Адвокат президента Алмазбека Атамбаева заявила, что он «свободно выражал мнение», когда говорил об «отрабатывающих гранты» правозащитницах. Слова президента стали поводом для судебного разбирательства, за заседанием которого наблюдала корреспондент Kloop.kg.

Первомайский суд Бишкека 16 июня отказал правозащитницам Азизе Абдирасуловой и Толекан Исмаиловой в иске против президента Алмазбека Атамбаева.

За день до этого адвокат президента Алмаз Османова объясняла слова Атамбаева — по её словам, глава государства «свободно выражал своё мнение», когда говорил о «верно отрабатывающих гранты» правозащитницах.

За процессом наблюдала корреспондент Kloop.kg Александра Титова, пересказ ведется с её слов.

Предпоследнее заседание по делу об «оскорблении чести и достоинства» правозащитниц Толекан Исмаиловой и Азизы Абдирасуловой со стороны президента начинается с небольшим опозданием на 15 минут.

Дождавшись припозднившихся правозащитниц, судья Алмаз Калыбаев открывает заседание и говорит телевизионщикам, что они могут снимать всё, что хотят, кроме его самого.

Читать по теме:«Я что — мартышка или осел!?» Как суд выяснял, что оскорбило правозащитниц в словах президента

Заседание начинается с выступления Исмаиловой, которая приступает перечислять все свои достижения с 1996 года. Но судья Калыбаев прерывает её и говорит, что во время процесса не учитывается её правозащитная деятельность.

Tolekan_Ismailova

Исмаилова отвечает, что гордится тем, что «получает гранты законным путем» и «работает в общественном фонде на благо общества».

— Моё присутствие на мероприятии «Народного парламента» не даёт права главе государства объявлять меня врагом народа. И ставить в один ряд с лицами дестабилизирующими ситуацию в стране, — говорит Исмаилова.

Правозащитница просит суд учесть, что после высказываний Атамбаева её здоровье ухудшилось, а вся семья переживает за свою безопасность.

‒ Моральный ущерб, нанесенный мне и моей семье, я объективно оцениваю в 10 млн сомов, — говорит Исмаилова, а затем просит Калыбаева привести в суд президента, вынудить его принести публичные извинения и покрыть моральный ущерб.

Внезапно в процесс вмешивается некая Марта Кадыралиева, которая представляется представительницей благотворительного фонда «Шестимиллионный Кыргызстан» — она выкрикивает с места, что поддерживает правозащитниц и хочет принять участие в процессе. Судья отказывает ей, но позволяет остаться и послушать заседание.

Слово дают Азизе Абдирасуловой — она несколько раз просит суд обеспечить явку президента — за это заседание просьба звучит четыре раза. В итоге, Калыбаев идет на компромисс.

‒ Истец, — говорит судья, обращаясь к правозащитнице, — это мы уже обсуждали. Если представитель ответчика не сможет ответить на ваши вопросы, тогда да, обеспечим явку президента.

***

Судья дает слово представителю президента.

Молчавшая предыдущие два заседания Алмаз Османова перед тем, как зачитать подготовленное заявление, говорит, что не поддерживает требования правозащитниц. Затем она цитирует международный пакт о правах человека, ссылается на статью о свободе выражения мнения и начинает выкладывать свою позицию.

— […] вышеприведенные слова, высказанные господином Атамбаевым, понимают и истолковывают неверно и широко принимают на себя. Озвученные термины не содержат негативный характер по отношению к истцам, а содержат в себе лишь отношение ответчика к той работе по выделенным им грантам, — говорит Османова.

Затем она начинает разбор фразы президента «верно отрабатывающие свои зарубежные гранты наши НПОшницы Толекан Исмаилова и Азиза Абдирасулова». Она призывает суд понимать слово “отрабатывать” буквально.

— Что значит отрабатывать? В этом слове нет никакого унижения чьего-либо достоинства или деловой репутации. Отрабатывает — возмещает трудом, работой, осваивать каким-либо методом или приемом. О чем идет речь? О грантах, безвозмездных субсидий предприятиям, организациям, юридическим лицам в денежной форме на проведение научных и других исследований, — продолжает адвокат.

Османова ссылается на слова самих правозащитниц, в которых они говорили, что получают гранты и добросовестно оплачивают налоги и другие платежи. По словам адвоката, эти слова Исмаиловой и Абдирасуловой как раз и подтверждает президент.

‒ И я бы хотела в этой ситуации проанализировать иски и дополнения, документы, которые были предоставлены суду, заключения аудиторов о работе НПО, в которых трудятся уважаемые истцы. Обратите внимание на то, что эти гранты действительно поступают вновь и вновь. Здесь нет никаких ложных сведений, — говорит Османова.

Osmanova

Представитель президента переходит к части, в которой Атамбаев ссылался на персонажей басни Ивана Крылова «Квартет» — с её слов, глава государства не сравнивал правозащитниц с героями произведения.

