Пресс-служба ГКНБ сообщила, что Антикоррупционная служба ГКНБ задержала бывшего вице-мэра Бишкека по ЖКХ Мирлана Амантурова. Ему вменяется участие в коррупционной схеме, связанной с ремонтом и строительством дорог.
«Установлено, что за период с 2015 по 2019 год аффилированным с А. М. К. компаниям предоставлялись муниципальные заказы на сумму свыше 100 млн сомов, часть из которых он присваивал. Несмотря на своевременное финансирование со стороны мэрии, работы не были выполнены подрядными компаниями в полном объеме», — рассказали в ведомстве.
Сейчас чиновник находится в ИВС СИЗО ГКНБ, устанавливаются другие должностные лица мэрии Бишкека, которые могли участвовать в этой схеме.
Кто такой Мирлан Амантуров
В 1999 году Амантуров был коммерческим директором ОсОО «Сабита», а в 2005-2006 годах руководил компанией «Меади», занимающейся строительством дорог и продажей асфальтобетонной смеси. Позже он возглавлял муниципальное предприятие «Бишкекасфальтсервис».
Амантуров был назначен на должность вице-мэра Бишкека по жилищно-коммунальному хозяйству в октябре 2019 года. Он покинул кресло 21 августа 2020 года, чтобы участвовать в выборах в парламент от партии «Мекеним Кыргызстан».
За несколько дней до этого он дал крупное интервью, где рассказал о коррупции в муниципалитете и схемах обогащения при строительстве дорог. Амантуров заявил, что его топят и обвиняют в коррупции те, кому он мешает набивать карманы государственными и грантовыми деньгами.
Кандидат в президенты на досрочных выборах 10 января 2021 года Рашид Тагаев объявил, что сходит с дистанции в гонке за кресло. Об этом он заявил в своем фейсбуке.
По его словам, решение было принято исходя из личных убеждений.
«Я вынужден сложить полномочия кандидата в президенты Кыргызской Республики по своим личным убеждениям, которые далее не предоставляют возможности продолжать предвыборную борьбу. Я верю, что вы поддержите и это мое решение, как поддержали в самом начале мои намерения выдвинуть свою кандидатуру на пост президента страны», — отметил Тагаев, добавив, что считает «правильным поступить именно так».
Теперь кандидатов на пост осталось всего 17. Некоторые из них — Клара Сооронкулова, Адахан Мадумаров, Каныбек Иманалиев и Канат Исаев — накануне объединились и подписали меморандум о сохранении законности.
В документе говорится, что на предстоящих выборах президента возможна фальсификация итогов.
«Кандидатом на должность президента зарегистрировано лицо [Садыр Жапаров], не обладающие пассивным избирательным правом. Считаем, что необходимо объединиться, чтобы при повторном голосовании поддержать единого кандидата из подписавшихся. Только так можно сохранить законность в стране», — говорится в меморандуме.
Вместе с меморандумом кандидаты подали иск в Административный суд, чтобы оспорить решение Центральной избирательной комиссии по регистрации Садыра Жапарова в качестве кандидата на выборы президента.
Политический кризис в Кыргызстане
После парламентских выборов 4 октября в Кыргызстане начался политический кризис. Последствием кризиса стала смена власти в стране — на пост и.о. президента при поддержке сторонников пришел Садыр Жапаров, который за несколько дней совершил кадровые перестановки, назначив на ряд должностей своих соратников.
После этого он сложил с себя полномочия и выдвинул свою кандидатуру на выборы. Ряд кандидатов в президенты не раз делали заявление, что Жапаров за время агитации нарушал выборное законодательство. В том числе, кандидаты отмечали, что Жапаров использует административный ресурс.
Также, несмотря на то, что Жапаров уже не занимает высокопоставленную должность, его друг Камчыбек Ташиев все еще глава Госкомитета нацбезопасности, а другой соратник Жапарова — Талант Мамытов — сейчас и.о. президента и спикер парламента.
Сам же Жапаров, пока был на посту премьер-министра и и.о. президента, инициировал при поддержке депутатов шестого созыва референдум по форме правления.
