Как украинский городок пытается построить туризм вокруг АЭС и выйти из «депрессивности»

Гравюра на отвесной скале по дороге к пляжу Южноукраинска. Фото: Катя Мячина для Kloop.kg

Kloop.kg открывает новую рубрику «Клооп.Везде», в которой мы будем рассказывать о самых неожиданных местах мира — о том, как там живут люди, какие проблемы там есть, и что интересного можно там увидеть. Рубрику открывает серия репортажей журналистки Кати Мячиной об атомоградах Украины.

К главной площади Южноукраинска один за другим подъезжают автобусы. Людей из них выходит немного — не больше трети пассажиров. Но те, кто выходят, в руках держат подготовленные по одному лекалу транспаранты. Двое молодых парней веселятся — видно, что свой плакат они сделали сами. На нём написано «АЭС — это вам не шоколадная фабрика». Два с половиной местных фотографа снимают их со всех возможных сторон.

«Энергоатом не может всегда жить в долг! — кричит мужчина, стоящий на трибуне. — Пленум центрального комитета профсоюза АЭС принял решение присоединиться к всеукраинским протестам и заявить о недовольстве энергетиков собственной зарплатой!»

За многочисленной толпой, собравшейся на площади перед Дворцом культуры «Энергетик», на надувной горке в форме радуги скачут дети. По соседству с ней продавец сладкой ваты не успевает складывать деньги в карманы — детям протестующих нужно чем-то подкрепиться.

Мужчина с двумя пустыми пластиковыми бутылками, стоящий возле меня, громко всхлипывает при каждом упоминании АЭС в речи выступающего. «Все, кто согласен с постановлениями, поднимите руку!», — кричит с трибуны мужчина. Парней с самодельным плакатом вытеснили в первый ряд протестующих — они уже дают интервью местному телеканалу. Начинается мелкий назойливый дождь.

«А за что голосовали? А то я что-то пропустила», — спрашивает меня женщина с папкой под мышкой. Атомных энергетиков Южноукраинска собрали на митинг за поднятие средней зарплаты работникам местной АЭС. Ни один всеукраинский телеканал не приехал.

Проспект Независимости — главная улица Южноукраинска. Фото: Катя Мячина для Kloop.kg

Южноукраинск — один из четырех живых атомоградов, расположенных на территории Украины. Его построили как город-спутник Южноукраинской атомной электростанции — одной из украинских энергетических гигантов, вырабатывающей такое количество энергии, которое могло бы обеспечить светом и теплом триста тысяч среднестатистических квартир или поставить на рельсы пятнадцать тысяч трамваев. Как покрытый неоновыми вывесками фасад ночного клуба, ЮАЭС встречает странников разноцветным светом множества лампочек на въезде в город.

В 1975 году часть бывшей купеческой деревни Константиновка в Николаевской области на юге Украины отдали под строительство атомограда. Идея была такой — использовать как можно меньше плодородной южной украинской земли. Поэтому город возвели на скалистом берегу реки Южный Буг — там, где двести лет назад жили и воевали за свою свободу украинские казаки.

«На противоположном от Южноукраинска западном берегу реки сохранялось пристанище казаков, когда Екатерина Великая разгоняла Запорожскую Сечь в 1775 году», — рассказывает Роман Яворский, местный активист и глава велосипедной ассоциации. Мы с ним как раз переплываем реку на так называемом пароме — шхуне без мотора, которая перемещается между берегами посредством перетягивания каната с одного берега на другой. Это один из двух вариантов переправы из Южноукраинска в соседнюю Богдановку, в которой как раз когда-то и стояли лагерем казаки.

Речку ещё можно переплыть на лодке, но это чуть дороже — 5 гривен в одну сторону (это где-то 20 американских центов). Зимой можно проехать по льду, но есть риск провалиться. Есть два автомобильных моста на севере и на юге от города, но до каждого из них 16 километров.