— Уважаемый судья, хочу заметить, что ни разу ни одно из имен уважаемых истцов не приравнивалось к героям басни. Поэтому, я считаю, что истцы принимают все слишком широко, — говорит Османова и делает паузу для перелистывания страницы.

Защитница президента говорит, что президент не «увязывал» правозащитниц с «Народным парламентом», членов которого позже задержали по обвинениям в «попытке захвата власти».

— Увязка НПО с «Народным парламентом», как предлагает это истец, не обоснована. Если в первом абзаце, речь, предшествующая высказыванию ответчика об НПО, сообщает нам о проведении форума «Народного парламента» на котором присутствовали….

Слова Османовой были прерваны стуком ручки об стол судьи призывающим прекратить шуметь журналистов. В духоте кабинета судьи Калыбаева более 20 журналистов вздыхали и охали из-за того, что заседание затянулось.

‒ На мой вопрос, уважаемый суд, в конце предыдущего судебного заседания, когда я спросила “Являлись ли истцы заседателями на том форуме народного парламента? Оба истца ответили, что нет.

— […] никакого приравнивания к акаевцам, бакиевцам или [отнесения] к кому-либо еще. В словах президента о форуме говорится “кого здесь только не было”, и глава государства только отметил их под словами “кого здесь только не было”, и истицы этого ведь не отрицали, — объясняет Османова.

Она говорит, что президент «лишь беспристрастно отметил» правозащитниц среди тех «кого здесь только не было». Османова считает, что ни Исмаилова, ни Абдирасулова не доказали, что президент сравнивал именно их с персонажами басни.

Она объясняет, что президент, как и любой гражданин Кыргызстана, имеет право на свободу своих мыслей, и Атамбаев не преследовал цель опорочить честь, достоинство или деловую репутацию правозащитниц.

— Свобода мыслей и слов является основополагающим правом и свободой человека и гражданина, которые незыблемы и неприкосновенны, а также являются важнейшим признаком демократического и правового государства, — говорит Османова.

— [Слова президента] не порочат, а отражают лишь высказанную позицию ответчика на ту или иную общественно-политическую ситуацию, в частности его позицию по действиям так называемого «Народного парламента», — продолжает она.

Османова повторяет, что президент не распространял заведомо ложной информации и никого не унижал, а высказал «лишь мнение о работе истцов и ее оплате». По её словам, Атамбаев не относил правозащитниц к представителям «Народного парламента», потому что вынес слова о них «в отдельный абзац».

Османова заканчивает, и теперь очередь правозащитниц задавать вопросы. Исмаилова интересуется, каким образом президент может в устной речи выделить кого-то «в отдельный абзац».

Адвокат парирует тем, что в расшифровке речи президента эти слова идут отдельным абзацем. Османова говорит, что правозащитницы сами принесли эту расшифровку.

Пока стороны спорят, судья Калыбаев наводит порядок на своём столе, а потом говорит, что не видит разницы, и не понимает, зачем этот момент выясняется.

Исмаилова и Османова не находят, что ответить, и говорят, что больше доводов нет.

***

За время заседания стороны еще спорили об определениях слов «грантодатель» и «НПОшница». Османова отбилась тем, что грантодатель — это «тот, кто дает гранты». Но она не смогла дать определение слову «НПОшница», сказав, что только может объяснить, что такое НПО (неправительственная организация — прим.ред.)

Ismailova_Abdirasulova_miting

Затем адвокат Атамбаева сказала, что президент не имел ввиду Исмаилову и Абдирасулову, когда говорил, что «цель у них одна — дестабилизация Кыргызстана». Правозащитницы в свою очередь запросили этический кодекс президента, но им в этом отказали.

Уставшая просить суд привести на процесс Атамбаева, Абдирасулова под конец заседания начинает называть адвоката Алмаз Османову по имени и отчеству президента — «Алмазбек Шаршенович».

‒ Уважаемый Алмазбек Шершенович, ответьте мне, почему из всех правозащитников, почему вы только нас перечислили? — вопрошает правозащитница.

‒ Я уже отвечала! — отвечает Османова.

‒ Сторона ответчика, ответьте еще раз, — настаивает судья Калыбаев.

‒ Президент после словосочетания «кого здесь только не было» перечислил тех, кто там был! Это факт! — отвечает Османова.

Абдирасулова не перестает спрашивать, почему Атамбаев перечислил именно её и Исмаилову, а не всех людей на форуме. После её слов участники процесса смотрят выступление Атамбаева и убеждаются, что он заканчивает фразу словами «и другие».

Это стало главным доказательством адвоката, после чего споры закончились.

Исмаилова напомнила присутствующим об ухудшении своего здоровья и попросила отсрочить вынесение решения суда на несколько дней. Но суд снова отказал ей в просьбе.

В конце процесса Абдирасулова зачитала письмо своей дочери, которая написала обращение к президенту о том, что не позволит оскорблять свою мать.

Судья зачитал иски, закрыл папку и удалился из зала заседания. На этом обсуждение дела об оскорблении президентом чести и достоинства правозащитниц Толекан Исмаиловой и Азизы Абдирасуловой было закончено.