Вместе с референдумом Жапаров и ряд депутатов инициировали поправки в Конституцию Кыргызстана.
Однако представленный проект новой Конституции после публикации подвергся критике со стороны общественности и юристов. В частности юристы отмечали, что в случае, если принять новую Конституцию, новый президент получит контроль над всеми ветвями власти.
ОАО «Северэлектро» объявило, что до 1 апреля 2021 года больше не будет выдавать разрешения на трехфазные ввода хозяйственных нужд для бытовых потребителей.
«Такие меры приняты для успешного прохождения зимнего периода, а также для надежного, бесперебойного электроснабжения населения. ОАО «Северэлектро» делает все возможное, чтобы свет и тепло были в каждом доме и сейчас мы надеемся на Ваше понимание», — поясняют в пресс-службе организации.
Уже установленные трехфазки пока трогать не будут. Но «Северэлектро» призывает население соблюдать режим потребления электроэнергии в часы максимальных нагрузок утром и вечером, чтобы не перегружать сети.
Ранее генеральный директор ОАО «Кыргызский энергетический расчетный центр» Талайбек Байгазиев также призвал экономить электроэнергию, и назвал еще одну неочевидную причину, по которой в стране стали потреблять больше электричества. Байгазиев заявил также, что тарифы на электроэнергию надо повысить.
Энергетический кризис в Кыргызстане
В 2020 году Кыргызстан вынужден приобретать у Казахстана электроэнергию, потому что в Токтогульском водохранилище мало воды. Как сообщилв начале ноября на заседании парламента вице-премьер-министр Равшан Сабиров, вместо 19,5 млрд кубометров воды там было всего лишь 14,7 млрд кубометров.
«Согласно распоряжению правительства, был произведен обмен с Казахстаном на 300 млн кВт/ч электроэнергии. Кроме того, было принято решение импортировать из Казахстана до конца 2020 года 500 млн кВт/ч по цене 2,4 цента за киловатт-час», — сказал он.
В августе 2020 года о том, что республика столкнется с нехваткой электричества говорил экс-президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков. На тот момент Кыргызстану не хватало в Токтогульском водохранилище 2,4 млрд кубометров воды.
При этом власти обещали, что не будут вводить ограничения для населения по использованию электроэнергии. Нехватку воды в водохранилище власти связывали с периодом маловодья, который будет продолжаться несколько лет.
Однако после смены власти в октябре 2020 года и наступления зимних холодов выяснилось, что отключения все-таки будут: пока автоматические из-за перегруза электросетей. В Нацэнергохолдинге призвали кыргызстанцев потреблять меньше электроэнергии.
Чиновники также пообещали, что веерных отключений не будет, но призвали беречь электричество, используя газ и уголь для отопления домов.
Однако, из-за систематического отключения электроэнергии, вечером 15 декабря жители жилмассива «Ак-Жар» вышли протестовать. В соцсетях и СМИ появились видео, на которых люди перекрыли объездную трассу и подожгли автомобильные шины.
16 декабря аким Аламединского района Бишкека Марс Саккараев сообщил «Азаттыку», что власти частично решили проблему путем поочередного обеспечения электроэнергией, чтобы избежать нагрузки на трансформатор.
«Мы можем подавать свет по очереди, например, на двух улицах свет будет 2 часа, на других в это время не будет, и так по очереди. Жители согласны на это», — сказал аким.
А уже 18 декабря в правительстве прошло внеочередное совещание по вопросу проблем в энергосекторе. И.о.премьер-министра, первый вице-премьер-министр Артем Новиков предложил задействовать резервные мощности в стране, чтобы пережить зиму и холода, и заявил, что нужно сделать все возможное для обеспечения населения бесперебойной подачи электроэнергии и тепла.
Уходящий 2020 год был полон знаковых и разнообразных событий. Многие из них стали следствием того, что весь мир захлестнула пандемия COVID-19 и карантин. В этом списке самых читаемых материалов на «Клоопе» собраны не только события связанные с коронавирусом (хотя о нем тут много).
Рейтинг самых читаемых материалов за 2020 год подготовлен на основе статистики посещаемости «Клоопа» за весь год.