Мужчина, с трудом закативший свой «Жигуль» на паром, второпях допивает бутылку пива — нужно успеть до прибытия на другой берег.

Стоимость переправы на лодке — 5 гривен или 20 американских центов. Фото: Катя Мячина для Kloop.kg

«Тут недалеко, в урочище Гард, был центр казачьего рыболовства и вообще главный административный округ запорожских вольностей, — рассказывает Роман. — А ещё недалеко от Богдановки овраг, через который проходил путь марша смерти. Тут расстреляли около 50 тысяч евреев».

«Мандруй Гардом» («Путешествуй по Гарду»), альтернативное туристическое агентство, которое создал Роман, разработало интерактивную карту достопримечательностей окрестностей Южноукраинска. Это место — настоящий остров сокровищ. Кроме национального заповедника Бужский Гард, который считается одним из семи чудес Украины, в районе города можно найти дворцы имперских аристократов, старые советские ракетные шахты для ядерных боеголовок, каньоны, поселения эпохи неолита, старые украинские села, в которых даже не слышали о существовании ЗG, а рядом — целые поля солнечных панелей. Кроме того, из-за извилистости реки, на ней расположены одни из самых крутых порогов для рафтинга в стране, а прямо в Южноукраинске — отвесные скалы для занятия альпинизмом. Все эти локации можно объехать на велосипеде. Для этого Роман проложил ко всем интересным местам в округе велосипедные маршруты.

Развитие активного отдыха и туризма в городе — один из основных способов принести в местный бюджет альтернативный капитал, ведь сейчас он практически полностью состоит из налогов, которые платит АЭС. Каждую неделю Роман устраивает пешие и велосипедные экскурсии по региону, но пока что только для своих. Говорит, на более масштабный уровень не позволяет выйти бюрократия и отсутствие помощи — сам он с работой не справляется, а город особенно в этом не помогает. «Мы предлагали, например, проложить велосипедные дорожки, но местная власть инициативу не поддержала», — рассказывает Роман.

Сам он до недавнего времени работал строителем на АЭС. Родился и вырос в Южноукраинске, отучился в Днепре (это бывший Днепропетровск), а потом вернулся на родину — всегда понимал, что та комбинация городской жизни и природы, которую предлагает Южноукраинск, ему идеально подходит. На станции тоже охотно слушают идеи его проектов по развитию велосипедной инфраструктуры и туризма в городе, но никакой отдачи со стороны предприятия пока что нет.

Недалеко от Южноукраинска есть овраг, через который проходил путь марша смерти. Тут расстреляли около 50 тысяч евреев. Фото: Катя Мячина для Kloop.kg

Альтернативного атомной станции бизнеса в городе нет. Когда я спрашиваю у местных жителей про хоть какое-то подобие местного предпринимательства, все сконфуженно пожимают плечами. Единственное альтернативное кафе — и то делит помещение с магазином местного пива. Все, кто не смог устроиться на станцию, работают в бюджетной или обслуживающей сфере. Остальные уезжают. В Южноукраинске один из самых высоких показателей оттока населения в области.

«Мы не можем остановить отток людей из города как минимум потому, что профессия атомщика сейчас совсем не перспективная», — говорит Александр Пелюх, пресс-секретарь ЮАЭС. По его словам, станция работает с местными детьми с детского сада и до выпускного. Даже дают стипендии 37 студентам инженерных специальностей, чтобы после выпуска те пришли работать на АЭС, но молодежи на станции все равно не хватает. Средний возраст работника ЮАЭС — 45 лет. Пелюх говорит, что одна из главных причин этого — низкая зарплата работников атомной энергетики, которая их никак не устраивает. В среднем это не больше 16 тысяч гривен (640 долларов). При этом среднестатистическая зарплата в Украине – 8,5 тысяч гривен.

