Это случилось — наступил тот день, когда на самом популярном в Кыргызстане телеканале в самый прайм-тайм прозвучали призывы дать геям и лесбиянкам право заключать брак.

Я знаю, что выпуск ток-шоу “Ой ордо” от 12 мая вызвал смешанные чувства как у союзников ЛГБТ-сообщества, так и у гомофобов.

Автор колонки: со-основатель Kloop.kg Бектур Искендер.
Автор колонки: со-основатель Kloop.kg Бектур Искендер.

Но это был исторический выпуск. Я не мог поверить, что я вижу это. В хорошем смысле.

Пройдёт какое-то время — например, лет 25 — Кыргызстан легализует однополые браки, а геи и лесбиянки перестанут бояться быть самими собой. И тогда мы будем смотреть этот выпуск и говорить — вот он, тот момент, когда права ЛГБТ попали в популярное вечернее ток-шоу.

Следующее поколение, не заставшее нашу эпоху, будет смотреть этот выпуск и много чему удивляться. Я даже перечислю, что именно удивит кыргызстанцев, которые будут жить в какие-нибудь 2040-е годы:

Формулировка темы передачи

Наших детей (здесь и далее под “нашими детьми” я подразумеваю не только буквально наших детей, а, метафорически, следующее поколение в целом) удивит, что Кыргызская общественная телерадиокорпорация дала теме этого выпуска такое странное название: “Толерантность или духовные ценности?”

“А разве эти два понятия противоречат друг другу?” — спросит следующее поколение.

“Разве нет более высокой, более духовной ценности, чем дарить кому-то свою любовь?” — спросят те, кто ходят сейчас в детский сад или кто ещё вообще не родился.

Мы, пожилые, ответим им, что в те времена журналисты сами только начинали понимать терминологию, которая касается прав человека, и проявляли свою безграмотность довольно регулярно. Но между собой будем всё-таки скорее умиляться тому, как в середине 2010-х топорно и неумело, но всё же пытались начинать подобные дискуссии.

Дремучесть гомофобов

Я думаю, наши потомки удивятся, что кто-то мог быть вообще так необоснованно агрессивен и дремуч, как Турсунбай Бакир уулу, Мавлян Аскарбеков или тем более истеричный крикун-националист из зрительного зала, который не хотел отдавать микрофон:

“Неужели люди правда думали, что геем можно стать только если тебе платят за это иностранцы?” — спросит следующее поколение.

Гомофобы в эфире телеканала будут казаться чем-то таким же диким, как если бы сегодня в эфире американского телеканала выступил Ку-клукс-клан, а в эфире немецкого — нацисты.

Надо заметить, что между гомофобами, Ку-клукс-кланом и нацистами большой разницы в принципе нет. Поколение 2040-х будет понимать это намного лучше нас сегодняшних и будет удивляться, как кто-то вообще мог в здравом уме поддерживать агрессию и насилие.

Попытка связать увлечения с ориентацией

Следующее поколение очень удивится этим странным аналогиям ведущей КТРК, которая почему-то решила, что если ребёнок растёт геем, то он не может играть в машинки или хотеть стать космонавтом.

Вопрос ведущей:

Это поколение будет расти в мире, в котором будет намного меньше псевдогендерных ярлыков при воспитании детей. Они будут знать геев-космонавтов и гетеросексуальных поваров-мужчин, поэтому смысла этих аналогий они просто не поймут.

Мы, пожилые, скажем им, что в середине 2010-х было ещё много предубеждений, что если мальчик гомосексуален, то он обязательно должен играть в куклы, и что даже были “гендерные” цвета типа голубого или розового для мальчиков и девочек соответственно.

Я расскажу, как все удивлялись, когда я купил себе розовые кеды или отрастил длинные волосы, и лишь из-за этого люди думали, что я гей.

Вопросы о родителях-геях

Будущее поколение удивится вопросу Дианы из зрительного зала.

“Почему когда она спрашивает о двух папах, она так злится? И почему она сравнивает это с двумя правыми руками?” — спросят нас дети.

Вопрос Дианы:

У многих из этих детей, возможно, будут родители одного пола. Они тем более не будут понимать, почему комбинация половых органов родителей должна была сыграть хоть какую-то роль в их жизни.

Мы, пожилые, скажем им, что в прошлом люди вообще делали немало глупых запретов. Что в некоторых штатах США запрещались браки между людьми разных рас (в Алабаме этот запрет отменили не так уж и давно, кстати). Что в нацистской Германии невероятно сложно было представить немецко-еврейский брак.

Что лишь в конце XX века в некоторых странах мира пришли к выводу, что гомосексуальность — это не болезнь, и что ориентация родителей и комбинация их гендеров никак не сказывается на том, какими вырастут их дети.

***

А вот что будущее поколение совсем не удивит — это позиция Максима, Данияра Айтмана и Сумсарбека Мамыралиева.

Потому что в 2040-е годы право человека быть геем, лесбиянкой или гетеросексуалом будет очевидным и беспрекословным. И право людей на брак будет настолько безусловным, что оно не будет подразумевать каких-либо ограничений на основе пола.

Хотя что мешает нам добиться понимания этого уже сегодня?