Юристы из общественного фонда «Стратегические решения» проанализировали и рассказали о рисках, заложенных в новых версиях Уголовного и Уголовно-процессуального кодексов от Генпрокуратуры.
Они просят президента Садыра Жапарова и шестой созыв парламента отложить реформу кодексов. Юристы настаивают, что эта реформа противоречит посланию и поручениям президента.
Юристы считают, что новые кодексы нарушают права человека и международные обязательства Кыргызстана по их защите. Также, по мнению авторов обращения, предлагаемые Генпрокуратурой версии кодексов направлены в сторону репрессий и тоталитаризма.
Автор обращения подчеркивают, что у судей и правоохранительных органов появится больше возможностей для коррупции и давления, а у граждан — меньше возможностей на защиту прав.
«Клооп» выделил главное из того, что беспокоит юристов и противоречит посланию Садыра Жапарова, которое он сделал при подписании новой Конституции.
Возвращение методов работы Дзержинского
Генпрокуратура решила, что механизм, когда каждое обращение или факт правонарушения регистрируется в ЕРПП в течение 24 часов и по нему начинается досудебное производство, Кыргызстану не нужен. Систему ЕРПП ликвидируют, а решение о возбуждении или отказе в возбуждении дела должен будет выносить следователь в течение 20 дней.
Даже если подозреваемый задержан на месте преступления, он будет ждать окончания 20-дневной доследственной проверки и возбуждения уголовного дела.
«Этот институт был введен Феликсом Дзержинским в 1927-1928 годах, в годы репрессий. Это была абсолютно бесправная для граждан стадия деятельности правоохранительных органов, когда следователь решал стоит ли возбуждать дело или нет, несмотря на то, что преступление фактически было и оно должно быть просто автоматически расследовано независимо от желания следователя», — отмечают юристы.
В независимом Кыргызстане девяностых эта практика тоже была, позже от нее отказались. Сейчас Генпрокуратура возвращает ее назад.
«Оперативные работники до официального возбуждения дела могли годами мурыжить людей, вызывать их ночами на опросы, шантажировать объяснительными и материалами дела то одну, то другую сторону.
На этой стадии, по свидетельствам многих адвокатов, правозащитников и других участников процесса происходили пытки, побои, истязания людей, здесь происходило большинство “разводов” и вымогательств денег у людей», — заявляют юристы.
До решения следователя и потенциальный потерпевший и потенциальный подозреваемый имеют неясный статус — их допрашивают, как свидетелей, оставляя лазейку для коррупции.
При этом подозреваемый лишается прав, которые у него есть при действующих кодексах — права требовать проверки основания задержания и права на адвоката или самостоятельную защиту себя. Эти же права у человека были и при обычном вызове на допрос, без ареста.
Если новые кодексы заработают, то адвокат у подозреваемого появится только после первого допроса, а не сразу после ареста. Все это время на арестованного могут давить и выбивать из него показания.
«Между фактическим задержанием и фактическим доставлением могут пройти сутки, а может даже больше. Практика правоприменения показывает, что это опасное дело, так как все это время подозреваемый находится без адвоката, зачастую подвергается незаконным методам ведения следствия, пыткам, вымогательству, психологическому давлению. И после получения, так называемых, выбитых “признательных показаний” подозреваемому предоставят адвоката», — отмечают юристы.
Пожаловаться на нарушения своих прав будет сложно — срок рассмотрения жалоб Генпрокуратура увеличивает с 3 суток до 10-20 суток в зависимости от обстоятельств жалоб.
Новые возможности для арестов
Генпрокуратура предлагает арестовывать кыргызстанцев чаще — вопреки заявленной президентом гуманизации за мелкие правонарушения.
Новый Кодекс о правонарушениях против порядка управления (КППУ), название которого юристы считают не соответствующим содержанию, гласит, что за «малозначительные преступления» можно будет арестовать любого человека без решения суда на определенный срок.
Права на защиту адвоката, на расследование и правосудие уходят в этом случае.
«В соответствии с проектом КППУ, арест назначается без соблюдения принципа
презумпции невиновности, факт совершенного правонарушения будет фиксироваться протоколом без проведения какого-либо расследования и сбора доказательств и затем будет назначаться арест. Согласно международным стандартам, за совершение малозначительных правонарушений арест не должен назначаться», — напоминают юристы.
Кроме того, юристы опасаются, что аресты по КППУ без суда и следствия могут применять и против тех, кто проводит митинги, пикеты и просто не очень разделяет позицию власти по ряду вопросов: ведь КППУ потом можно и отредактировать.
«В случае такого развития событий все участники будут отправлены под арест. Это может самым негативным образом отразиться на конституционных правах граждан, таких как право на свободу объединения и станет удавкой фундаментальных прав граждан. И что бы ни писали потом в законе о мирных митингах, именно КППУ будет служить регуляторной рамкой для арестов и задержаний», — отмечают юристы.
Составители кодексов не учитывают, что в республике нет преемников-распределителей или особых арестных домов, и нет лишних средств в бюджете на их содержание. Международные стандарты обязывают государства иметь такие учреждения для краткосрочных арестов, если такие аресты есть в законе.
Таким образом, арестованные, скажем, на 15 суток, будут сидеть в изоляторе временного содержания — вместе с рецидивистами и подозреваемыми в особо тяжких преступлениях. Что тоже нарушение ряда международных положений.