В Южноукраинске кроме АЭС расположены еще Ташлыкская гидроаккумулирующая станция и Александровская ГЭС. Кроме того, «Энергоатом» — госпредприятие, которое руководит всеми украинскими атомками — собирается строить на территории ЮАЭС солнечную электростанцию. Она будет вырабатывать в 33 раза меньше электроэнергии, чем один из трех энергоблоков АЭС. Она нужна на случай поломки на атомной станции — если она произойдет, солнечные батареи обеспечат город и саму станцию светом и теплом.

Кстати, это довольно вероятно — все три блока станции полностью исчерпают свой энергетический ресурс в течение ближайших семи лет. На станции уже готовятся к продлению срока их жизнеспособности на несколько десятилетий. К тому же, в этом году начнется работа по проектированию четвертого блока — его хотят запустить в 2033 году, но есть ли у государства на это деньги, пока непонятно.

Граффити на стене жилого дома на центральном проспекте Южноукраинска. Фото: Катя Мячина для Kloop.kg

АЭС мало участвует в развитии города — вкладывает деньги в записанные на нее спорткомплексы, финансирует детский песенный фестиваль, дарит подарки ветеранам на 9 мая, очищает и поставляет населению воду. Когда заходит разговор о будущем Южноукраинска, Пелюх говорит: «Мы не мешаем городу развиваться. Станция — это не зависимость для Южноукраинска, а польза. Просто наш мэр не использует возможности для развития».

Городская власть последние несколько лет конфликтует с руководством станции. По словам Пелюха, это произошло по вине самого мэра. Виктор Пароконный, которого в городе знают по кличке Витя Монолог, уже в третий раз стал главой города. Он называет Южноукраинск «депрессивным» из-за его зависимости от станции.

На встречу со мной Пароконный опаздывает. В приемной нервный секретарь, который каждые 30 секунд выглядывает в окно — мэр не любит журналистов. Когда Виктор Кириллович все-таки приходит, он заваливает меня бесконечными стопками подшитых листочков А4, на которых распечатаны его собственные презентации на всевозможные темы. Говорит: «Я не могу вам просто так все рассказать — мне нужно показывать картинки».

За время его пребывания на посту разорилось местное коммунальное предприятие — теперь оно должно атомной станции более четырех миллионов долларов. Горожане относятся к мэру с насмешкой — мол, на то он и Монолог, что умеет только разговаривать.

«Я уже неоднократно настаивал, чтобы государство разработало какой-то план по выходу города из депрессивности. Но такой инициативы там нет, им не до этого», — рассказывает Пароконный. Когда спрашиваю, есть ли у него самого идеи, как вылечить город от депрессии, на меня сыпется ещё несколько подшитых альбомчиков с презентациями, а сам Виктор Кириллович отправляет ко мне свою помощницу по экономической части — у него на меня уже нет времени.

Кафе-бар «Одесса» — одна из самых старых и культовых забегаловок в городе. Фото: Катя Мячина для Kloop.kg

Главная проблема Южноукраинска в попытке разнообразить местный бизнес — полное отсутствие земли. Её настолько мало, что несколько лет назад городу пришлось выкупить у местного фермера несколько соток земли под кладбище.

«Деревня Константиновка уже 42 года ждет от нас какой-то оплаты за то, что мы построили город на её территории. Когда в Украине началась реформа децентрализации, объединение Южноукраинска и Константиновки в один территориальный округ выглядело идеальным планом. В деревне живут многие работники станции, а также там много земли, которой нам так не хватает», — заявляет Александр Пелюх. Южноукраинск — город областного значения, окруженный множеством крохотных живописных сел. Каждое из них испытывает инфраструктурные проблемы: несмотря на близость реки, там нет очистных сооружений, а поэтому водой приходится закупаться в городе; нет дорожного сообщения, а поэтому приходится пользоваться допотопным паромом или рисковать и переезжать реку по льду.

