — «не хотел работать на дядю».

*имя героя изменено

«Мне очень понравилось [быть предпринимателем]. Когда я только начал бизнес, решил его вести официально. Оформился и выплачивал налоги», — говорит он. Как и большинство предпринимателей в Кыргызстане, Бакыт занялся перепродажей — в его случае это были строительные материалы.

Через год честный бизнес Бакыта перестал приносить прибыль: «Денег в кармане стало ноль, потому что дело не шло». Государственные органы, с которыми все было легко на этапе регистрации бизнеса, перестали быть столь дружелюбными — Бакыт вспоминает, как рядовые налоговики вымогали взятки, а в соцфонде требовали «мелкие бумажки».

В итоге Бакыт устал и ушел в тень — чаша терпения переполнилась после просьбы налоговика «дать на чай» перед Новым годом.

Таких скрывающихся в тени предпринимателей в Кыргызстане много — высокие налоги, коррупция в госорганах и сложная отчетность делают нелегальное существование более привлекательным, чем «жизнь по правилам».

Оглядываясь на 8 лет назад, Бакыт с раздражением вспоминает те дни, когда он работал легально: «Идешь из одного кабинета в другой, потом в третий, в четвертом еще что-то нужно сделать. Это очень много времени занимает, и они все себя такими царьками считают, каждый у себя в кабинете. Тебе нужна какая-то бумажка, она стоит 5 сомов, а за нее просят 200 сомов».

Иллюстрация: Алина Печенкина для Kloop.kg

Малый бизнес мог бы поднять страну

Если слушать Бакыта, то может показаться, что находиться в тени — здорово. Но по сути его путь — незаконный, а развитие бизнеса ограничено. Решая свои проблемы таким образом, Бакыт и сотни других бизнесменов создают проблему для всей страны: Кыргызстан не только теряет деньги в виде налогов, но и медленнее развивается из-за того, что малый и средний бизнес (МСБ) предпочитает тень.

Именно небольшие предприятия стимулируют экономику во многих странах — особенно в развивающихся, как Кыргызстан. Малый и средний бизнес здесь не так сложно открыть, и он создает новые рабочие места. Среди небольших компаний самая высокая конкуренция. Владельцам такого бизнеса приходится быть мобильными и находчивыми: они часто придумывают новые идеи, чтобы удержаться на плаву.

С одной стороны, Кыргызстан действительно выживает за счет малых и средних предприятий. С каждым годом все больше кыргызстанцев приходят в малый и средний бизнес. Всего он обеспечивает работой полмиллиона человек — около 20% всех работающих в стране, и это не считая 400 тысяч крестьянских хозяйств, которые тоже относятся к малому бизнесу.

Торговля и сельское хозяйство — отрасли, которые составляют наибольшую долю в ВВП Кыргызстана (если не считать «Кумтора», который должен закрыться в 2026 году). И именно в этих двух отраслях малый и средний бизнес вносит самый большой вклад.

В развитых странах (например, в США или Китае) более половины ВВП — это вклад тысяч небольших компаний. А в Кыргызстане эта доля — 39%, при этом за 10 лет она ощутимо сократилась.

За последние пять лет доля небольших прибыльных предприятий стала меньше — в 2017 году прибыль из них получили менее половины. Это значит, что они или не смогли развить свой бизнес, или ушли в тень.

Бизнес уходит в тень

«У нас страна не очень богатая, и все просят, чтобы товары были дешевле. Чтобы сделать цену на товары пониже, приходится не платить налоги», — объясняет тот же Бакыт.

Он считает, что рынок диктует такие правила, чтобы бизнесмены уходили в тень — выплачивать все налоги им не выгодно, потому что надо еще конкурировать с большими предприятиями.

Объем теневой экономики в Кыргызстане точно подсчитать невозможно — по разным оценкам это от 24% до 39% ВВП. К теневой экономике относится все то производство товаров и услуг, которое скрывается от государства — это предприятия, работающие без регистрации и работники, получающие зарплату в конвертах.

