Глава пресс-службы администрации президента Дайырбек Орунбеков обвинил экс-главу ГКНБ Камчыбека Ташиева в том, что у него есть команда фейков.
«Есть политики с президентскими амбициями. Используя фейковые аккаунты они дискредитируют власть и распространяют в соцсетях посты о том что «Китай нас захватывает», «земли распродают», а «внешний долг взлетел до небес»», — написал Орунбеков в своем фейсбуке.
Далее он перечислил этих политиков.
«Если раньше все это распространяли фейки, связанные с Адаханом Мадумаровым, Алмазбеком Атамбаевым, НПО, то теперь к ним присоединились фейки команды Камчыбека Ташиева», — заявил Орунбеков. К посту он приложил коллажи с аккаунтами, связанными с перечисленными политиками и НПО. Некоторые он подписал, как фейковые, но по большей части это просто кыргызстанцы, критикующие власть за какие-то действия.
Однако вскоре он по неизвестным причинам отредактировал пост и удалил оттуда часть про фейков Камчыбека Ташиева, вместе с коллажем про него. Впрочем, мы этот коллаж сохранили.
Орунбеков угрожал кыргызстанцам, внесенным в коллаж, тюрьмой.
«Если вы не остановитесь, то вскоре окажетесь в тюрьме вместе со своими лидерами», — заявил Орунбеков, то есть, по факту, угрожал заключением экс-главе Камчыбеку Ташиеву.
«Вы будете заключены в тюрьму за распространение лжи и разжигание межнациональной розни», — угрожал Орунбеков.
Борец с фейками или глава фейков?
Дайырбек Орунбеков, сейчас выставляющий себя за борца с фейками больше известен как фейкодел. Он регулярно делал заявления с неподтвержденной и лживой информацией уже будучи главой пресс-службы администрации президента. Но также его связывают с фейк фермами.
В декабре 2020 года журналисты «Клоопа» опубликовали расследование о фейк-фермах, которые работали в интересах разных политических сил.
Изучать фейков журналисты начали после публикации первого расследования о коррупционных схемах внутри таможни, главным фигурантом которого стал экс-зампред Гостаможни Райымбек Матраимов. Три источника рассказали журналистам «Клоопа» про связь Дайырбека Орунбекова с фейк-фермами, которые работали в поддержку Матраимовых.
А летом 2023 года у уже другого издания вышло расследование о возможных связях сотрудников Национальной телерадиокорпорации (НТРК) с фейк-аккаунтами. В НТРК с ноября 2022 года существует SMM-отдел. Однако журналисты-расследователи, со ссылкой на анонимные источники, утверждают, что этот отдел является не чем иным как фейк-фабрикой, получающей поручения напрямую от руководителя службы информационной политики администрации президента Дайырбека Орунбекова.
Сам Орунбеков всегда отрицал свою связь с фейками.
17 июля Бишкекский горсуд провел заседание по делу бизнесмена, оппозиционера и экс-кандидата в президенты Имамидина Ташова. Суд признал его виновным в попытке захвата власти и призывах к захвату, но оправдал по статье «Незаконное пересечение границ». В итоге срок в девять лет, который дал суд предыдущей инстанцией, был сокращен на год.
Защита требовала оправдать Ташова.
Дело Ташова и сомнительное доказательство
Главу стройкомпании KG Group Имамидина Ташова задержали в конце апреля 2024 года. Тогда ему предъявили обвинения по статьям «Насильственный захват власти», «Публичные призывы к насильственному захвату власти» и «Незаконное пересечение государственной границы КР».
На бизнесмена возбудили уголовное дело и объявили в розыск после того, как он обвинил сотрудников ГКНБ в похищении, запугивании и вымогательстве. По его словам, в конце 2023 года его якобы задержали неизвестные люди, представившиеся сотрудниками спецслужбы, и продержали в неволе восемь дней ему и близким в том числе тем, что отберут его компанию KG Group. Также он утверждал, что с него вымогали 100 млн сомов «в левый карман», помимо 52 млн, которые он выплатил по делу о незаконном строительстве.
По словам его адвокатессы Асель Аргымбаевой, главное доказательство обвинение — видео, на котором сняли телефон с демонстрацией якобы разговора Имамидина Ташова и оппозиционера Тилекмата Куренова, в котором обсуждались митинги. На заседании суда в апреле 2026 года Аргымбаева уточняла у сотрудника ГКНБ, было ли видео проверено на подлинность. По ее словам, он ответил, что нет. Чекист сообщил, что главное доказательство в деле ему прислали на WhatsApp, достоверность его не проверяли, а телефон, на который сняли другой телефон с разговором, не изымали. По информации юристки, видео было записано в СИЗО-1 человеком, которого осудили за мошенничество, а уже после возбуждения дела в отношении Ташова этого мужчину отпустили на свободу.
Ташова приговорили к девяти годам лишения свободы с конфискацией имущества. Гособвинение запрашивало для него 15 лет колонии.
Ташов после задержания несколько раз пытался навредить себе. В Первомайском райсуде он рассказал, что его пытали сотрудники ГКНБ и попытался порезать себе горло.
В СИЗО-1 он порезал себе живот одноразовой бритвой — в ГКНБ заявили, что Ташов «целенаправленно готовился к суицидальным действиям». Также Ташов снова пытался покончить с собой в СИЗО-1, порезав правую часть живота. В СИН говорили, что в камере нашли осколки зеркала.
Правительство Кыргызстана разрешило ввозить в страну бензин и дизельное топливо без документов об обязательной оценке соответствия. Это значит, что вскоре водители Кыргызстана начнут жаловаться на детонацию, забитые форсунки, грязь в бензобаке и дорогостоящий ремонт двигателя. А зимний смог в Бишкеке станет еще опаснее.
13 июля правительство Кыргызстана отменило собственный запрет семилетней давности на ввоз в страну топлива без документов соответствия. Причиной стал дефицит нефтепродуктов, более 90% которых ввозились из России. Украинские удары по российским НПЗ привели к нехватке топлива в самой РФ, из-за чего Москва ограничила экспорт бензина и дизтоплива. Документы соответствия, о которых идет речь, связаны с техрегламентом Таможенного союза ТР ТС 013 2011 «О требованиях к автомобильному и авиационному бензину, дизельному и судовому топливу, топливу для реактивных двигателей и мазуту». В Кыргызстане он действует с 2018-2019 года. Согласно этому документу, в страны Таможенного союза нельзя ввозить и продавать на АЗС бензин и дизельное топливо экологического класса ниже К4 и К5 (Евро-4 и Евро-5). Это значит, что содержание серы в них не должно превышать 50 миллиграммов на 1 килограмм. Кроме того, в топливе не должно быть токсичных присадок с марганцем, свинцом и железом.
Чтобы доказать соответствие топлива требованиям техрегламента, производители и поставщики должны иметь декларацию. Ее оформляют после испытаний топлива в аккредитованной лаборатории по государственным стандартам. Без этой декларации ввезти топливо в Кыргызстан нельзя.
Точнее, было нельзя. Теперь Кыргызстан может ввозить и продавать на своих АЗС топливо классов Евро-3 и Евро-2 с высоким содержанием серы и токсичными присадками. Ранее подобное топливо разрешили продавать в России.
13 июля стало известно, что владелец нефтеперерабатывающего завода в Джалал-Абаде «Кыргыз Петролеум Компани» объявила тендер на закупку 1000 тонн присадок за 125 млн сомов. С их помощью предприятие планирует делать бензин АИ-92 из бензина АИ-80, который раньше не пользовался спросом.
Это значит, что скоро в Кыргызстане, как и в России, владельцы машин начнут жаловаться на детонацию двигателя, осадок в топливе и на то, что бензин стал портить краску на кузове автомобиля. Топливная система большинства машин, которые выпускаются последние 10 лет, уже не рассчитана на Евро-3 и тем более на Евро-2. Насосы и форсунки двигателей от такого топлива быстро забиваются, клапана прогорают, а ремонт обходится очень дорого.
Кроме того, некачественный бензин и дизтопливо ухудшат ситуацию со смогом в Бишкеке, который уже не первую зиму входит в топ городов мира с самым грязным воздухом. По данным исследования ООН, главные загрязнители воздуха в столице Кыргызстана — печное отопление и автомобили.
Президент Садыр Жапаров прокомментировал участие своей дочери Жанаим Жапаровой в раздаче подарков детям в центре «Алтын Балалык» — это, возможно, первый публичный выход дочери главы государства для создания ей благоприятного имиджа. Ранее в публичном пространстве появлялись сыновья президента, супруга, братья, племянники и племянница — в том числе они были фигурантами расследований и участниками публичных скандалов.
«Никакого пиара, никакого участия в политике. Как я уже говорил, я не вовлекаю своих детей или родственников в политику и государственные дела», — так комментирует выход дочери президент. По его словам, в таких публичных благотворительных акциях ежегодно участвует его супруга, но в этом году президент с женой предпочли отправиться в гости, и вместо себя отправили дочь.
«Она просто раздавала детям шорты и футболки, которые должны были быть подарками. Никаких СМИ не было. Сказали: „Давайте просто раздадим подарки, не публикуя информацию нигде“. Один из приехавших снял это на телефон, а потом выложил в социальные сети. Нет необходимости политизировать это», — настаивает Жапаров.
Видео с раздачей подарков от Жанайым Жапаровой появилось в соцсетях 13 июля.
Как родственники Жапарова «не пиарятся» и «не участвуют в политике»
Утверждая, что его родственники не участвуют в «государственных делах», президент лукавит. После его прихода к власти некоторые его родственники получили должности.
Тумонбаев Турусбек Тогузбаевич. Фото: АКИpress.
В ноябре 2020 года стало известно, что новый глава госучреждения «Унаа» — сват Жапарова Турусбек Тумонбаев. Вскоре последний стал фигурантом журналистского расследования.
Таштанбек Каймазаров
Сватом Жапарова оказался и назначенный в руководство госслужбы миграции Таштанбек Каймазаров. Глава Счетной палаты также является родственником Жапарова — он возглавил ведомство в феврале 2021 года.
Улан Ниязбеков
В декабре 2022 года Жапаров породнился с министром внутренних дел Уланом Ниязбековым. Племянник Жапарова стал мужем дочери Ниязбекова.
Рустам Жапаров на инаугурации турецкого президентаРустам Жапаров на саммите ШОС. Фото: Асан Малик.
Раньше Садыр Жапарова на разным мероприятиях часто сопровождал сын Рустам — он в целом нередко фигурировал в СМИ, в том числе в скандалах, и даже сфотографировался с членами узбекского криминалитета. Еще до этого Рустам запомнился публичными выпадами в адрес журналистов, фотографиями в компании детей коррупционера Райымбека Матраимова и кримавторитета Камчыбека Кольбаева.
Фото Рустама Жапарова с ОПГФото Рустама Жапарова с сыном теневого таможенного короля страны Раима Матраимова и сыном кримавторитета Камчы Кольбаева.
После фото с узбекским криминалитетом Рустам стал менее публичным, а отца сопровождать на мероприятиях стал другой сын — Нурдоолот Нуркожоев. Садыр Жапаров настаивает, что этот его сын выступает в роли переводчика — юноша уже ездил с отцом за границу, в том числе на заседание ООН.
Нурдоолот Нуркожоев на мероприятии с отцомСадыр Жапаров взял сына Нурдоолота на ген-ассамблею ООН в Нью-Йорке
20 октября 2025 года юноша стал соучредителем нового банка «Берекет» — в 21 год. И когда об этом стали говорить люди и писать СМИ, президент заявил, что якобы предложил открыть цифровой банк основатель Binance Чанпэн Чжао — сам Чжао это опроверг. Сам Садыр Жапаров аргументировал учреждение банка тем, что его сын будет «приобретать опыт». Только не как стажер или рядовой сотрудник, как любой другой кыргызстанец двадцати лет.
Лазат Нуркожоева и Садыр Жапаров. Коллаж: «ПолитКлиника»
Раньше постоянно в СМИ появлялись племянница президента Лазат Нуркожоева. Лазат не принимала участия в госдеятельности, и исчезла из публичного пространства после помпезного предложения с участием вертолета — после президенту пришлось принести извинения за «расточительство», а жених племянницы был задержан по статье «Незаконное изготовление наркотических средств». Одним из последних упоминаний племянницы президента стала ее свадьба уже с другим мужчиной — борцом Амантуром Исмаиловым зимой 2025 года.
Многие родственники Садыра Жапарова регулярно фигурировали в СМИ еще пока он сидел в колонии. Они организовывали митинги и акции в его поддержку, были фигурантами уголовных дел.
После его прихода к власти его родственники стали фигурантами журналистских расследований. «Клооп» выяснил, что племянник президента Эскат Нуркожоев владеет пятью компаниями и является партнером турецкого бизнесмена. Этот партнер получил в аренду бишкекскую гостиницу «Достук» с казино на первом этаже. Ранее часть этой гостиницы ГКНБ отобрал у собственников — якобы из-за незаконной приватизации.
Сестра президента Райкан Жапарова открыла совместный бизнес с сыном владельца рынка «Дордой» Аскара Салымбекова — сразу после задержания и «кустуризации» одного из семьи Салымбековых.
Невестка президента Бурул Кыштобаева, жена Сабыра Жапарова, стала партнером крупных бизнесменов, таких как экс-мэр Азиз Суракматов, экс-владелец завода ЖБИ Александр Полянский. Это тоже чудесным образом произошло после ареста того же Суракматова, ареста имущества Полянского, а после задержания Александра Сана Кыштобаева стала соучредителем его компании «Сан-Сити».
Британские исследователи рассказали, как именно работает российская система по обходу санкций через Кыргызстан, используя его госкомпании и госбанки. Через схему провели уже миллиарды долларов. И кыргызские власти в этом играют далеко не пассивную роль.
Исследовали британской организации The Open Source Centre (OSC) проанализировали тысячи утекших документов А7 — структуры, построенной молдавшим олигархом Иланом Шором для помощи России в обходе западных санкций.
Молдавский олигарх Илон Шор.
До этого кыргызские и зарубежные журналисты в основном освещали криптовалютную отрасль структуры А7, но, как оказалось, это лишь вершина айсберга. На самом деле система в значительной степени использует классические способы международного перевода средств, которые стали недоступны для России после начала полномасштабной войны с Украиной в 2022 году. И дорогу к ним для России вновь открыл Кыргызстан, через свои банки и компании, в частности государственные.
Более того, внезапный курс страны на развитие цифровых активов и банковского сектора, скорее всего, тоже был связан с построением системы для помощи России в обходе санкций. Исследовали рассказали как Кыргызстан фактически стал «подставной страной» России для обхода санкций, как в ней, возможно, участвовал на тот момент глава кабмина Акылбек Жапаров и как кыргызская государственная компания стала ключевым механизмом схемы.
Акылбек Жапаров. Фото: Кабмин
«Чтобы система A7 могла работать в таком масштабе, России было недостаточно отдельных офшорных структур. Ей требовалась юрисдикция, встроенная в глобальную финансовую систему, которая могла бы правдоподобно “переваривать” миллиарды долларов финансовых операций, сохраняя при этом доступ к международным банковским каналам через SWIFT», — пишут исследователи OSC.
По их мнению, для этого был необходим контроль над целой страной, способной обеспечить прикрытие для таких потоков.
«На практике это означало необходимость получить контроль над государством, чья экономика, торговые потоки и банковский сектор могли бы служить достоверным прикрытием для крупных и регулярных финансовых переводов, исходящих из России. Кыргызстан в итоге предоставил именно такую возможность».
«Торговая компания Кыргызской Республики»
После того, как в 2022 году Россия совершила полномасштабное вторжение в Украину и начала затяжную войну, против нее ввели масштабные санкции, стали перекрывать финансовые потоки — в частности страну отключили от международной системы денежных переводов SWIFT.
Но вскоре Россия научилась обходить эти ограничения и уже перевела через свои схемы десятки миллиардов долларов, оплачивая импорт товаров, в том числе санкционных, более чем в 80 юрисдикциях — к такому выводу пришли исследователи OSC.
Одну из ключевых ролей в этом сыграла кыргызская государственная «Торговая компания Кыргызской Республики», принадлежавшая Министерству экономики.
В феврале 2026 года власти ее ликвидировали, но через нее успели провести как минимум около 8 млрд долларов на закупку санкционных товаров для России.
«Торговую компанию Кыргызской Республики» (ТККР) зарегистрировали в сентябре 2024 года. Целью ее создания был назван контроль над внешнеторговыми операциями без фактического ввоза товаров в Кыргызстан. Она должна была заниматься снижением рисков обхода санкций и незаконных платежей.
«Основными задачами Торговой компании являются проверки сделок на предмет санкционной номенклатуры, предотвращение участия в схемах с товарами двойного назначения, а также исключение операций с подсанкционными компаниями», — заявляли власти.
В Администрации Президента Кыргызской Республики 12 мая 2025 года состоялась встреча с Чрезвычайным и Полномочным Послом США в Кыргызской Республике Лесли Вигери, во время которой были обсуждены вопросы о ранее достигнутых договоренностях по соблюдению санкционного режима и недопущению обхода санкционных требований США, ЕС и Великобритании.
Лесли Вигери
В мае 2025 года во время встречи с послом США в Кыргызстане Лесли Вигери, на которой обсуждали вопросы по недопущению обхода санкционных требований США, ЕС и Великобритании, кабмин заверил, что ТККР «не является финансовой или платежной организацией и не аффилирована с лицами, принимающими участие в обходе санкций».
Но все оказалось в точности да наоборот. Вместо того, чтобы помогать бороться с санкциями, она, по мнению исследователей OSC, стала ключевой фигурой в А7 — российской схеме по их обходу, созданной беглым молдавским олигархом Иланом Шором. Даже официальный сайт ТККР обслуживала IT-команда А7.
«Торговая компания Кыргызской Республики» осуществляла платежи иностранным поставщикам от имени российских клиентов A7 через кыргызские государственные «Айыл Банк», «Элдик Банк», «Капитал банк», а также связанный с беглым президентом Курманбеком Бакиевым «Евразийский Сберегательный банк». Последние два ранее попали под санкции Европы и Великобритании. А7 также использовала и находящийся под санкциями кыргызский государственный «Керемет банк».
Курманбек Бакиев
ТККР фигурирует в тысячах счетов и SWIFT-сообщений, подтверждающих проведение платежей поставщикам через международные банки от имени российских клиентов. Почти десяток из них — либо сами находятся под санкциями, либо входят в структуру собственности санкционированных организаций. Это производители дронов, компании из сферы ядерной промышленности и производства военной техники, а также фирмы, задействованные в военной логистике.
Например, среди клиентов были MG-Flot — владелец и оператор нескольких находящихся под санкциями судов военной логистики, которые перевозили миллионы артиллерийских снарядов и других боеприпасов из Северной Кореи и Ирана, и ООО «Рустакт» — одна из стратегически важных российских компаний, занимающихся сборкой беспилотных летательных аппаратов (БПЛА).
ТККР была крупнейшим платежным узлом сети А7 с миллиардными оборотами. Несмотря на то, что OSC смогли подтвердить движение через нее только 8 млрд долларов, в системе А7 она фигурирует как заявитель на сумму около 14,5 млрд долларов.
Как все это работает
Российские клиенты покупают цифровые векселя А7 — ценные бумаги на предъявителя, которые можно передавать из рук в руки. Это значительно помогает скрывать цифровой след: в публично доступном цифровом реестре фиксируется только то, кто вексель купил и кто потом обналичил, а вот всю цепочку передач отследить не получится — эти данные хранятся только у А7.
Печатают вексели в Кыргызстане.
Вексель
Вексель берут на ту сумму, которую нужно заплатить, например, поставщику товаров за границей. Вдобавок к этому клиенты предоставляют системе реальный список товаров, которые они хотят импортировать и за которые нужно рассчитаться.
В большинстве случаев это санкционная продукция и, чтобы ни у кого не возникало вопросов, система генерирует ложные счет-фактуры.
Дальше А7 через свои компании, например, в Кыргызстане, погашает этот вексель, переводя деньги заграничным поставщикам — таким образом это уже контракт и перевод денег от кыргызской компании иностранному поставщику. То есть, российских клиентов А7, реальных получателей товаров, в документах нет.
Как сообщают исследователи OSC, в регистрах, содержащихся в утечках, зафиксировано более 3 200 векселей на общую стоимость более 25 млрд долларов (по курсу Банка России на дату их выпуска), приобретенных клиентами А7 в период с сентября 2024 по июль 2025.
Деньги переводят не только через Кыргызстан. Для этих целей А7 создало сеть подконтрольных компаний также в Турции, Гонконге и на Сейшелах.
Как власти Кыргызстана помогают работе схемы
Переводы проходят через международную систему SWIFT-платежей, ту самую, от которой российские банки отключили в ответ на полномасштабное вторжение в Украину в 2022 году. И именно Кыргызстан стал центральным винтиком системы, активно ее поддерживая на всех уровнях.
Управляют процессом сотрудники А7 из России, маскируя свое местоположение с помощью VPN, а курирует — группа VIP-пользователей, у каждого из которых есть специальное телефонное приложение и юзернейм для общения в защищенном чате, созданном А7.
В ноябре 2024 года такой VIP-аккаунт был создан для человека с именем Акылбек Усенбекович Жапаров — полный тезка на тот момент главы кабмина Кыргызстана. Исследователи OSC пишут, что в утечке нет доказательств, что это действительно тот же человек, однако, в кыргызской базе данных избирателей есть только один человек с таким ФИО.