Южный Буг — река, когда-то служившая границей между свободными казаками и землями Российской империи, теперь стоит трудно преодолимой преградой между теми, кто отдал под застройку часть своей исторической родины, и теми, кто когда-то пообещал за это заплатить. По реформе децентрализации, украинские города и села могут сами объединяться в административные округи так, чтобы самостоятельно распоряжаться местным бюджетом. За свободную землю, туристические точки и исторические долги, Южноукраинск мог бы заплатить селам инвестированием денег из своего огромного бюджета в местную инфраструктуру. Но, по словам мэра, общественность против такого объединения. Поэтому невозможно развивать туризм и привлекать в город инвесторов — им попросту нечего предложить. Деньги из городского бюджета тратятся на создание приютов для собак, котов и птиц.

Вид на Южный Буг со смотровой площадки. Фото: Катя Мячина для Kloop.kg

В городе большое скопление капитала — чуть ли не в каждой южноукраинской семье есть сотрудник АЭС, зарабатывающий, как уже упоминалось выше, около 16 тысяч гривен. На самом деле, несмотря на протесты атомщиков, этой суммы для жителя небольшого украинского городка вполне достаточно, чтобы шиковать. Но в самом Южноукраинске мест для развлечения немного — открытые кафе на набережной, кинотеатр в одном из центральных дворов, даже вместо единственного детского кафе открыли пивбар. Все южноукраинцы на выходные ездят в соседний Николаев.

В 35 километрах от Южноукраинска расположена деревня Мигея — один из главных центров рафтинга в Украине. Андрей Дикусар, южноукраинский волонтер и активист, организовал в городе рафтинговый клуб «Шершень». Каждые две недели в сезон они привозят туристов в кемпинг на территории Бужского Гарда, где посреди дикой природы учат их покорять пороги древней реки. Говорит, что их главная цель — сделать этот вид спорта доступным для людей с небольшим доходом: для молодежи, студентов и местных жителей. Поэтому и цену за свои услуги они держат на очень низком уровне. «Можно было бы и бесплатно такие поездки организовывать, но нам приходится платить за бензин и аренду снаряжения — не хочется уходить в минус», — добавляет Андрей.

Некоторые «шершни», участники клуба, называют его большим батькой — главой семьи. В 2014 он организовал местный патруль — полиция не справлялась с беспорядками в городе. Сейчас в его бригаде работает 32 человека. Из-за того, что все ее члены — сотрудники станции, АЭС компенсирует их внеурочный труд тремя дополнительными днями отпуска — за те 72 часа в год, которые они должны провести в патруле. «Это, конечно, символический бонус. Я вот за первые четыре месяца 2018-го уже 57 часов из 72 провел в патруле. А впереди ещё почти весь год», — смеется Андрей. Он говорит, что делает это, потому что не доверяет ни городу, ни государству защиту горожан и их здоровья.

Вместе с польским филиалом Мальтийского ордена Андрей обучил своих патрульных правилам оказания первой помощи — теперь они, как сертифицированные спасатели, регулярно сопровождают все массовые мероприятия в регионе на волонтерских началах. В своем спортзале «большой батька» Андрей тренирует тех, у кого есть какие-то проблемы со здоровьем. Дети, занимающиеся с ним, раз в две недели приносят ему дневники, а он проверяет их оценки. Один из его воспитанников недавно занял второе место по жиму на паралимпийских соревнованиях. «Но мы это все делаем лично для себя», — добавляет Андрей.

Мы встречаемся с ним через несколько часов после митинга атомщиков на том же месте, где два парня развернули свой смешной плакат про шоколадную фабрику. Андрей тоже был там, ведь сам он работает на АЭС инженером маркетингового отдела и, как и многие его коллеги, недоволен государственной зарплатой.

На улице уже темно. Горка в форме радуги пустует, а продавец сладкой ваты уже ушел домой. На лавочках перед дворцом культуры «Энергетик» то тут, то там тихонько сидят парочки и бабушки с колясками. Где-то далеко сопят паромщики, а с широких лугов Бужского Гарда в город врывается ночной ветер. Южноукраинск спит тихим сладким сном и, похоже, так никогда и не планирует просыпаться.

Читать еще: