Представительница Верховного комиссара ООН по правам человека Лиз Троссел заявила, что «необходимо обеспечить быстрое, беспристрастное и эффективное расследование факта смерти» правозащитника Азимжана Аскарова. Об этом она сказала 28 июля на брифинге по Кыргызстану в Женеве.
«С большим сожалением мы получили известие о том, что правозащитник и журналист Азимжан Аскаров скончался в тюрьме Кыргызстана на прошлых выходных. Мы выражаем наши искренние соболезнования членам его семьи, друзьям и коллегам-правозащитникам, выступавшим за его освобождение. […] В соответствии с международным правом в отношении прав человека его семья имеет право на получение возмещения», — сказала Троссел.
Она напомнила, что Управление по правам человека ООН уже обращалось в мае к властям Кыргызстана с просьбой разрешить Аскарову покинуть тюрьму. Ему на тот момент было 68 лет, по причине слабого здоровья он относился к числу лиц, являющихся наиболее уязвимыми к COVID-19 в условиях пандемии.
«В последние недели мы получали информацию о том, что состояние его здоровья продолжало ухудшаться. Тем не менее, несмотря на неоднократные звонки, Аскарову не была оказана срочная медицинская помощь, и он не был освобожден по гуманитарным соображениям», — сказала представительница Управления.
По данным Троссел, в 2016 году Комитет ООН по правам человека установил, что Аскаров подвергся произвольному задержанию и содержался в бесчеловечных условиях.
«Кроме того, в отношении Аскарова применялись пытки и жестокое обращение, и он был лишен возможности надлежащим образом подготовить свою защиту», — считает Троссел.
Кроме прошения о расследовании обстоятельств смерти Аскарова, Управление призвало правительство Кыргызстана рассмотреть вопрос о досрочном освобождении по гуманитарным соображениям наиболее уязвимых заключенных.
К ним относятся женщины, несовершеннолетние лица, пожилые люди, лица с сопутствующими заболеваниями, лица, представляющие низкий уровень риска для общества, совершившие мелкие и незначительные правонарушения, лица, ожидающие освобождения в ближайшее время, а также лица, задержанные за совершение преступлений, не признанных таковыми в соответствии с международным правом.
В Управлении ООН по правам человека считают, что COVID-19 может распространиться в местах лишения свободы, потому что они часто переполнены, негигиенические условия содержания, а медобслуживание может и вовсе отсутствовать.
Троссел напомнила, что представители власти Кыргызстана «неоднократно и публично заявляли» о своей приверженности международным нормам и стандартам в области прав человека.
«Мы видели примеры успешного применения надлежащей практики [освобождения уязвимых перед COVID-19 лиц]. В то же время мы по-прежнему серьезно обеспокоены тем, что многие правительства либо не предпринимают шагов по снижению числа лиц, содержащихся под стражей, либо отказываются освободить то число заключенных, которое было одобрено для освобождения», — заявила Троссел.
Это уже вторая крупная международная организация, которая потребовала расследовать обстоятельства смерти Аскарова. Европейский Союз обратился с такой просьбой 26 июля.
«ЕС следил за судебным процессом против Аскарова с момента его ареста в 2010 году. Мы неоднократно выражали свое мнение о судебном разбирательстве и призывали к его освобождению. Мы глубоко сожалеем, что, несмотря на призывы к его освобождению, он скончался в тюрьме. Важно, чтобы выяснились обстоятельства его смерти и условия, в которых он содержался в последние месяцы своей жизни», — говорится в сообщении ЕС.
Правозащитник Азимжан Аскаров скончался 25 июля в больнице 47 колонии, куда был этапирован накануне для медосмотра. Его адвокат Валерьян Вахитов и правозащитные организации неоднократно заявляли об ухудшении здоровья Аскарова.
По словам Вахитова, на последней встрече Аскаров не был в состоянии самостоятельно ходить, его привели, поддерживая, охранники колонии. Вместе с этим правозащитник потерял вес и, поскольку он почти не мог есть, ему делали инъекции глюкозы.
Вахитов также заметил, что его подзащитный выглядел бледным, у него был кашель. Фельдшер колонии сообщил адвокату, что Аскаров на тот момент болел уже около 10 дней.
Правозащитница Толекан Исмаилова обнародовала 28 июля результаты вскрытия тела покойного.
В медицинском заключении говорится, что причиной смерти Аскарова стала стала острая дыхательная недостаточность, которая развилась на фоне двусторонней тотальной пневмонии.
Все это время Госкомитет исполнения наказаний отрицал ухудшение здоровья правозащитника и говорил, что «все под контролем». После смерти Аскарова ГСИН сделала заявление, что у правозащитника была пневмония, а сам он категорически отказывался лечиться в стационаре.
По версии ГСИН, несмотря на отказы правозащитника, сотрудники службы перевели его в стационар 47 колонии, где Аскаров якобы «сорвал с себя маску кислородного концентратора в результате чего скончался».
ГСИН выдал тело Аскарова его родственникам 27 июля. Адвокат умершего правозащитника Валерьян Вахитов сообщил Kaktus.media-Osh о том, что по последней воле Аскарова его хотят похоронить в Узбекистане.
«Мы пока не знаем, разрешат ли власти Узбекистана завезти тело Аскарова к ним на территорию. Мы ждем официального ответа. Хоронить его в Кыргызстане родственники боятся. Они опасаются вандализма», — передает слова Вахитова издание.
Азимжан Аскаров — правозащитник с юга Кыргызстана, который был известен своими расследованиями пыток со стороны милиции.
Его задержали 15 июня 2010 года во время межэтнического конфликта на юге Кыргызстана — правозащитника обвинили в «организации массовых беспорядков», «разжигании межнациональной розни» и «соучастии в убийстве милиционера».
15 сентября 2010 года суд приговорил Аскарова к пожизненному заключению, но он не признал своей вины.
