Ассоциация некоммерческих организаций исследовала, как соблюдались права кыргызстанцев во время резкого роста заражений коронавирусом летом 2020 года. В частности, исследователи рассмотрели, насколько право на достоверную информацию нарушалось госорганами.
В результате опроса кыргызстанцев выяснилось, что им не хватало официальной информации о новом вирусе, способах его профилактики, лечения и статистических данных. Поэтому повысилась смертность и заболеваемость COVID-19, а также усилилось недоверие населения к власти. Исследование проведено при поддержке Управления Верховного комиссара ООН по правам человека в Кыргызстане.
«Респонденты отметили, что исходя из того, что они видят среди их окружения большое количество заболевших, а официальная статистика низкая, соответственно, она не отражает реальную картину с инфицированными и больными COVID-19 в стране», — пишется в отчете исследования.
Представители НКО отмечают, что методология определения уровня заболеваемости и смертности в Кыргызстане до июля 2020 года отличалась от рекомендаций Всемирной организации здравоохранения и опыта других стран, которые успешнее боролись с эпидемией.
«Информация о готовности системы здравоохранения неоднократно представлялась на разных уровнях принятия решений государственных и муниципальных органов в позитивном контексте. Однако резкий рост заболеваемости и смертности от COVID-19 с июня по июль 2020 года показал недостоверность ранее предоставляемой информации, а также критически снизил доверие населения к органам власти», — заключают исследователи.
В ходе исследования также определено, что гражданам недостаточно четко объяснили правила соблюдения санитарных норм при режимах чрезвычайного положения и чрезвычайной ситуации. Большинство респондентов указало, что «часто информацию получали поздно, и становились в итоге нарушителями ЧП».
Большинство респондентов узнавало о требованиях ЧС и ЧП от друзей и знакомых. Исследование показало, что кыргызстанцам не помогли ни брифинги правительства, ни публикуемые приказы комендатуры Бишкека. Ситуацию также не проясняли «противоречивые» публикации СМИ и в соцсетях.
Поэтому многие граждане пользовались российскими и другими иностранными информационными каналами, официальными сайтами госорганов и сообщениями ВОЗ.
«Выбор источника информации о новом коронавирусе и мерах борьбы с ним основывался на доверии к источнику информации и знании соответствующего языка», — отмечают в отчете.
Кыргызстанцы читали и местные СМИ, однако у журналистов «возникли проблемы» с аккредитацией в период режима ЧП — комендант Бишкека Алмазбек Орозалиев отказался аккредитовывать их, обосновав свое решение заботой о здоровье журналистов.
В исследовании привели интервью директорки правовой клиники «Адилет» Чолпон Джакуповой о законности такого решения.
«В условиях ЧП допустимо изымать из прав человека определенные элементы, но все должно быть четко обосновано и не может носить характер устного предписания. Получается, это решение выпало из правового поля», — считает Джакупова.
Она рассказала, что, по закону о ЧП, для отказа в аккредитации нужно сначала установить ее порядок.
«В отсутствие такого порядка возникают серьезные вопросы относительно правомерности ограничения прав журналистов. Кроме того, многие СМИ, расположенные в Бишкеке, являются СМИ республиканского масштаба и вещают на всю страну. Таким образом, здесь мы можем говорить о возможных ущемлениях прав граждан, проживающих за пределами города Бишкека, например, в Баткенской или Нарынской областях», — сказала правозащитница.
Информация о необходимости соблюдения дистанции и мытья рук была понятна для респондентов. Однако в замешательство приводило множество мнений о ношении масок для профилактики заражения.
Доверию не способствовало и то, что сами госслужащие нарушали санитарные требования, которые сами устанавливали. При этом, госорганы не рассказывали, где и как можно пройти диагностику на коронавирус.
«Отсутствовала информация о возможности пройти тестирование, порядке и местах прохождения тестирования. Периодически поступала информация о количестве проведенных тестов, наличии самих тестов и расходных материалах для их проведения», — пишется в отчете.
В результате этого, многие кыргызстанцы прислушивались к знакомым и родственникам, которые «уже лечились и выздоровели», знакомым врачам и медсестрам, а также телеграм-каналам.
«Этот фактор также определяет значительную долю рисков, связанных с вынужденным самолечением, доступом к интернету, а также некачественному лечению, приведшему к осложнениям, тяжелым последствиям и росту смертности», — считают исследователи.
В июле 2020 года Кыргызстан пережил резкую вспышку заражений коронавирусом — за сутки регистрировали сотни новых случаев и десятки летальных исходов. Именно в июле минздрав решил учитывать в статистике по смертности от осложнений COVID-19 летальные исходы от пневмонии. Тогда количество смертей увеличилось со 173 до 900.
Во время обсуждения этого исследования вице-спикерка парламента Аида Касымалиева сказала, что у госорганов «не хватило времени» для координации своих действий по информированию населения и подготовке к борьбе с вирусом.
На заседании парламента 5 ноября главный пульмонолог страны и замминистра здравоохранения Нурболот Усенбаев прогнозировал второй пик заболеваемости коронавирусом на конец ноября.
На 11 ноября 2020 года минздрав зафиксировал 64 360 случаев инфицирования COVID-19. Из них 55 306 закончились выздоровлением, а 1 188 — летальным исходом. Однако это только официальная статистика, которая не учитывает население, которое переболело или лечится в домашних условиях.