В первый месяц 2020 года самым читаемым материалом стала статья про коронавирус. В начале года было немного информации о новом вирусе. Известно было лишь, что он из Китая, и при заражении вызывает повышенную температуру.
Хоть власти Китая и закрыли на полный карантин город Ухань, ставший очагом распространения вируса. COVID-19 все добрался до всех стран, в том числе и до Кыргызстана.
В ночь с 7 на 8 февраля в казахском приграничном селе Масанчи, где проживают преимущественно дунгане, произошел конфликт. Официально сообщалось, что конфликт случился на бытовой почве.
Из-за погрома сотни людей были вынуждены бежать в Кыргызстан в поисках безопасности и медицинской помощи. В основном в Кыргызстан пришли женщины, дети и пожилые.
Позже стало известно, что в конфликте погибли 10 человек, 8 из которых скончались на месте, а двое в больнице. А сам конфликт затронул еще два ближайших к Масанчи села.
В то же время дунганская диаспора Казахстана обратилась к диаспоре в Кыргызстане с просьбой помочь жителям Масанчи, которые, боясь продолжения конфликта, направились к кыргызской границе.
На границе их встретили кыргызстанцы, преимущественно местные дунгане, которые принесли еду и воду. Люди на своих автомобилях забирали прибывших к их родственникам в Кыргызстане или к себе домой.
Тогда на границе организовали не только развоз, но и помощь для пострадавших, у которых не было родственников в Кыргызстане.
В марте в Кыргызстане только начали регистрировать первые случаи заражения коронавирусом. А уже 25 марта власти решили ввести режим чрезвычайного положения.
За день до этого — 24 марта — в Республиканском штабе сообщили, что из 26 новых заразившихся 14 человек были теми, кто вернулся из малого хаджа из Саудовской Аравии, а остальные с ними контактировали.
В апреле интерес читателей к новому вирусу COVID-19 не утихал. Тогда всего за месяц сначала первого выявленного случая в Кыргызстане выявили всего 216 заразившихся.
На тот момент единственной областью, где не выявили ни одного случая заражения, была Таласская.
Коронавирус внес коррективы во все сферы жизни людей. Новый вирус не обошел и законы страны. Сооронбай Жээнбеков будучи на посту главы государства подписал законопроект о внесении изменений в законы «Об общественном здравоохранении» и «О гражданской защите».
Подписанный Жээнбековым закон позволял ввести ограничения прав и свобод человека в случае введения карантина, при угрозе распространения и возникновения заболевания.
Изменения в закон позволяют властям изолировать очаг эпидемии оцеплением, контролировать въезд и выезд населения, установить режим работы и запретить массовые мероприятия.
Все ограничения, которые ввели в мае, работали еще с момента ввода режима ЧП, но подписанные изменения закрепили их законодательно.
В июне интерес граждан к новому вирусу не убивался, как и сам вирус. По всей стране уже было зарегистрировано более двух тысяч случаев заражения COVID-19 среди граждан.
Тогда же фотограф Павел Исаенко написал свою колонку, в которой рассказал, как он перенес заболевание и лечение от коронавируса.
Все 16 дней, пока Исаенко провел на лечении в Республиканской клинической инфекционной больнице, фотограф делал заметки и отмечал, что «болезнь действительно страшная и тяжёлая».
Исаенко не раз отмечал, что пока проходил лечение, не раз встречал людей, которые отрицали заболевание и утверждали, что это обычный грипп.
Новости о коронавирусе были читаемыми и в июле. Неудивительно, ведь с июня по июль в Кыргызстане зарегистрировали более 10 тысяч случаев заражения, несмотря на то, что минздрав еще не объединил количество заболевших COVID-19 и внебольничной пневмонией в одну статистику.
Кроме того, июль был одним из самых тяжелых месяцев для системы здравоохранения, которая не справлялась с наплывом новых пациентов.
Тогда же одной из самых читаемых новостей на «Клоопе» стала очередная сводка минздрава о новом количества зараженных.
По данным ведомства, в этот день — 12 июля — в стране снова зарегистрировали новый рекорд по количеству выявленных случаев COVID-19 за сутки.