Президент Кыргызстана освободил Акылбека Жапарова от должности главы кабмина в декабре 2024. Чем он занимается после своей отставки неизвестно, но в апреле 2025 года он открыл в Кыргызстане компанию «Крипта Азия», которая, согласно минюсту, занимается прочим финансовым посредничеством.
До своего ухода Акылбек Жапаров успел подписать поправки в распоряжение о создании ТККР и разрешил ей открывать дочерние компании за рубежом. Как следует из презентации А7 и ПСБ, имеющейся в сливе, дальнейшее расширении сети А7 должно было строиться на этих «дочках» ТККР в Венгрии, Дубае, Бразилии, Бахрейне, Монголии, а позже, возможно, в Грузии, Азербайджане и Омане.
Этот план, по-видимому, начали приводить в действие. В декабре 2024 года ТККР зарегистрировала компанию MiddleAsiaTrade House Kft в Венгрии. Согласно OSC, учредительные документы показывают, что компания открыла счета в венгерском MBH Bank. Как видно из слайда презентации, она должна была производить платежи по импортным контрактам на территории ЕС.
Через два месяца после регистрации MiddleAsiaTrade House Kft, первый зампред кабмина Данияр Амангельдиев встретился с министром экономики Венгрии Мартоном Надем.
Среди прочего они также обсуждали «перспективы взаимодействия по линии деятельности ОАО “Торговая компания Кыргызской Республики”».
«Кроме того, Данияр Амангельдиев подчеркнул необходимость дальнейшей совместной планомерной работы по наращиванию объемов двустороннего товарооборота», — написано на сайте правительства.
Данияр Амангельдиев и Мартон Надем
Амангельдиев также передал Надему слова приветствия и наилучшие пожелания от президента Садыра Жапарова премьер-министру Венгрии Виктору Орбану. Впрочем, уже в мае глава государства встретился с Орбаном лично.
Другую «дочку» ТККР зарегистрировала в январе 2025 года в Бахрейне — Kyrgyz Trading Company Bahrain W.L.L. Доля кыргызской компании составляла 99%, оставшийся 1% принадлежал Husain Saeed Ebrahim Ali Marzoq Alderazi.
Вскоре после этого в Бахрейн прилетел президент Жапаров. Там он встретился с председателем Совета директоров центрального банка Байхрейна Хасаном Халифа Аль-Жалахмой и предложил рассмотреть возможность открытия в Кыргызстане нового исламского коммерческого банка с участием бахрейнской стороны.
Совпадения ли эти поездки президента вскоре после открытия дочек ТККР в Венгрии и Байхрейне — неизвестно, но придумавший систему А7 беглый молдавский олигарх Илан Шор в 2024 году купил два бизнес-джета, на которых сейчас летает Жапаров.
Кыргызские банки тоже участники схемы
Согласно данным из утечек, А7 использовала доступ к кыргызским банкам для открытия и управления счетами в ОАЭ, Китае, Гонконге, Казахстане и Турции. При этом, многие операции администрировались удаленно из России.
Данные коммерческой базы данных банковских операций BankCheck, предоставленные OSC, показывают значительные изменения в структуре корреспондентских связей кыргызских банков после указа президента США Джо Байдена от 2023 года, согласно которому США теперь может вводить санкции против иностранных банков за сделки с российским военно-промышленным комплексом.
После этого указа Россия начала испытывать большие трудности с проведением международных платежей из-за того, что банки ужесточили процедуры проверки клиентов и ограничили операции, связанные с Россией. В то же время кыргызские банки значительно расширили банковские связи, добавляя новые маршруты для международных переводов через банки-корреспонденты.
Между февралем 2022 года, после начала полномасштабной войны с Украиной, и указом Байдена, кыргызские банки установили 23 новых корреспондентских банковских отношения. Только в 2024 году — еще 54, причем почти 60% из них — после создания А7.
Наиболее представленной юрисдикцией в период расширения был Китай — кыргызские банки установили 10 новых корреспондентских отношений. Именно китайские компании являются основными поставщиками деталей для дронов «Рустакту» — одной из стратегически важных российских компаний.
Расчет за детали осуществляли в том числе и через «Торговую компанию Кыргызской Республики». Сумма транзакций составила как минимум 13 млн долларов.
Кыргызский стейблкоин с российскими корнями?
Один из продуктов структуры А7 — российский стейблкоин А7А5, который привязан к рублю. Его тоже используют чтобы рассчитываться за товары из-за рубежа.
Но, как сообщает OSC, в феврале 2025 года в чатах А7 начали обсуждать запуск второго стейблкоина под названием USDKG. Структура А7 официально не объявляла о его запуске на своей платформе, но в ноябре 2025 года стейблкоин с таким названием начали выпускать в Кыргызстане. И запускал его лично президент Жапаров.
USDKG — это первый кыргызский цифровой токен, который обеспечен физическим золотом и привязан к доллару США. Его выпускает ОАО «Эмитент виртуальных активов», который принадлежит минфину.
Эта компания была выбрана для выпуска токена не случайно. В администрации президента были уверены, что это «обеспечивает высокий уровень доверия и институциональной надежности».
Однако, в мае 2026 года Великобритания ввела санкции против ОАО «Эмитент виртуальных активов» за помощь России в обходе ограничений. После этого компания сменила название на ОАО «ЭВА».
Все это свидетельствует о том, что Кыргызстан выступает не только площадкой для обхода российских санкций, но и играет активную роль в обеспечении работы этих схем.
«В этом смысле Россия создала не просто сеть подставных компаний в Кыргызстане. Она, по сути, фактически обеспечила себе “подставную страну”», — заключают исследователи OSC.
Адвокат Бакыт Автандил сообщил об освобождении прямо в зале суда Алтынай Арстанбековой. При этом оправдал ее по статье «Изготовление, распространение экстремистских материалов», но признал виновной по статье «Публичные призывы к насильственному захвату власти» — за это ее оштрафовали на 100 тысяч сомов.
«Мы положительно оцениваем оправдательную часть приговора. Считаем, что в этой части суд принял законный и обоснованный приговор, восстановив справедливость. Вместе с тем мы внимательно изучим полный текст приговора и после его получения примем решение относительно дальнейшего обжалования в части обвинительного вывода суда. Сегодня самое главное, что Алтынай Арстанбекова освобождена, а суд подтвердил необоснованность одной из ключевых статей предъявленного ей обвинения», — говорит юрист.
Арстанбекова была задержана в марте 2026 года — якобы она писала негативные публикации со страницы фейкового аккаунта «Даниэль Жоошбаев» в соцсетях, критикуя власть. Сама она себя позиционирует как журналистку, но кыргызские СМИ подчеркивают, что она не работала в журналистике последние 8 лет.
После ее задержания провластные аккаунты критиковали ее, называя ее якобы сотрудницей фейк-фермы экс-главы ГКНБ Камчыбека Ташиева, которого недавно признали виновным в попытке захвата власти, но свободы не лишили. Также публиковали слив, в котором утверждалось, что Арстанбекова «получала указания» от супруги Камчыбека Ташиева — но никакого официального подтверждения этой информации, разумеется, нет. Но судить по ее публикациям в соцсетях, Арстанбекова действительно поддерживает Ташиева.
Глава МИД Жээнбек Кулубаев призвал кыргызстанцев, работающих за границей, вернуться на родину и работать тут.
«Для строительства железной дороги и ГЭС нам такие квалифицированные рабочие самим нужны. Экскаваторщики, трактористы зарабатывают 80-90 тыс. сомов, не меньше. Многие зарплаты уже приближены к российским», — говорит министр, видимо, считающий зарплату в 90 тысяч сомов достаточной для жизни кыргызстанца с учетом повсеместного роста цен.
«Было бы неплохо кыргызстанцам работать стабильно у себя на родине, рядом с семьей, близкими. К тому же это безопасно. Они могут тут ипотеку оформить, делать вклад в собственное государство. Поэтому призываю при возможности мигрантов вернуться в страну, чтобы работать и жить здесь», — говорит министр, но также признает, что в Кыргызстане уже есть свои трудовые мигранты — приехавшие за лучшей жизнью из других стран. На той же железной дороге уже работают граждане Пакистана, Бангладеш и Китая.
Обещания вернуть мигрантов
Желая стать президентом Садыр Жапаров давал множество обещаний, в том числе о мигрантах. Он обещалзапуск национальных проектов, на которых должны работать только кыргызстанцы. Тогда, по его мнению, в течение 2-3 лет могут решиться экономические проблемы страны и граждане смогут найти себе работу на родине.
Во время пресс-конференции сразу после выборов президента и референдума по форме правления 10 января 2021 года Жапаров повторил свое намерение вернуть кыргызстанцев из трудовой миграции и обеспечить их рабочими местами в Кыргызстане.
В то же время, тогда еще просто депутат Акылбек Жапаров предлагал отправлять кыргызстанцев в трудовую миграцию в Россию «эшелонами» — и потом этот человек возглавил кабмин президента Жапарова.
Национальные проекты Садыр Жапаров запустил — но возводить его резиденцию стали иностранцы, а кыргызских работников Жапаров назвал «неэффективными».
«Такова лень наших кыргызов. Говорят, что рабочих мест нет. Есть – никто не идет работать, если идут – быстро бросают, говорят, что сложно. Но ведь и зарплату мы платим соответствующую», — отметил глава государства, уверяя, что это стало причиной найма 800 строителей из Дубая для строительства «Ынтымак Ордо», известного как Хансарай. Тогда же он говорил, что эти иностранные строители построят и город Асман.
В итоге Асманом занимаются разные компании, в том числе китайские. Так в июне стало известно, что один из сотрудников такой компании преследовал, а потом напал на кыргызскую переводчицу.
В ноябре 2025 года в селе Константиновка Чуйской области произошла массовая драка кыргызстанцев и китайцев, нанятых China Road & Bridge Corporation.
Китайские работники работают на всех объектах, связанных с китайским финансированием. Экономический аналитик Нургуль Акимова говорила, что граждане Китая «составляют значительную часть» работников в таких сферах, как горнодобывающая промышленность и дорожное строительство.
Президент Садыр Жапаров не считает, что в стране стало много иностранных рабочих, а кыргызских сотрудников отправляют обучаться за границей, чтобы они работали на проектах вроде железной дороги Балыкчи — Чолпон-Ата.
«Но, где у нас нет инженеров, опыта или возможностей, мы обращаемся за помощью к соседним государствам и привлекаем их к реализации проектов. Если будем строить сами, то это может занять 15–20 лет», — заявил Жапаров в июне 2026 года.
Сначала человек жалуется в соцсетях на снос дома, действия чиновников, несправедливость или коррупцию. Видео расходится по интернету, но уже через день или несколько дней появляется другой ролик: тот же человек официальным тоном говорит, что был неправ, ни к кому претензий не имеет и сожалеет о сказанном. Знакомо?
Кыргызстанцам такой формат более, чем знаком. Например, в период пандемии, при правлении Сооронбая Жээнбековаа, ГКНБ вынуждал извиняться врачей за то, что они посмели жаловаться на отсутствие масок или плохие условия труда. При президенте Садыре Жапарове тенденция усилилась — бандиты стали извиняться на камеру и признаваться в отказе от «воровских» идеалов, журналисты — осуждать журналистику и самих себя за якобы «деструктивную деятельность», а простые граждане за критику властей, например, во время веерных отключений электричества зимой.
Похожая практика покаяния «провинившихся» по различным поводам уже давно стали в Казахстане традицией – и не самой доброй. Довольно часто эти извинения связаны с языковым вопросом. Как и в Кыргызстане, извиняются в Казахстане не только журналисты или блогеры. Иногда это касается рядовых граждан, и тут дело может дойти до абсурда. Так, например, осенью 2021 года сотрудники сельского акимата села Егиндыбулак, что находится в Павлодарской области, заставили извиняться жительницу села за снятый на видео выпавший снег.
В Азербайджане такие видео с извинениями давно стали частью общественно-политической реальности. Они редко выглядят как добровольное объяснение — скорее как демонстрация власти и предупреждение для остальных. Причем под удар попадают не только политики, активисты или журналисты, но и обычные граждане.
Материал подготовлен при поддержке Медиасети. Оригинал материала опубликован на Meydan TV. Авторы статьи разбирались, как работают видео с извинениями и почему их мишенью может стать практически каждый.
Жалоба, а затем извинения
Один из последних таких случаев произошел с жителем Джебраильского района. Эта территория вернулась под контроль Азербайджана после второй Карабахской войны 2020 года. После этого власти начали программу восстановления освобожденных территорий и возвращения туда бывших вынужденных переселенцев.
В рамках этого процесса мужчина получил новое жилье. Однако после переселения он записал видео, где пожаловался на качество дома. Уже на следующий день в сети появилось другое видео — теперь он заявлял, что ни к кому претензий не имеет и сожалеет о своем поступке.
Похожий эпизод произошел в 2022 году. Тогда водители грузовиков перекрыли дорогу на проспекте Гейдара Алиева в знак протеста против Государственного агентства автомобильного транспорта. На своих грузовиках они написали, что их товар испортился, а сами они оказались на грани банкротства. Уже на следующий день были опубликованы их видео с извинениями. После акции обоим водителям назначили по 30 суток ареста.
В том же году появилось видео с извинениями Санана Ахмедова — брата Сабухи Ахмедова, погибшего в боях в Карабахе. Ранее Санан Ахмедов заявил, что у его брата якобы взяли взятку в размере 6 тысяч манатов (более $3500) за прием в бригаду коммандос. Через несколько дней после этого заявления он появился в ролике, где уже извинялся.
Зачем нужны видео с извинениями?
Юрист Эмин Аббасов говорит, что азербайджанское законодательство не предусматривает обязанности человека приносить извинения в принудительном порядке. Напротив, по его словам, именно правоохранительные и судебные органы обязаны защищать граждан от подобного обращения.
«Государство использует видео с извинениями для того, чтобы унизить людей, подорвать их репутацию и доверие к ним, наказать их через угрозы и давление. Это также послание другим: не повторяйте поведение, которое государство считает неприемлемым», — говорит Аббасов.
В этом смысле такие ролики работают не только как индивидуальное наказание. Их публичность превращает частный случай в предупреждение для всего общества. Человек, который еще вчера говорил о проблеме, на следующий день оказывается перед камерой уже в другом статусе — раскаявшегося, сломленного или вынужденного отказаться от собственных слов.
От признаний под пытками до видео для соцсетей
Трибунал инквизиции. Картина Франсиско Гойи. 1812–1819 годы
Исторически признание считалось одним из главных доказательств вины. Людей нередко заставляли признаваться под пытками. Современные правовые системы должны были оставить эту практику в прошлом, но авторитарные режимы фактически адаптировали ее к новым условиям: вместо камеры пыток — видеокамера, вместо судебного протокола — ролик для телевидения или соцсетей.
Цель при этом осталась прежней — добиться подчинения и продемонстрировать силу.
Принудительные признания были одним из ключевых элементов древних судебных систем как на Востоке, так и на Западе. На протяжении веков признание, полученное любыми средствами, часто считалось главным условием для вынесения приговора и наказания. Сегодня подобная практика формально противоречит представлениям о справедливом суде, презумпции невиновности и защите человеческого достоинства. Однако в авторитарных системах она продолжает существовать — уже в обновленном, медиатизированном виде.
Такие признания и покаяния чаще всего используются против журналистов, правозащитников, оппозиционных политиков и активистов. Но азербайджанский пример и практика в других странах показывает, что круг потенциальных мишеней может быть гораздо шире.
Как выглядят такие видео?
У подобных роликов часто есть общие признаки. Человек говорит монотонно и официально. Его речь звучит не как живой рассказ, а как заранее написанный и выученный текст. Формулировки бывают слишком аккуратными, бюрократическими или неестественными для обычной спонтанной речи.
Бросается в глаза и поведение человека в кадре: напряженная поза, скованная мимика, отсутствие эмоциональной свободы. Часто такие видео снимаются в официально выглядящих помещениях. Человек обычно сидит один перед камерой, без собеседника, без возможности задавать вопросы или объяснять обстоятельства.
Содержание также повторяется. Человек выражает сожаление о своем поступке, отказывается от прежних слов, заявляет, что был неправ, и иногда хвалит представителей власти или государственные структуры. В результате зрителю показывают не объяснение, а акт подчинения.
При этом доказать извне, что конкретное видео было записано под прямым давлением, не всегда возможно. Но сама повторяемость формата, скорость появления таких роликов после критических заявлений и характер речи создают устойчивое ощущение принуждения.
Юрист Эмин Аббасов считает, что власти использует этот инструмент уже много лет, поэтому общество в целом не верит в искренность подобных видео. По его словам, сами власти также понимают, что доверия к таким роликам почти нет.
Где еще используют принудительные признания?
Практика публичных признаний и покаянных видео характерна не только для Азербайджана. Она применяется в странах, где государство стремится контролировать не только политическое поле, но и публичное выражение недовольства.
В Иране, России, Беларуси и других авторитарных или репрессивных системах такие видео часто используются против людей, чья деятельность связана с критикой власти. Это могут быть журналисты, блогеры, активисты, правозащитники или представители оппозиции.
По данным Международной федерации за права человека за 2020 год, в Иране в период с 2009 по 2019 год было показано не менее 355 видеороликов с принудительными признаниями.
Один из наиболее известных случаев связан с иранским журналистом Рухоллой Замом, критиковавшим власти Ирана. Вскоре после его ареста государственное телевидение показало видео, где он с завязанными глазами, сидя в автомобиле, приносит извинения и говорит, что ошибался, доверяя правительствам других стран, кроме Ирана. Позже журналист был казнен.
Беларусь
Еще один громкий пример — белорусский журналист и оппозиционный активист Роман Протасевич. В 2021 году после публикаций в Telegram-канале NEXTA, критиковавших власти Беларуси, он был принудительно возвращен в страну после посадки самолета Ryanair в Минске. Позже государственное телевидение показало 90-минутное видео, где Протасевич со слезами на глазах хвалит президента Александра Лукашенко.
Кыргызстан
В Кыргызстане власти регулярно принуждают людей извиняться за свои действия или высказывания.
В апреле 2025 года пьяный таможенник К. А. А. пытался скрыться от патрульных, а также оскорблял их — все это попало на видео. После ГКНБ заявил, что провел с ним «профилактическую беседу» — и мужчина на видео извинился за свои действия. Впоследствии уже Таможенная служба уволила сотрудника за дискредитацию ведомства.
В мае того же года бишкекчанин Айбек Уланов в своих соцсетях оскорбительно высказывался в адрес женщины, жестоко убитой своим мужем. После массового резонанса его задержали и он на видео принес извинения женщинам Кыргызстана. После мужчина снова показательно был задержан — про это сняли видео под эпичную музыку, в котором Уланов скакал на коне — за то что продолжал делать спорные публикации в соцсетях. Мужчину в итоге оштрафовали на 100 тысяч сомов — это больше тысячи долларов.
Нередко граждане после постов о каких-либо проблемах вызываются на беседу в ГКНБ — а после извиняются, хвалят ведомство и признают свою неправоту. Так было например с блогершей, владелицей популярного паблика babskii_blog Алтынай Джу. В ноябре 2025 года она опубликовала пост о принудительных отключениях электроэнергии в Кыргызстане из-за дефицита. После этого ее вызвали в ГКНБ. Выйдя из спецслужбы она похвалила ГКНБ за дружелюбие и удалила свои посты, ссылаясь на то, что ответственность за комментарии чужих людей под постами почему-то понесет она. Ее не заставили извиняться на камеру, но критиковать власти за отключения электроэнергии она перестала.
А вот другой блогерше — Жанаре Осмоналиевой — пришлось принести публичные извинения за нецензурную лексику в соцсетях. Власть и политику в отношении граждан она не критиковала, просто пришла на кинофестиваль в откровенном платье, после чего и возникли внезапные претензии к ее лексике. Ее даже арестовали на трое суток по статье «Мелкое хулиганство».
Также на камеру заставляли извиняться и журналистов. В конце мая 2025 года ГКНБ провел массовые аресты журналистов независимого издания «Клооп». Всех задержанных, кроме двух бывших операторов, в итоге отпустили — но спецслужба опубликовала извинительные видео от ряда действующих и бывших сотрудников издания.
На видео они просили прощения «у народа Кыргызстана» за то, что якобы «очерняли президента и его близкое окружение», и обещали прекратить сотрудничество с «Клоопом».
Извиняться за журналистику пришлось и шеф-редактору пророссийского издания «Спутник» Эркину Алымбекову — это случилось в 2023 году после выхода расследования о подрядчиках строительства в Баткенской области, связанных с управделами президента Каныбеком Туманбаевым. Алымбекова не задерживали, но издание публично критиковали представители власти, в том числе расследование комментировал президент Садыр Жапаров. В итоге Алымбеков сам записал видео, где принес извинения за «причиненные неудобства». Извинения на камеру записывали члены ОПГ, обещая больше не заниматься бандитизмом — что совершенно не мешало им после фигурировать в криминальных сводках. Извинения записывали и подозреваемые в религиозном экстремизме — тоже обещая не преступать закон.
Но извинения, как инструмент давления на критиков используются не только при Садыре Жапарове. В период пандемии коронавируса власти регулярно заставляли врачей и граждан извиняться за критику из-за нехватки масок, перчаток, антисептиков, лекарств и медоборудования. Можно сказать, что тогдашний президент Сооронбай Жээнбеков и ввел моду на публичные извинения. Например, в период пандемии в 2020 году молодой врач Бектур Апышев рассказал об отсутствии качественных масок у врачей, а вскоре в соцсетях было опубликовано видео, в котором он извиняется и опровергает ранее сказанное. Видео с извинениями вызвало негативный резонанс и спецслужбы поспешили опровергнуть, что связаны с извинениями врача.