С 2008 года доля малого и среднего бизнеса в ВВП сократилась на 6%. За это время размер теневой экономики вырос почти на столько же — на 5%.

В ответе на запрос «Клоопа» министерство экономики признало, что «масштабы теневой экономики значительны и остаются на высоком уровне». В ведомстве заявили, что разработают план по сокращению объема теневой экономики после исследования, которое закончится только в марте 2019 года.

«В мировой практике трудно найти страну, где бы этот показатель сводился к нулю, поскольку природа теневой экономики многогранна, и готовых унифицированных методов и инструментов по борьбе с этим явлением пока нет», — говорят там.

Однако, в развитых странах теневая экономика находится на уровне 10-15% от объема ВВП. Большие масштабы теневого сектора и неформальной занятости в Кыргызстане, говорят о том, что в стране много барьеров для легального ведения бизнеса.

Тень выгодна бизнесу, но бьет по работникам

«Все швеи работают без патента, нет никаких трудовых книжек и страховых отчислений, хотя швея может сама покупать патент, платить страховые взносы, сделать накопительный фонд. Налоговая швей не трогает — отвечает только работодатель», — рассказывает бишкекчанка Алена*, которая уже больше 10 лет нелегально работает в швейном цеху.

*имя героини изменено

Она потеряла предыдущую работу после того, как ее не взяли обратно из декретного отпуска. Алене пришлось пойти на бесплатные курсы кройки и шитья, которые государство предоставляло безработным. После этого она пыталась найти легальную работу, но вскоре поняла, что это практически невозможно — большинство швейных цехов в Бишкеке и рядом с ним работают в тени.

Алена говорит, что доверяет своему руководителю несмотря на то, что у нее нет трудового договора, она не платит налоги и страховые взносы. Однако, рассказывает она, многие владельцы теневых швейных цехов часто привозят работниц из сел, дают им жилье, еду, и те работают в своей стране «как гастарбайтеры».

«Есть много цехов, где люди работают и живут, а им не платят зарплату месяцами, дают [частями]. Люди не могут оттуда уйти, потому что ждут свои деньги. Бывают такие случаи, когда хозяева вывозят ночью все оборудование, забирают свои ткани и кидают людей», — объясняет девушка.

Данные Национального института стратегических исследований (НИСИ) говорят, что главная причина, по которой работодатели принимают людей на работу неофициально — это то, что их легко нанять и уволить (эту причину назвали более 73% опрошенных бизнесменов).

«В результате работники остаются без социальных гарантий – пенсионного обеспечения, оплаты больничных, отпусков, пособий по увольнению и прочего», — пишет НИСИ.

В институте объясняют, что в тени в основном работают наименее конкурентоспособные люди — молодежь, женщины, пенсионеры, люди без профессии. При этом, их зарплата в два раза меньше официальной.

Эксперт по малому и среднему бизнесу Гульнара Ускенбаева считает, что теневой бизнес помогает находить работу тем кыргызстанцам, которые не смогли найти её легально. Возможность бизнеса не платить налоги «спасает» кыргызские власти, говорит эксперт.

«Люди — пусть даже они не платят налоги — кормят свои семьи, соседей, давая им работу, а не сбиваются в преступные группировки. Теневая экономика снимает социальную напряженность. Людям иногда приходится нарушать законодательство страны, чтобы выжить», — объясняет Ускенбаева.

Иллюстрация: Алина Печенкина для Kloop.kg

Много проблем мешают развитию бизнеса

Причин для ухода в тень у бизнесменов в Кыргызстане достаточно.

Ускенбаева считает, что главная проблема — это неэффективная система администрирования налогов и выплат в соцфонд, что, например, видно по сложностям с подачей отчетности.