«Изоляторы временного содержания не предназначены для содержания в них лиц, совершивших незначительные правонарушения. Однако такая порочная практика в Кыргызстане имеется. Представьте, каким унижениям, побоям, давлению будут подвергнуты лица, попавшие в такую ситуацию. Это касается как граждан, так и предпринимателей», — предупреждают юристы.
Новые возможности для ОПГ, коррупционеров и афер
Борьба с коррупцией и ОПГ, которую объявили и президент, и глава ГКНБ Камчыбек Ташиев, тоже останется на словах. В опубликованных вариантах Кодексов ответственность членов ОПГ смягчена — убрали статью «Специальные правила уголовно-правовой квалификации преступлений».
Это значит, что члена ОПГ будут судить не за членство в ОПГ и еще какое-то нарушение законодательства, а только за нарушение законодательства — например, только за вымогательство, а членство в ОПГ учтено не будет. Таким образом, вместо 15-20 лет лишения свободы они будут получать только 5-7 лет лишения свободы.
«В проекте УК более чем 40 разных статей дополнены квалифицирующим признаком “совершенное преступной организацией”, “совершенное в составе преступной организации” или “совершенное членом преступной организации”. При этом, в других 150 случаях совершения умышленных преступлений аналогичный квалифицирующий признак почему-то не применяется, хотя преступная организация, в принципе, может совершить любое преступление», — отмечают юристы.
Коррупционерам новая версия кодексов тоже поможет — благодаря урезанию трактовки понятия коррупции наказание станет мягче — вместо более чем 10 лет лишения свободы от силы будет пять-восемь лет.
«Хотя президент обращался в своем ежегодном послании к народу и депутатам, чтобы усилили ответственность коррупционерам, предлагаемая Генеральной прокуратурой формулировка противоречит этому. Между тем сегодня выявляется множество коррупционных преступлений и потребность общества в борьбе коррупцией возрастает», — напомнили юристы.
Проще станет жить и участникам банковских махинаций и отмывания денег — ответственность для юридических лиц в новом Уголовном кодексе исключена. Этим шагом Кыргызстан делает шаг к упрощению отмывания денег через страну, финансирования терроризма и нарушению Конвенции ООН против коррупции.
Новые возможности для семейного насилия
В послании президента, наконец, говорилось о защите женщин, детей и уязвимых групп.
«В последние годы преступления против уязвимых групп, такие как покушение на женщин, детей и имущество, вызвали большой общественный резонанс. Считаю, что ответственность за подобные преступления нужно ужесточить. Поэтому я поручил подготовить соответствующие поправки в закон», — говорил Жапаров 5 мая.
Но Генпрокуратура решила, что все преступления небольшой тяжести и менее тяжкие преступления нужно расследовать только по заявлению потерпевшей стороны или представителя ее интересов. И их расследование можно прекратить по примирению сторон.
Это значит, что если кодексы вступят в силу, то милиция больше не будет реагировать на обращения свидетелей, сообщения СМИ, обращения представителей кризисных центров и иные сигналы о преступлениях, связанных с домашним насилием. Станет еще сложнее привлечь к ответственности нарушителя, например, за такие преступления, как:
- принуждение к вступлению в фактические брачные отношения;
- принуждение к вступлению в брак;
- нике с несовершеннолетними;
- насилие в семье;
- уклонение родителей от содержания детей;
- вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления.
«Фактически это открывает дорогу к запугиванию, угрозам, давлению на потерпевших, соответственно, по вышеуказанным преступлениям заявлений не будет. Мы знаем какому невероятному психологическому давлению подвергаются пострадавшие от насилия в нашем обществе, когда они один на один остаются с домашними тиранами, насильниками и мучителями; сколько мужества и духа требуется жертвам, чтобы суметь подать заявление», — отмечают юристы.
При этом, если пострадавший от преступления небольшой тяжести или менее тяжкого преступления все же придет в милицию и следователь решит возбудить дело через 20 дней — она не защищена от давления, которое может принудить ее пойти на примирение сторон.
Примирение Генпрокуратура включила в ряд статей, которые затрагивают интересы, психическое и физическое здоровье несовершеннолетних. Например, это:
- вовлечение несовершеннолетнего в порнобизнес;
- понуждение к действиям сексуального характера;
- вовлечение в занятие проституцией;
- содействие проституции и разврату;
- незаконное лишение свободы;
- незаконное помещение в психиатрический стационар;
- принуждение к вступлению в фактические брачные отношения;
- принуждение лица к вступлению в брак;
- нарушение законодательства о брачном возрасте при проведении религиозных обрядов.
Юристы отмечают: проекты кодексов «нуждаются в серьезной переработке, а также широком обсуждении с общественностью и заинтересованными сторонами».
«Принимать их в спешке недопустимо. Учитывая чувствительность кодексов для человека и их распространение на миллионы граждан и организаций страны, предлагаем не торопиться с их принятием», — констатируют они.
В связи с кризисной ситуацией в законодательстве они обращаются к органам власти за помощью.
«Обращаемся к президенту и Жогорку Кенешу с просьбой взять в свои руки процесс реформирования судебных и правоохранительных органов, отложить рассмотрение Уголовного, Уголовно-процессуального и Уголовно-исполнительного кодексов до тех пор, пока не будет проведена аналитическая работа, не разработана Концепция изменения законодательства и Стратегии реализации уголовной юстиции, которые позволят упорядочить, синхронизировать и сконсолидировать всю реформу в рамках единого стратегического документа», — заключают в «Стратегических решениях».