Арт: Нурбек Нас
Тем не менее, этот опыт ничему правоохранительные органы не научил — в том же 2020 году извинений потребовали от бишкекчанина Эльдияра Жолдошева, который раскритиковал власти за бездействие в борьбе с коронавирусом. После отказа сниматься в извинительном правоохранительные органы решили провести досудебную проверку о «разжигании розни». Тогда для проверки высказываний Жолдошева использовали экспертов-лингвистов — к 2026 году они стали постоянной частью карательной системы, готовые в любой фразе найти признаки необходимого преступления. В основном, для экспертизы служат доказательствами в делах о призывах к массовым беспорядкам и разжигании розни, которые в основном используются для преследования критиков власти, активистов, журналистов и правозащитников. Свои взаимодействия перед видео с извинениями с несогласными гражданами, журналистами и даже ОПГ правоохранители называют «профилактическими беседами». Зачастую это может быть полноценный допрос и запугивания, только без повестки и статуса свидетеля или подозреваемого. Более того, все это может сопровождаться обыском и даже подписками о неразглашении. Все это не соответствует законам Кыргызстана. Но, вероятно, эта практика не угаснет. После череды скандалов и падения уровня свободы слова в Кыргызстане в марте 2026 года пресс-секретарь президента Аскат Алагозов заявил, что правоохранителям рекомендуют принимать «превентивные меры» в отношении журналистов, гражданских активистов и бизнесменов, не связанные с арестом. И унизительные видео с признанием несуществующих преступлений, отказом от своей точки зрения, и самооговором вполне могут быть частью этих «превентивных мер».
Казахстан
Покаяния «провинившихся» по различным поводам уже давно стали в Казахстане традицией – и не самой доброй. Довольно часто эти извинения связаны с языковым вопросом.
В свое время извиняться за то, что его «неправильно поняли», пришлось известному бизнесмену Равилю Мухоряпову. В публичной дискуссии он выразил мнение, что отвечать на казахском языке, если вопрос был задан на русском, — признак «отсутствия культуры». Ряд общественных деятелей обратились с заявлением на Мухоряпова в полицию, и правоохранительные органы начали досудебное расследование «для проверки факта о разжигании социальной, национальной, родовой, расовой, сословной и религиозной розни». Вскоре после этого Мухоряпов принес публичные извинения и объяснил, что его слова неправильно поняли. Дело против него прекратили, так как полиция не усмотрела состава преступления.
Совсем недавно извинялась «за распространение сведений, не соответствующих действительности», столичный журналист Ботагоз Омарова.
В конце марта 2026 года ее поместили под домашний арест и возбудили уголовное дело по подозрению в распространении заведомо ложной информации. Ночью 22 мая в телеграм-канале «Айтпа, Ботагоз» появилось ее официальное письмо-опровержение, в котором Омарова признала, что ранее распространенная информация о якобы долгах стройкомпании VD Stroy Engineering перед рабочими Ремстрой-1 «не соответствует действительности». Речь шла о строительстве конноспортивного комплекса в Астане.
В обращении журналистка также принесла извинения своей аудитории и тем, кого могла ввести в заблуждение своими публикациями. И в тот же день департамент полиции Астаны сообщил, что уголовное дело в отношении Омаровой прекращено в связи с примирением сторон и мера пресечения в виде домашнего ареста отменена.
Впрочем, извиняются в Казахстане не только журналисты или блогеры. Иногда это касается рядовых граждан, и тут дело может дойти до абсурда.
Так, например, осенью 2021 года сотрудники сельского акимата села Егиндыбулак, что находится в Павлодарской области, заставили извиняться жительницу села за снятый на видео выпавший снег.
В начале октября 2021 года в нескольких районах на севере Казахстана выпало большое количество снега, местами были снежные бури. Пенсионерка сняла происходящее на телефон – как замело ее двор до такой степени, что она не могла выйти на улицу. Ролик разошелся по соцсетям. И уже на следующий день к пенсионерке пришли сотрудники акимата: они спрашивали, есть ли у нее претензии к работе чиновников и снимали женщину на камеру. Когда пенсионерка сказала, что претензий нет, видеозапись с ее извинениями появилась в местной новостной группе в WhatsApp.
«Я ни на кого не жаловалась, упаси боже. Я не такой человек. Это видео я отправляла родственникам. Они, наверное, дальше распространили по мессенджеру. Прошу прощения, злого умысла у меня было, просто показывала, какой был снегопад», — говорит пенсионерка в ролике.
Правда, поднятый в соцсетях по этому поводу шум привел к тому, что чуть позднее уже перед самой пенсионеркой за «ретивых подчиненных» извинялся аким района.
Глава Mеждународного фонда защиты свободы слова «Әділ сөз» Карлыгаш Джаманкулова назвала практику получения извинений «эрозией доверия».
«Принуждение к извинению — это нонсенс, надругательство над личностью. Это противоречит универсальным правам и свободам личности — праву на личное мнение (…) Это не инструмент юридический или правовой. Его скорее используют как инструмент управления общественным мнением. Очень топорный инструмент, который подтачивает основы доверия к правоохранительным органам и системе правосудия. Я говорю о случаях, когда извинения приносятся по принуждению», — сказала она в интервью CABAR.asia.
Почему это опасно?
Видео с извинениями подменяют собой правовые процедуры, считает юрист Эмин Аббасов. Если человек сделал ложное заявление, нарушил закон или оклеветал кого-то, в правовом государстве это должно рассматриваться через суд, с участием адвокатов, доказательств и независимого разбирательства. Но публичное покаяние перед камерой выводит конфликт из правового поля и превращает его в демонстрацию силы.
Такая практика разрушает сразу несколько базовых принципов.
Во-первых, она унижает человеческое достоинство. Человека не просто заставляют отказаться от своих слов — его делают объектом публичного наказания.
Во-вторых, она подавляет свободу выражения. Другие граждане, видя подобные видео, могут отказаться от желания говорить о собственных проблемах, даже если эти проблемы реальны.
В-третьих, она ослабляет доверие к государственным институтам. Вместо ответа на жалобу общество видит давление на жалобщика. Вместо расследования — извинения. Вместо диалога — страх.
И наконец, такая практика сужает пространство для независимой информации. Если человек понимает, что за публикацию жалобы в соцсетях может последовать публичное унижение, он, скорее всего, предпочтет молчать.
Швейная индустрия Кыргызстана вошла в новую фазу кризиса. На этот раз — из-за СПОТ, российской Системы подтверждения ожидания товара. Чтобы попасть в этот реестр, нужно иметь российское юрлицо и платить НДС авансом. Но самому открывать юрлицо в России дорого и опасно, посредники берут большие проценты, а вернуть НДС можно только через полгода. Раньше его платил импортер после продажи товара, а сейчас налог требуют вперед за товар, который неизвестно продадут ли вообще. В итоге покупать товар в Кыргызстане российским селлерам становится слишком рискованно и невыгодно.
Депутат легендарного парламента Насирдин Юсупов и его семья обратились к президенту Садыру Жапарову, рассказав о преследованиях со стороны ГКНБ, вымогательстве имущества у семьи в 2024 году.
«Все началось в октябре 2024 года, сначала всех нас вызвали в ГКНБ, там с утра до вечера просто держали, не объясняя, зачем и для чего мы тут. Потом проводили так называемые беседы, чтобы 85-летний человек добровольно-принудительно передал свое имущество, оказывали давление, угрожали. Намекали, чтобы он думал о своих детях и внуках», — сообщает семья Юсупова. Все это проходило на фоне похорон супруги Насирдина Юсупова, когда вся семья переживала утрату.
Семья Юсупова рассказывает, что депутат легендарного парламента отказался передавать что-либо ведомству и сказал, что будет защищать свои права через суд. А в ГКНБ якобы сообщили ему, что суд ему не выиграть. В итоге было возбуждено дело против сына Юсупова. Сына отправили в изолятор, где он провел полгода — и передал ведомству участки земли. На Насриддина Юсупова также возбудили дело.
В ноябре 2024 года действительно задержали двух родственников Насирдина Юсупова, сына и брата. Тогда ведомство настаивало, что семья незаконно приватизировала имущество винсовхоза «Ала-Тоо» в Чуйской области — порядка 300 гектаров земли.
Семья Юсупова говорит, что приватизации не было, все было приобретено уже после приватизации. Насирдин Юсупов не был уже депутатом, когда в 1995 году через открытый аукцион он и его супруга купили 8,8% акций ОАО «Ала-Тоо».
«Советский Союз распался, совхозы перешли в открытые акционерные общества, держателями акций стали сотрудники, 75% акций были уже в частных руках, 25% — госдоля. Государство свои акции выставило на аукцион, и супруга купила 8,8% за $10 тыс. Тогда за эти деньги можно было приобрести три трехкомнатные квартиры. Супруга Насридина Юсупова всю жизнь работала в торговле, после распада Советского Союза занималась также торговлей, «челночила». Насридин Юсупов как до ухода из парламента, так и после занимался бизнесом, все мы знаем, насколько это было рискованно», — рассказывает семья.
По словам семьи Юсупова, бывшему депутату и его супруге пришлось вложиться, чтобы выплатить долги «Ала-Тоо», им удалось запустить винсовхоз и он работал вплоть до интереса со стороны ГКНБ. Так, например, СМИ писали, что за 2023 год чистая прибыль ОАО «Ала-Тоо» составила 1,4 млн сомов, а размер дивидендов на одну акцию – 1,85 сомов.
«Обвинения абсурдны, оснований нет, но тем не менее суд первой инстанции принял решение о конфискации имущества. Сам судебный процесс проходил с нарушениями. Вера в правосудие не оправдалась», — рассказывает семья Юсупова.
Из-за всего давления на семью у Юсупова были проблемы со здоровьем и суд провели в больнице — это было в декабре 2025 года и суд просто зачитал прямо в палате пожилого мужчины обвинительный акт.
«Прямо в палате у изголовья больного пожилого человека выносился вердикт о конфискации не только его имущества и предприятий, но и имущества всех детей и внуков», — рассказывают Юсуповы. После отставки Камчыбека Ташиева семья депутата легендарного парламента надеялась уже на справедливый суд. Однако рейдерство продолжилось.
«Мы на миг поверили в правосудие, обратились в Военную прокуратуру. Обжаловали в Чуйском областном суде. Но, как выяснилось, ничего еще не закончено… Тех сотрудников уже нет, но рейдерство продолжается. Почему?» — вопрошает семья.
Буквально недавно, 3 июля, судейская коллегия Чуйского областного суда под председательством Ирины Воронцовой оставила в силе решение первой инстанции: конфискация имущества не только Насридина Юсупова, но и его потомков.
«Болезнь не позволяла Насридину Юсупову посещать суд, и коллегия под председательством Воронцовой приняла решение без его участия. Судья не стала рассматривать ходатайства адвоката, даже прессе не разрешила снимать и вести аудиозапись. Кроме того, она не стала вызывать в суд свидетелей стороны защиты, судебный процесс проводился с многочисленными нарушениями прав Насридина Юсупова. И как итог — принято незаконное решение», — говорят Юсуповы о последнем решении суда.
Кустуризация или рейдерство?
Насирдин Юсупов не первый политик и бизнесмен, рассказавший о рейдерстве.
Одним из первых крупных бизнесменов, которые лишились своих активов, стал уже бывший алкомагнат Шаршенбек Абдыкеримов. В марте 2026 года он началрассказывать свою историю в соцсетях.
Он обвинил Ташиева в вымогательстве у него 500 миллионов сомов в качестве «помощи бюджету». В итоге Абдыкеримов согласился отдать 250 миллионов, взамен на гарантию, что его бизнес не тронут. Однако постепенно у него отняли несколько заводов, торговый центр и недвижимость. Причем не все объекты были переданы в пользу государства — некоторые оказались в распоряжении приближенных президента Садыра Жапарова.
Например, «Карабалтинский ЗСИ» оказался под контролем племянника первого свергнутого президента Аскара Акаева Нурсултана Чилтенова и сына друга президента Арзыбека Бурханова Азата. Эти двоефигурируют в множестве расследований «Клоопа» — они стали бенефециарами целого ряда кустуризированного бизнеса.
Схожие смены хозяев произошли и у имущества других бизнесменов, столкнувшихся с «кустуризацией».
Камчыбек Ташиев в должности главного силовика запомнился борьбой с криминалом, «возвратом» приватизированного с нарушениями имущества и «кустуризацией». Этим словом при Жапарове и Ташиеве назвали практику, когда владельцы незаконно нажитого имущества платят отступные, чтобы остаться на свободе. Отступные переводились не прямо на счет Минфина, а на специальный счет ГКНБ, которым управлял Ташиев.
Бизнесмены и бывшие чиновники лишались своих активов после заведения уголовных дел. Официально сообщалось, что их собственность национализирована. Но расследователи «Клоопа» и Temirov Live не раз выясняли, что имущество этих людей оказывалось в частной собственности приближенных Ташиева. Происходило это обычно в момент, когда прежние владельцы сидели в СИЗО ГКНБ.
В 2023 году в Бишкеке сотрудниками ГКНБ был расстрелян криминальный авторитет Камчы Кольбаев. После его убийства многих бизнесменов обвинили в финансировании ОПГ Кольбаева и задержали (насколько эти обвинения были обоснованы, вопрос дискуссионный: не платить за «крышу» при Кольбаеве иногда было просто невозможно).
Среди обвиненных в финансировании ОПГ был бизнесмен Азрет Боотаев — владелец дорогой недвижимости и месторождения золота Насоновское в Чуйской области. После задержания Боотаева сотрудниками ГКНБ он лишился не только недвижимости, изъятой в доход государства. Его месторождение перешло к частной компании «Консульере групп» друга Камчыбека Ташиева Айбека Алыбаева. Переход прав собственности случился в то время, когда бывший владелец сидел в СИЗО ГКНБ.
Еще один случай обогащения приближенных Ташиева связан с задержанием Госкомитетом нацбезопасности бывшего «хана Оша» — экс-начальника милиции Жалила Атамбаева, которого обвиняли в незаконном обогащении. Его заправочные станции стали продавать ГСМ под брендом Акылбека Маматова. Он владелец крупнейшей сети заправок в стране Red Petroleum и еще 17 компаний. Маматов вместе с Ташиевым состоит в правлении Кыргызского футбольного союза.
Экс-премьер Кубанычбек Жумалиев, с которого началась кампания по «кустуризации», также был задержан сотрудниками ГКНБ в 2021 году по обвинениям в коррупции. Жумалиев владел многомиллионными активами, в том числе цементным заводом. После задержания спецслужбой Жумалиев заявил, что отдал завод государству. Но вскоре выяснилось, что завод переписан на частную компанию человека, приближенного к управляющему делами президента Каныбеку Туманбаеву. Это произошло, когда Жумалиев сидел в СИЗО ГКНБ.
В том же 2023 году, после расстрела кримавторитета Камчы Кольбаева сотрудниками ГКНБ, ведомство Ташиева задержало ряд бизнесменов, которых обвинили в финансировании ОПГ Кольбаева. Через год стало известно, что активы задержанных перешли к приближенным президента Садыра Жапарова. В частности, рынок «Мадина», завод ЖБИ, Камвольно-суконный комбинат и спортивно-развлекательный «Сан сити» в Бишкеке.
В 2021 году ГКНБ задержал экс-мэра Азиза Суракматова. После того, как чиновник откупился от уголовной ответственности, «Клооп» узнал, что невестка Жапарова Бурул Кыштобаева вошла в семейный бизнес Суракматовых.
Родная сестра президента Райкан Джапарова зашла в бизнес сына владельца крупнейшего рынка в Центральной Азии «Дордой» Аскара Салымбекова. Это произошло после того, как родного брата главы «Дордоя» и держателя многочисленных активов задержали сотрудники ГКНБ.
В апреле 2026 года Садыр Жапаров в интервью журналисту Ыдырысу Исакову обсудил «кустуризацию» — мол, если имущество о людей было изъято несправедливо, эти дела пересмотрят.
Однако есть но.
«Что касается случаев незаконной приватизации или ситуаций, когда имущество в рамках уголовных дел переходило государству, оно возвращаться не будет», — сказал президент.
До того генпрокурор Максат Асаналиев рассказывал, что в Военная прокуратура расследует уголовные дела по факту коррупции со стороны сотрудников ГКНБ.
«В рамках так называемой кустуризации некоторые сотрудники ГКНБ превышали свои полномочия и присваивали себе имущество граждан», — сказал генпрокурор.
В феврале, на волне массовых увольнений и задержаний сотрудников ГКНБ после отставки с поста председателя Камчыбека Ташиева Уранбек Шадыбеков был, напротив, повышен до поста заместителя главы ведомства. Он стал директором Координационного центра по обеспечению кибербезопасности ГКНБ.
Однако, занимал он это место только до июня — 8 июня президент Садыр Жапаров своим указом его освободил от должности директора Координационного центра кибербезопасности. Тогда не сообщали причину такого решения.
Однако 6 июля, через месяц после лишения должности, Шадыбекова пригласили на допрос в Военную прокуратуру, также допрашивали еще четырех неназванных сотрудников. А уже 7 всех их задержали и отправили в изолятор.
Первомайский районный суд Бишкека оставил Шадыбекова под стражей до 2 сентября.
Уранбек Шадыбеков работал в ГКНБ множество лет, еще в 2006 году был награжден медалью «Эрдик». На посту главы Координационного центра по обеспечению кибербезопасности ГКНБ он сменил Даниэля Рысалиева.
Рысалиев был допрошен 12 апреля, после чего его задержали, но отпустили под домашний арест. Следовательно, оба уже бывших замглавы ГКНБ, экс-директора Кординационных центров по кибербезопасности были задержаны по делу о коррупции.
Уранбек Шадыбеков мало упоминался в СМИ, но в 2020 году во время дебатов кандидатов в президенты его упоминал бывший глава ГКНБ Абдил Сегизбаев. Он сказал, что «глава Секретного управления комитета Уран Шадыбеков был подчиненным Марата Бакиева» (сына второго сверженного и беглого президента Курманбека Бакиева) и ведомству нужна реформа, чтобы в нем работали люди «без крови на руках».
Но для многих война — это и еще и время зарабатывать на продаже и перепродаже оружия, обходе санкций и торговле рукопожатностью. На войне зарабатывают не только отдельные люди, но и целые страны. Риски, правда, тоже не маленькие — война все-таки, дело серьезное.
Видимо, в 2022 году Жапаров тоже решил заработать на войне и сыграл по-крупному: вместо нейтралитета сделал ставку на активную поддержку России.
Сегодня я постараюсь разобрать, что он надеялся выиграть, почему проиграл, и какую цену заплатил за эту игру Кыргызстан.
Но сначала — небольшая история из моей жизни.
В 2022 году, когда Россия начала полномасштабное вторжение в Украину, я впервые в жизни организовал митинг — не как руководитель какой-либо организации, а лично, от себя.
Это был митинг против войны и путинизации Кыргызстана. Перед митингом я ходил по улицам Бишкека и разговаривал с людьми. На самом митинге были и те, кто не разделял мою позицию, с ними я тоже общался.
Но вот что интересно: никто, ни один человек не сказал мне, что Кыргызстан должен полностью поддержать Россию. Даже самые непримиримые критики говорили одно и то же: мы маленькая страна, нам нужно быть осторожными, нам нужен нейтралитет.
На митинге меня и других участников задержала милиция — вежливо, на пару часов. Потом кыргызский суд меня оправдал. Как и всех остальных участников. Казалось, что тогда и государство, как институт, понимало, что важно выдержать нейтралитет. Но, по всей видимости, у Жапарова были другие планы.
Как доказать, что Жапаров поставил именно на поддержку России, а не на нейтралитет? Я сравниваю только эти две опции, потому что понятно, что Кыргызстан, в силу своего геополитического положения, не мог идти на риск открытого конфликта с Россией.
Ставка Жапарова — торговля рукопожатностью
Начнём с простого факта. В 2023 году Международный уголовный суд выдал ордер на арест Владимира Путина за военные преступления. После этого Путин практически перестал ездить за рубеж. Первой страной, которую он всё же посетил, стал Кыргызстан. Причем пригласил его сам Садыр Жапаров.
Кыргызстан не подписал Римский статут, и юридически задерживать Путина был не обязан. Но быть первым — это всегда выбор. Первым не становятся случайно. Это сигнал. И сигнал был послан очень чётко.
Ставка Жапарова — обход санкций
Но визит Путина — это символ. Давайте поговорим о деньгах, а именно об обходе санкций, наложенных Европой и США на Россию, чтобы заставить ее прекратить агрессию против Украины.
Все страны СНГ в той или иной мере помогали России обходить санкции. Это, к сожалению, почти неизбежно — рыночная экономика, коррумпированные таможни, серые схемы. Но Кыргызстан, в лице Жапарова, пошёл дальше всех.
Это достаточно серьезное обвинение, так что давайте разберём его по пунктам.
Во-первых, надо понять, какие именно схемы обхода санкций действовали на территории нашей страны и сколько денег через них прокачали.
Во-вторых, надо показать, что за этими схемами стоит не просто частный бизнес, а именно российское государство.
И в-третьих, следует доказать, что Жапаров не мог не знать о существовании этих схем, нес личную ответственность за их создание, и получил личную выгоду от их реализации.
Какие схемы действовали?