«Возьмем чабанов. Они ушли по весне на джайлоо и вернулись осенью, но каждые три месяца должны спускаться и сдавать отчетность. А для соцфонда — ежемесячно. Это будет способствовать развитию?» — задается вопросом Ускенбаева.

Она добавляет, что уплата налогов и благополучие семьи всегда стоят для бизнесмена на разных чашах весов: «У него дети голодные, а он заплатит налоги и будет утешать себя тем, что такой весь порядочный… При этом, понимая, что все равно что-то сделает неправильно, и его всегда могут оштрафовать».

По словам Ускенбаевой, бизнесу также мешают плохой доступ к кредитам, финансовая безграмотность самих предпринимателей и слишком большое количество требований, которые им приходится соблюдать.

«[Госорганам] всегда есть до чего докопаться, благодаря сложному администрированию и излишнему регулированию. Даже если предприниматель работает в белую, коррупционный риск остается, потому что у нас в законодательстве множество коррупционных дырок», — говорит она.

В минэкономики признают эти проблемы — там считают, что предприниматели уходят в тень из-за того, что госорганы «нерационально используют административные функции». Кроме этого, считают в ведомстве, бизнесу не дают развиваться высокие ставки соцотчислений и отсутствие помощи со стороны государства.

Бакыт подтверждает это — ему стало гораздо легче работать, когда он ушел в тень. По его словам, теперь он не тратит время на госорганы и стал реже сталкиваться с коррупцией — ведь власти попросту не знают о его бизнесе.

Тем не менее, в Государственной налоговой службе считают, что волокиты для бизнесменов стало меньше — благодаря «ряду значительных реформ».

Теперь получить госуслуги от налоговой можно через «единое окно», без необходимости ходить по кабинетам и стоять в очередях, а сдать отчеты и заплатить налоги можно онлайн. Но пока только восьмая часть зарегистрированных налогоплательщиков сдает электронную отчетность, а процент тех, кто платит налоги дистанционно и того меньше — в 2018 году таких платежей было только 0,5% от общего числа.

Кроме того, говорят в налоговой, там стараются свести к минимуму прямое взаимодействие между налоговиками и бизнесменами — во время него коррупция наиболее вероятна.

С 2015 года из налоговой за коррупцию уволили девять человек.

Что сделало и обещает государство

Сделано:

 • Еще в 2007 году власти приняли закон о господдержке малого бизнеса. По этому закону государство должно было создавать программы поддержки предпринимателей и выдавать им льготные кредиты, но этого не делают.

• Власти ввели мораторий на любые проверки предпринимателей госорганами до 1 января 2021 года.

• Правительство создало институт бизнес-омбудсмена, который будет защищать права предпринимателей. Правда, кем он будет, пока неизвестно.

• ГНС уже начала администрировать соцотчисления. Теперь бизнесменам не нужно сдавать отчеты в два разных госоргана и проходить двойную проверку от налоговой и Соцфонда.

Обещает:

• Налоговая продолжает цифровизацию — она планирует ввести электронные счет-фактуру и маркировку товаров, а также увеличить количество онлайн-кассовых аппаратов. Это должно упростить налоговые процедуры и снизить коррупцию.

• ГНС собирается открыть «единые окна» по всей республике — сейчас они работают только в 37 отделениях налоговой и на 18 рынках страны.

• Налоговая обещает упростить форму отчетности.

• ГНС планирует ввести в школах и вузах обязательный учебный курс по налогам.

• Министерство экономики планирует создать центры обслуживания бизнеса, где предприниматели смогут получать различные консультации.

Авторы: Анна Капушенко, Савия Хасанова

Редакторы: Эльдияр Арыкбаев, Анастасия Валеева, Дмитрий Мотинов

Работа над этим исследованием стала возможна, благодаря проекту Internews «Медиа-К», который финансово поддерживают USAID в Кыргызстане в партнерстве с Всемирным банком и IDEM.

Выводы авторов материала могут не совпадать с мнением доноров.