Начнём с первого пункта — со схем. После того как в 2022 году Россия начала полномасштабное вторжение в Украину, Запад ввёл против неё масштабные санкции. Крупнейшие российские банки оказались отрезаны от международной финансовой системы. Россия не могла платить за импорт, не могла получать экспортную выручку, не могла финансировать свою военную машину через обычные каналы. Ей срочно понадобились обходные пути. И один из главных таких путей был выстроен через Кыргызстан — с помощью следующих инструментов:
Первый — стейблкоин A7A5: криптовалюта, привязанная к рублю, которая позволяет переводить деньги из России в любую точку мира в обход заблокированных банков. Она выпускается в Бишкеке, кыргызскими компаниями, под кыргызской юрисдикцией. А обеспечение этой криптовалюты находится в попавшем под санкции российском государственном оборонном «Промсвязьбанке». Этот банк мы ещё упомянем.
Второй — цифровые векселя А7: ценные бумаги, которые значительно помогают заметать цифровые следы. Их тоже выпускают здесь, в Кыргызстане, ОсОО называется «А7- Кыргызстан» (его деятельность приостановили в мае 2026 года — уже после ввода санкций в адрес Кыргызстана).
Третий — сеть компаний-посредников, зарегистрированных в Бишкеке, через которые шли транзакции. Возможно они и сейчас продолжают идти, этого мы точно сказать не можем.
Размах схем
Каков масштаб этих схем?
По подсчетам журналистов, непосредственно через Кыргызстан, через структуры, связанные с криптовалютой А7А5, прошли уже как минимум 15 млрд долларов. Это около 80% ВВП Кыргызстана за 2025 год.
Цифровых векселей А7 было выпущено на сумму более 21 миллиарда долларов — это уже почти ВВП Кыргызстана за 2025 год.
Наконец, по данным аналитической компании Elliptic, всего через стейблкойн А7А5 за год прошло около ста миллиардов долларов. Сто миллиардов. Это уже около пяти годовых ВВП Кыргызстана.
По данным российского расследовательского издания «Проект», всего через A7A5 сегодня проходит от 15 до 19 процентов всех трансграничных переводов России — то есть каждый шестой российский платёж за рубеж идёт через эту инфраструктуру. Кыргызстан стал не просто соучастником — он стал юридическим основанием, без которого вся эта машина не могла бы работать.
И такой масштаб — несколько ВВП страны, прокачанных через её финансовую инфраструктуру в обход международных санкций — не мог существовать без личного разрешения и прямой поддержки президента Кыргызстана.
Вот три причины, почему я так считаю.
Во-первых, в 2021 году Жапаров поменял Конституцию и сосредоточил всю исполнительную власть в руках президента. То есть, в своих руках. — правительство стало подотчётно ему, а не парламенту. Жапаров сознательно превратил Кыргызстан из парламентско-президентской республики в супер-президентскую. Так что и ответственность за действие и бездействие министерства финансов, прокуратуры и других госорганов тоже лежит напрямую на нем.
Во-вторых, в 2022 году Жапаров подписал закон о виртуальных активах без которого деятельность структур A7A5 на территории Кыргызстана была бы невозможной.
И в-третьих. Я уже упоминал цифровые векселя — они были легализованы кыргызским парламентом в апреле 2026 года. Без общественного обсуждения, за две недели. В справке-обосновании к законопроекту было написано буквально следующее: «поскольку данный проект не устанавливает никаких новых обязанностей или ограничений для юридических лиц, общественное обсуждение проекта не требуется».
Министерство финансов объяснило необходимость закона «модернизацией финансовой инфраструктуры» и тем, что «цифровая форма обеспечивает прозрачность». Но вот что важно: Илан Шор использовал цифровые векселя для обхода санкций через свою структуру А7 как минимум с середины 2025 года — то есть задолго до принятия закона. По состоянию на июнь 2025 года компания уже выпустила такие векселя на сумму более 21 миллиарда долларов. Парламент не создавал новый инструмент — он легализовал уже работающую схему. По сути, государство просто подстроило своё законодательство под нужды российской операции по обходу санкций. Садыр Жапаров подписал закон о цифровых векселях без каких-либо возражений.
Российское государство
За криптовалютой А7А5 стоит молдавско-израильский олигарх Илан Шор. А за ним, по данным Washington Post, стоит российская ФСБ (Федеральная Служба Безопасности, де-факто приемники КГБ, аналог нашего ГКНБ).
Шор — буквально фронтмен государственной российской операции по обходу санкций. Давайте посмотрим на структуру его компании А7. Формально ей владеют он сам — и российский государственный Промсвязьбанк.
Илан Шор
Промсвязьбанк — это не просто банк. Это банк, который финансирует российскую военную промышленность. Он под санкциями.
Дальше — интереснее. Расследователи из The Insider выяснили, что Шор финансирует российскую организацию «Евразия», связанную с ФСБ. Она занимается продвижением российских интересов за рубежом. Именно эта структура открыла, например, в Кыргызстане пропагандистский телеканал «Номад».
Почему я делаю такой акцент на Илане Шоре? Потому что он — ключевой человек не только в схемах, связанных с российским государством. Он также помог обеспечить личную выгоду Садыру Жапарову.
Ставка Жапарова — личная выгода
В феврале этого года журналисты молдавского издания Rise Moldova выяснили, что Жапаров использует два люксовых частных самолета, которые Илан Шор купил через посредников.
Первый — Gulfstream G450, за 18 миллионов долларов. Второй — Gulfstream G650ER, сверхдальний межконтинентальный джет, способный без дозаправки преодолеть четырнадцать тысяч километров. Этот был куплен за 22 миллиона. Итого — 40 миллионов долларов.
Схема была тщательно спрятана. Деньги шли через посредников из ближайшего окружения Шора — бывшего молдавского таможенного инспектора Виктора Гуцуляка и другого доверенного человека олигарха, Радиона Мунтяну. Они передавали средства турецкому бизнесмену Заферу Халиди, тот покупал самолёты и регистрировал их на свою авиакомпанию.
Но на фюзеляже впоследствии появилась надпись Kyrgyz Republic и флаг Кыргызстана. Формально — частный борт турецкой авиакомпании Zafer Air. Фактически — президентский самолёт, купленный на деньги человека, чьи структуры помогают России обходить санкции и чьи связи с ФСБ задокументированы Washington Post.
(Надо заметить, что у Кыргызстана уже есть президентский борт номер один — новый самолёт, оплаченный кыргызскими налогоплательщиками и купленный после прихода Жапарова к власти. Но, видимо, шоровские самолёты комфортнее.)
Журналисты Rise Moldova изучили сотни рейсов обоих бортов. Картина показательная. В декабре 2025 года Жапаров совершил официальный визит в Токио — и летел туда на самолёте Шора. А сразу по завершении визита, прямо из Японии, вылетел на том же борту в Россию.
В нормальной демократии даже один бесплатный перелёт на частном бизнес-джете расследовался бы как потенциальное получение взятки. Ведь бесплатный полёт на частном самолёте — это, по сути, дорогостоящий подарок.
А здесь речь идёт о неоднократных перелётах — до такой степени, что самолёты Шора, кажутся самолётами Жапарова.
Это уже не президент, который смотрит сквозь пальцы на схемы обхода санкций. Это президент, который лично получает выгоду от людей, стоящих за этими схемами. И Жапаров — не первый президент Кыргызстана с такой привычкой: ещё в 2015 году на самолёте Шора летал за границу президент Алмазбек Атамбаев. Схема не новая. Просто масштаб вырос.
Ставка Жапарова — игнорирование Украины
Но доказать, что Жапаров поставил на Россию, — это не только то, что он делает для Москвы. Это ещё и то, что президент Кыргызстана демонстративно не делает для Киева.
Кыргызстан не отправил Украине ни одного конвоя гуманитарной помощи. Жапаров ни разу не встретился с Владимиром Зеленским. Не было сделано ни одного публичного заявления, которое хотя бы формально дистанцировало Кыргызстан от российской агрессии. Полное молчание.
А теперь сравните. Касым-Жомарт Токаев — президент Казахстана, ближайшего соседа, страны с теми же зависимостями от России, с теми же рисками, с той же историей — встретился с Зеленским. Публично заявил, что Казахстан не будет помогать России обходить санкции.
И тут я не хочу идеализировать Казахстан и Токаева. Понятно, что Казахстан тоже помогает обходить России санкции. Разница в том, что у Токаева гораздо лучше получается создавать видимость нейтральной позиции. Наш президент, к сожалению, даже не попытался.
Итак, то, что Жапаров сделал ставку на полную поддержку России и Путина — это, я думаю, мы доказали. Теперь поговорим о том, чего она стоила. И начнём не с экономики, а с чего-то более простого. Более человеческого.
Чего стоило 1: Позор
Украина и Кыргызстан — это не просто два государства на карте. Это два народа, которые выросли в одном доме. Многие считают Советский Союз тюрьмой народов — но тюрьма тюрьмой, а люди в ней жили, дружили, женились, строили что-то вместе. И когда один сосед по этому дому начинает убивать другого, а третий ему помогает — это не просто геополитика.
В культуре Кыргызстана, в которой я вырос, понятия родства и взаимной ответственности всегда значили очень много, и в этой культуре такое называется одним словом. И это слово — позор.
Но позор, как известно, в бюджет не занесёшь.
Чего стоило 2: Санкции ЕС
В этом году Евросоюз ввёл против Кыргызстана прямые страновые санкции. С начала полномасштабного вторжения России в Украину, Кыргызстан стал лишь третьей страной, против которой приняли такие меры — до этого ЕС вводил санкции против России и Беларуси.
Раньше санкции вводились против компаний на территории Кыргызстана, теперь — против всей страны.
С одной стороны, санкции ЕС — технически узкие. Они касаются промышленного оборудования с числовым управлением — не самая массовая статья кыргызского импорта. Критики скажут: ничего страшного, купим все это в Китае.
Но вот в чём проблема. Санкции — это не только список запрещённых товаров. Санкции — это строчка в базе данных, которую видит каждый инвестор, каждый банк, каждая компания, которая думает о том, чтобы прийти в Кыргызстан или начать сотрудничество с кыргызской фирмой. И многие из них даже не будут читать дальше. Страна под прямыми санкциями ЕС — и вкладку закрыли. После введения санкций против России многие респектабельные международные бренды ушли из нее, а в Кыргызстане их не было и теперь они к нам вряд ли придут.
А теперь представьте, кто остаётся. Если серьёзный западный инвестор уходит, а китайский или российский — приходит, это звучит как замена. Но это не равноценная замена. Потому что компании, которые готовы работать в санкционной стране, — это, как правило, компании, которые пришли, потому что лично договорились с президентом.
А президент, у которого нет альтернатив, не может им ничего диктовать. Никаких экологических норм. Никакой защиты работников. Никакой юридической ответственности. Потому что если они уйдут — больше никого нет.
Да, конкуренция и развитие бизнеса возможны при авторитарном режиме. Легко представить ситуацию, когда бизнес можно критиковать и бойкотировать в странах (тот же Казахстан и Россия 2010-х), где власть критиковать невозможно. Но в стране, где на рынок попасть можно только через личную договоренность с президентом, авторитаризм приобретает намного более уродливую форму. Теперь такой бизнес будет защищать сама власть, в том числе через уголовное преследование недовольных.
На свободном рынке, даже в авторитарной стране, стройкомпания или завод, которая защищается от критики с помощью уголовных дел, может лишиться клиентов быстрее, чем вы произнесете «культура отмены». На рынке, где нет конкуренции, крупные компании, поддерживаемые государством, могут делать все, что захотят. В том числе, использовать прокуратуру и ГКНБ как собственную службу безопасности.
Без сомнения, тенденция политизации отношений с бизнесами существовала до введения санкций, но санкции усиливают такую тенденцию многократно.
И вот, рядом с вашим домом строят завод. Или нефтеперерабатывающий комплекс. И если из трубы идёт дым — вы не можете ничего сделать.
Критика любой стройки, на которой работают иностранные рабочие, становится чуть ли не бунтом против власти и приводит к возбуждению уголовного дела. Такие случаи уже, к сожалению, были.
Вот это и есть настоящая цена санкций. Не список товаров, а то, что вы потеряли право голоса у себя дома, даже, когда пытаетесь обсуждать некачественное строительство.
Чего стоило 3. Цена затяжной войны
Но это ещё не всё. Жапаров, судя по всему, рассчитывал, что Россия победит достаточно быстро. Что союзники победителя будут вознаграждены. Что зависимость от Москвы — это не слабость, а инвестиция. Но этот замысел пока не оправдался.
Посмотрите, что происходит с топливом. Кыргызстан исторически зависит от российского горючего. Но украинские удары по российским нефтеперерабатывающим заводам создали дефицит внутри самой России — и Москва начала вводить ограничения на экспорт топлива. Более того, Россия сейчас буквально покупает бензин у Беларуси.
Страна, от которой Кыргызстан так зависел, теперь сама сидит на пайке. Россия наконец-то лишилась статуса страны-бензоколонки, но, как говорится, есть нюансы. Так что о дешёвом российском бензине можно забыть, какие бы отношения не были у Жапарова с Путиным.
Россия не выигрывает эту войну. Она воюет с противником, который строит дроны дальнего действия и не собирается сдаваться.
Россия стала невероятно слаба на международной арене.
Посмотрите на союзников, которым Россия уже не смогла помочь. Асад в Сирии — пал. Мадуро в Венесуэле — арестован американскими военными и вывезен в США, и Россия не смогла сделать ровным счётом ничего.
Армения проиграла Азербайджану войну в Нагорном Карабахе — Москва не вмешалась. Орбан проиграл выборы в Венгрии, несмотря на все усилия российских политтехнологов. Россия больше не патрон, который может защитить.
Самое страшное для Кыргызстана — что Россия, в результате войны, стала невероятно зависима от Китая и больше не может претендовать на роль противовеса китайского влияния у нас в стране. Что бы Китай не делал в Кыргызстане и с Кыргызстаном, Россия не сможет этому помешать.
И вот финальный штрих. Евразийский экономический союз — тот самый клуб, казавшийся проводником всех благ, которые, по мнению Жапарова, наверное должны были излиться на Кыргызстан в попытке нажиться на чужом горе, — оказался удавкой на шее нашей страны, которую Россия может затягивать по своему усмотрению.
В 2025 году Россия начала в полной мере применять пошлины на товары, произведённые в Кыргызстане. Не транзитные, не китайские — а именно кыргызские товары.
Де-юре эти пошлины существовали всегда — Кыргызстан подписал соответствующие условия при вступлении в ЕАЭС. Де-факто же годами работали серые схемы, и Россия закрывала на них глаза, пока деньги у нее были в избытке. Теперь деньги ушли на войну, и мы с удивлением узнали, что беспошлинной торговлей в рамках ЕАЭС и не пахнет.
Швейная отрасль
Что это значит на практике, лучше всего объясняет то, что происходит со швейной отраслью Кыргызстана. Журналисты «Клоопа» подробно разбирали этот кризис. Вот что мы выяснили.
Всё началось в сентябре прошлого года, когда на границе России и Казахстана стали образовываться многокилометровые очереди из фур. Российская сторона усилила контроль за импортом товаров — причём не только поступающих из третьих стран, но и произведённых внутри ЕАЭС, в Казахстане и Кыргызстане. На законодательном уровне ничего не изменилось. Просто серые «карго»-схемы, которыми кыргызстанские швейники пользовались много лет, оказались под запретом. Россия сообщила: все товары теперь будут ввозиться только «по-белому».
Что такое «карго»-схема? Раньше грузы от разных производителей собирались вместе и оформлялись как один крупный груз. Зачастую в одном грузовике оказывались очень разные товары — одежда, посуда, электроника. При пересечении границы такой сборный груз декларировался не как коммерческая партия, а как «личные посылки» или «некоммерческий груз» — что позволяло провезти его без спецдокументов.
Оплачивались услуги карго по фиксированному тарифу, часто наличными или на карту физлиц. В эту плату могли быть «включены» таможенные расходы, но на деле необходимые налоги и пошлины на границе не платились. Эта схема была особенно выгодна мелким поставщикам швейной продукции из Кыргызстана: с её помощью они могли недорого отправлять в Россию небольшие партии одежды и быстро получать за них живые деньги.
Теперь у каждой партии должен быть полный пакет документов. Поставщики обязаны сразу после ввоза уплатить 20% ввозного НДС — причём сделать это может только юрлицо-заказчик в России. Мелким производителям, отправлявшим товар физлицам для продажи на рынках или через маркетплейсы, этот путь закрыт.
Помимо этого, теперь требуются сертификаты качества только из аккредитованных Россией лабораторий — раньше их оформляли в Кыргызстане и Казахстане.
И на каждое изделие нужно наклеить «Честный знак» — метку российской системы цифровой маркировки. Раньше это делал импортёр в России. Теперь таможня требует, чтобы при поступлении груза на границу все товары уже были промаркированы. А значит, производители в Кыргызстане должны сами раздобыть марки и наклеить их — что, как и любая другая работа, требует дополнительных расходов.
Вдобавок все расчёты между контрагентами теперь должны быть исключительно через банковские счета. Отправить деньги за малую партию наличными или переводом на карту, как раньше, теперь почти невозможно.
Таким образом, мелкие производители оказались буквально отрезаны от российского рынка.
«Многие грузы не просто застряли, они исчезли, не доехали до заказчиков, — объясняет Светлана, менеджер швейного цеха в Бишкеке. — Люди потеряли и товар, и деньги. У других партии нашлись, но продать их уже не получилось. У нас же сезонный бизнес, отшивать партии нужно заранее. Пару недель задержки на границе — и всё, твои зимние куртки уже никому не нужны. Пора отшивать «весну», а денег из-за непроданной «зимы» просто нет. Люди оказались в долгах: два, три, четыре миллиона сомов. И взять их неоткуда».
Самое ужасное, что деньги заканчиваются не только у российского государства. Российские маркетплейсы тоже стараются выжать максимальную прибыль из кыргызских поставщиков.
Выросли комиссии маркетплейсов внутри самой России.
«Резко выросли расходы, — объясняет Галина, владелица швейного производства и селлер из России. — Если раньше было достаточно умножить себестоимость изделия на три, чтобы покрыть затраты, то сейчас мы умножаем на шесть и всё равно работаем в ноль. Комиссии и расходы на Wildberries доходят уже до 70–80% от цены проданного товара».
Российские селлеры предпочитают «заморозить» бизнес и новые партии из Кыргызстана не заказывают. Цены растут, продажи падают, покупательская способность падает. «Хорошие продажи на Wildberries, чтобы вы понимали, — это 30% партии. Остальное идёт на возврат», — говорит Галина.
Итог — тысячи цехов в Кыргызстане закрылись, швеи остались без работы. Оплата труда упала: раньше платили 200 сомов за изделие, сейчас — 120. Футболки — по 40–60 сомов за штуку.
«Я работаю в отрасли более 15 лет, — говорит Светлана. — У нас были большие кризисы. Рынки горели в России, мы теряли товар и деньги. В ковид был большой кризис. Но такого коллапса я ещё не видела — цеха закрываются тысячами». Швеи без денег перестали тратить — и деньги исчезли из торговли, из сферы услуг, с рынков. «Раньше швея сразу шла на рынок, в парикмахерскую, в магазин. Все заработанное она сразу отдавала, деньги шли назад в экономику. А теперь швеи без денег. Всё встало».
Швеи без денег перестали тратить — и деньги исчезли из торговли, из сферы услуг, с рынков. «Раньше швея сразу шла на рынок, в парикмахерскую, в магазин. Все заработанное она сразу отдавала, деньги шли назад в экономику. А теперь швеи без денег. Всё встало».
Что же в итоге?
Итого: благодаря Жапарову, Кыргызстан расплачивается за роль российского союзника, и конца этой расплате в ближайшем будущем не предвидится.
Через Кыргызстан текут миллиарды долларов в обход санкций, но стране не остаётся практически ничего.
Мне хочется думать, что Жапаров надеялся, что сотрудничество с Россией и Путиным обогатит не только его лично, но и весь Кыргызстан. Но вышло ровно наоборот.
Путин, через Шора, может подогнать сколько угодно частных самолётов для личного использования Жапарову — этот канал работает.
Но, обеспечить Кыргызстан дешевым топливом — не может. Открыть российский рынок для кыргызской швеи тоже не может. И уж тем более не может заставить европейские компании работать с Кыргызстаном.
И вот здесь я хочу вернуться к себе. В 2022 году меня задержали за антипутинский митинг — вежливо, ненадолго, и потом оправдали.
А уже осенью 2025 года кыргызский суд признал меня экстремистом и власти пытались объявить меня в международный розыск через Интерпол. А за пять месяцев до этого стало известно, что на меня и моих коллег возбудили уголовное дело. Двое из них провели в СИЗО шесть месяцев и вышли только по пробации — их заставили признать вину.
За что? За журналистику. За правду. (За эти три года я не устраивал никаких митингов, хотя в самих митингах ничего плохого не вижу). Вот что значит проиграть страну в казино. Проигранная страна больше не принадлежит своим гражданам. А если страна тебе не принадлежит — у тебя в ней нет прав. В том числе права говорить то, что думаешь. В проигранной стране любая критика власти превращается в призывы к массовым беспорядкам. А критика бизнеса в разжигание межнациональной розни.
Ли Куан Ю был прав, хоть я его и не очень люблю. Политика — не игра в карты. Из-за проигрыша страдают все.
Кыргызстан заслуживает лучшего. И кыргызский народ — тот самый, который даже в 2022 году, даже на улице, даже в споре, понимал, что нам нужен нейтралитет, — этот народ не делал эту ставку. Её сделал один человек. А платим за неё мы все.