Коронавирус распространился по всему Кыргызстану и Иссык-Кульская область не стала исключением. Несмотря на то, что регион населен не так, как Бишкек и Чуйская область, проблемы со здравоохранением там были намного серьезнее, чем могло показаться.
В своем интервью «Клоопу» режиссер Эрик Абдыкалыков рассказал, какие проблемы он увидел в областных и отдаленных больницах региона.
Он посетил регион в качестве волонтера. Абдыкалыков рассказал, с какими проблемами сталкиваются медработники.
Нехватка оборудования, лекарств и условий для самих медиков — это то, что увидел режиссер в регионе. Чтобы помочь медработникам в Иссык-Кульской области, он организовал сбор средств, которые потом направили на помощь медикам для покупки необходимых средств в борьбе с COVID-19.
Для этого Абдыкалыков даже привлек своего друга, киберспортсмена из Кыргызстана Бакыта Эмилжанова.
В сентябре внимание читателей привлекло заявление сына бывшего президента Алмазбека Атамбаева — Кадыра.
В нем Атамбаев младший заявил, что родственники президента Сооронбая Жээнбекова занимают различные должности на таможне и в Генпрокуратуре.
По мнению Кадыра Атамбаева, родственники Жээнбекова были замешаны в деле по Историческому музею, где обвинение получил экс-премьер-министра Сапар Исаков. Кроме этого, Атамбаев рассказал, что один из сыновей сестры президента — Алтынбубу Жээнбековой — Рустамбек Боромбаев занимает должность замначальника Юго-западной таможни.
Ранее этим управлением руководил Райымбек Матраимов фигурант расследования «Клооп», «Азаттык» и OCCRP о выводе из Кыргызстана $700 млн.
Также Атамбаев добавил, что сват президента Асан Боромбаев руководит компанией «Южный техосмотр» — данная компания обслуживала грузовики фирмы «Тарим Транс», которая связана с Матраимовыми.
В октября все внимание читателей сосредоточилось главном политическом событии 2020 года — выборах в Жогорку Кенеш.
Тогда, по предварительным результатам Центризбиркома, наибольшее количество мест в парламенте должны были занять партия власти «Биримдик», партия «Мекеним Кыргызстан», которую связывали с влиятельным кланом Матраимовых и «Кыргызстан», которую также связывали с действующей властью.
Однако с такими результатами были не согласны граждане вышедшие на площадь Бишкека 5 октября. Граждане требовали отмены результатов голосования и назначения повторных выборов. Такие требования были вызваны массовым подкупом избирателей, злоупотреблением формой №2 и другими фактами нарушений выборов.
Результатом митингов стало столкновение демонстрантов с милицией и последующий захват Белого дома. На фоне беспорядков из заключения выпустили ряд политиков, в том числе бывшего президента Алмазбека Атамбаева, экс-премьера Сапара Исакова и экс-депутата Садыра Жапарова.
Последний вскоре занял кресло премьер-министра при поддержке своих сторонников, а затем стал и.о. президента. Сооронбай Жээнбеков ушел с поста главы государства под давлением сторонников Жапарова, а спикер Канат Исаев отказался от временного исполнения полномочий президента.
В этом месяце внимание читателей «Клоопа» привлекло расследование журналиста Ыдырыса Исакова. Одним из фигурантов расследования стал на тот момент уже экс-президент Сооронбай Жээнбеков.
Исаков рассказал, что в 2011 году, в бытность Жээнбекова на посту главы Ошской области, власти начали осваивать жилмассив Кен Сай на окраине города. Однако, спустя 9 лет с начала освоения планы государства так и не воплотились в жизнь.
Журналист рассказал, что пока Жээнбеков был губернатором области, он «не приложил даже маленьких усилий для освоения массива Кен Сай. И когда возглавил правительство, и даже став президентом».
Новое совместное расследование «Клоопа», OCCRP, радио «Азаттык» и Bellingcat рассказывает роскошной жизни супруги Райыма Матаримова Уулкан Тургуновой, известной также как Аманда Тургунова.
При помощи социальных сетей Тургуновой журналисты выяснили, что супруга Матраимова имеет гардероб с одеждой на десятки тысяч долларов, ведет отдых за рубежом и проживает в пентхаусе в Дубае.
При этом журналисты установили, что в декларации за 2011-2017 годы Матраимов и его жена задекларировали только две небольшие квартиры в домах советской постройки в Оше и Бишкеке, самых крупных городах Кыргызстана.
Но посты Тургуновой в соцсетях показывают, что она жила в двух гораздо более просторных домах: особняке в центре Оша и в пентхаусе в так называемом «золотом квадрате» Бишкека.
Весь уходящий год мы вместе с вами — нашими читателями — следили за событиями, которые происходили в Кыргызстане. В 2020 году произошло множество событий — позитивных и не очень. Спасибо, дорогие читатели «Клоопа», что остаетесь и поддерживаете нас.
По данным Республиканского штаба, на 30 декабря в Кыргызстане зарегистрирована одна смерть от COVID-19 в Бишкеке. В целом за все время пандемии в республике от коронавируса и внебольничной пневмонии ушли из жизни 1354 человека.
За последние сутки выявили 189 случаев заражения коронавирусом и внебольничной пневмонией:
Бишкек — 65;
Чуйская область — 63;
Ошская область — 13;
Таласская область — 3;
Нарынская область — 3;
Иссык-Кульская область — 24;
Джалал-Абадская область — 10;
Баткенская область — 8.
За все время пандемии в Кыргызстане зарегистрировали 80 843 случая заражения COVID-19.
Четыре случая заражения за сутки произошли среди медработников, один из них работал в красной зоне в Таласской области. Остальные — в Бишкеке, Чуйской и Иссык-Кульской областях.
За сутки с выздоровлением выписаны из стационаров три медика, с домашней самоизоляции еще шестеро. Всего число медицинских работников с диагнозом COVID-19 составляет 4112 случаев, из которых выздоровели 3910 медработников.
В целом же за время пандемии выздоровели 75 624 человека.
Вечером 29 декабря на ОТРК прошли вторые дебаты с участием Арстанбека Мыктыбека, Имамидина Ташова, Арстана Алая и Эльдара Абакирова. На дебаты не пришли Рашид Тагаев, а также основной кандидат на пост президента – Садыр Жапаров.
В отсутствии последнего, одним из самых ярких участников дебатов стал Арстан Алай. Как и ожидалось, за время своего выступления, он неоднократно заявлял о превосходстве кыргызов, а также о высших целях для народа. Тем не менее, именно Алай – единственный критиковал Жапарова. По словам Алая, «Жапаров недостоин быть главой народа». Арстан Алай также усомнился в том, что Жапаров сможет решить проблему выплаты госдолга Кыргызстана перед Китаем.
С более конкретными предложениями, а также идеями о реформах в стране выступил один из самых молодых кандидатов в президенты Эльдар Абакиров. По его мнению, в Кыргызстане необходимо создавать условия для существования независимой судебной системы, а также поддерживать парламент. Он раскритиковал действующий созыв депутатов, заявив, что те «предали двух президентов». Абакиров считает, что в парламенте должны работать «принципиальные люди».
Арстанбек Мыктыбек – журналист, который уделяет особое внимание вопросам религии, не обошел ее и в своем выступлении. Он заявил, что в стране необходимо вводить законы шариата, чтобы у людей «появилась ответственность». Экономические реформы, по мнению Мыктыбека, также должны вводиться с учетом исламской экономики. В своем последнем слове Мыктыбек заявил, что «Кыргызстан не сможет развиваться, пока не станет мусульманской страной».
Бизнесмен Имамидин Ташов начал свое выступление с громких заявлений, пообещав за три года решить три проблемы в стране: искоренить коррупцию, решить проблемы приграничных конфликтов, а также полностью выплатить госдолг Кыргызстана перед Китаем. Как именно это будет выполнено, Ташов не объяснил. В своем выступлении он также говорил, что нужно брать на работу молодых политиков, а еще наказывать провинившихся сотрудников правоохранительной и судебной систем.
Редакция «Клоопа» поздравляет читателей с наступающим Новым годом! Предлагаем вам в качестве развлечения собрать себе новогодний стол: вы выберите себе блюда, а мы скажем вам примерную стоимость.
Редактор: Азиза Раимбердиева
P.S. Как мы это сделали?
Цены на продукты мы брали с сайта местного кыгызского супермаркета — там, где было несколько видов продуктов (например, разные сорта мандаринов: марокканские, ташкентские), мы высчитывали среднюю стоимость.
Для подчета стоимости блюд мы брали в расчет рецепты и высчитывали стоимость конкретного блюда, исходя из граммажа, вот в этой таблице.
Мы понимаем, что все готовят еду на Новый год с запасом, поэтому на одного человека приходится четыре порции салата, бешбармака или мант (чтобы не пришлось готовить 1 января).
Председатель Верховного суда Гульбара Калиева в интервью «Азаттык» рассказала, что дело в ее отношении по факту коррупции начали еще весной этого года в апреле — мае.
«Мне стало известно [о деле] только в конце сентября. К нам пришли сотрудники ГКНБ, провели выемку документов и даже забрали некоторые компьютеры. Я сказала, чтобы им не мешали, иначе они могут заявить о воспрепятствовании следствию. То есть, это началось не при Ташиеве», — сказала Калиева.
По ее словам, она не подписывала никаких документов, чтобы ее могли считать причастной к коррупции.
«Урона государству нет, понимаете? Вот что меня волнует. Для меня удивительно, на каком основании дело возбуждено. Я нигде не ставила подписи, никакие финансовые документы я не готовила… Ко мне насчет этого дела никто не приходил, на допрос не вызывал. Я не видела материалы уголовного дела», — сказала Калиева.
Калиева добавила, что ее не ознакомили с материалами дела, а встретиться президентом и заместителем руководителя аппарата ей не удалось.
О деле в отношении Калиевой стало известно на пресс-конференции главы ГКНБ Камчыбека Ташиева. Тогда он обвинил Калиеву в причастности к коррупционной схеме по делу разработки и внедрения автоматизированной информационной системы «Местный суд».
Позже уже в ГКНБ сообщили, что в рамках досудебного производство «получены неопровержимые доказательства о причастности председателя Верховного суда к уголовно-наказуемому деянию». Кроме этого, следствие внесло ходатайство в Генпрокуратуру о внесении представления в Дисциплинарную комиссию при Совете судей.
После этого в пресс-службе Верховного суда опровергли обвинения главы ГКНБ, напомнив о презумпции невиновности.
Проект «Местный суд» реализуется через Европейский Союз — проведение тендеров и отбор подрядчиков выполняла международная организация.
Такое же заявление сделало и представительство Европейского союза в Кыргызстане. В представительстве сообщили, что разработчика программного обеспечения через открытый тендер нанимала Германское общество международного сотрудничества (GIZ).
При этом, представительство ЕС осуществляло общий контроль работы исполнителей и подрядчиков во время всего процесса. Кроме этого, в представительстве добавили, что проект был реализован успешно, и об этом свидетельствует то, что система используется во всех судах первой инстанции и в двух судах второй инстанции, а также интегрируется с сервисами ГРС и ЕРПП через систему «Тундук».
Малый и средний бизнес, который чаще всего называют не иначе как «хребет экономики», сильнее всего пострадал от кризиса, который вызвала пандемия коронавируса. Эксперты ещё не до конца подсчитали экономические потери (потому что пандемия ещё не закончилась), но 2020 год запомнится всем, как один из худших в истории.
Этот материал создали в Бюро сторителлинга «МедиаСторис» совместно с компанией «Кока-Кола Кыргызстан», которая с начала пандемии поддержала около 700 точек общественного питания малого и среднего бизнеса на сумму более 3 миллионов сомов.
«Это сами наши сотрудники так разрисовали к Новому году», ― говорит Айгерим Аильчиева, директор сети ресторанов быстрого питания MADFOOD, и показывает на новогодние рисунки на окнах ресторана. Мы находимся в заведении на бульваре Эркиндик ― одной из трех точек сети, которые разбросаны по Бишкеку.
MADFOOD появился в 2017 году и за три года вырос до трех заведений в Бишкеке. До пандемии сюда любили приходить целыми семьями, а ещё обедать офисные работники из компаний и международных организаций, которые работали в центре Бишкека.
Но в конце марта 2020 года все изменилось: власти Кыргызстана ввели режим чрезвычайного положения в Бишкеке, Оше и нескольких районах страны, где началась эпидемия COVID19. Среди ограничений, которые вводились вместе с ЧП, был и запрет на работу кафе, ресторанов, отелей и развлекательных заведений. Общепиту разрешили работать только на доставку.
«Как и всем, нам было очень тяжело ― [в марте] ввели жесткие ограничения. К тому же, заведения, у которых сеть, попросили оставить открытой только одну точку, откуда можно было осуществлять доставку», ― говорит сооснователь MADFOOD Данияр Максат.
По его словам, удержать коллектив и обойтись без сокращений ― это была основная проблема для их бизнеса, и для других бизнесов в стране.
«Когда мы думали, может закрыть на карантин бизнес, [сотрудники] мне сказали: «Айгерим эже, мы будем работать, мы должны работать”. И вот некоторое время пешком походили, потом на велосипедах начали приезжать, все взяли велосипеды. У меня есть ребята, которые с Кызыл-Аскера пешком приходили, просто потому что он хочет прийти на работу», ― добавляет Аильчиева.
Оба ― и Данияр, и Айгерим, говорят, что вместо сокращений в ресторанах «ужались везде, где могли» и старались выходить из ситуации своими силами. «По маркетингу полностью ужались, дорогие крафтовые пакеты ― здесь тоже ужались. Сократили свой бюджет, чтобы остаться на плаву и не закрыться», ― добавляет она.
«Всех тех, кто могли уехать к себе в села, работать там на поле, сажать там что-то, мы всех их отпустили на время со спокойной душой, что этот человек не останется голодным. Те, кто не мог уехать, у кого не было дома за городом, мы им чуть ли не по пять смен давали, чтобы каждый мог выйти, чтобы по чуть-чуть заработать, чтобы совсем на нуле не сидеть», ― говорит Айгерим.
По словам Данияра, в отпуск в тот период отправили почти половину сотрудников.
Но MADFOOD повезло немного больше, чем другим заведениям ― директор кафе «Очак Кебаб» Булан Ормокоева говорит, что им пришлось почти всех сотрудников отправить по домам, кроме четверых, кто могли в период карантина готовить еду на вынос.
«Наши сотрудники остались без работы, считайте. Но мы потихонечку работали [во время карантина] на вынос. Вот «Кока-Кола» помогла в этой ситуации ― они безвозмездно привозили нам напитки, обеспечили формой, посудой», ― говорит она.
Общая помощь «Кока-Кола Кыргызстан» сектору ресторанов и кафе составила более 3 миллионов сомов и покрыла около 700 точек общественного питания по всему Кыргызстану.
По её словам, если до пандемии у них работало 25 человек, то из-за карантина и последовавшего кризиса кафе пришлось сократить коллектив до 10 сотрудников.
Ещё меньше повезло NY Pizza: из-за режима ЧП власти перекрыли весь центр Бишкека, и владельцы кафе не смогли получить документы, разрешающие работать, и весь карантин они не работали ― это почти три месяца.
«Те документы, которые надо было предоставить в Республиканский штаб, мы предоставили, но это было бесполезно. Так что мы были закрыты. Даже на доставку. Пришлось сократить персонал», ― говорит Чинара Осурбаева, главный бухгалтер NY Pizza.
Она добавляет, что с началом пандемии продажи значительно снизились ― и на доставку, и в самом кафе.
«[После открытия] продажи упали на 40 процентов, плюс цены [на продукты] поднялись, продолжают расти. Так как мы не хотим потерять потенциальных своих клиентов, мы не можем поднять цены. Мы и так потеряли очень много клиентов во время пандемии. С этой пандемией и покупательная способность, как мне кажется, сильно упала», ― сетует главный бухгалтер NY Pizza.
Из-за кризиса кафе пришлось сократить штат сотрудников почти на 40 процентов. «Порядка 20 человек работало, человек 7-8 мы сократили, это официанты, повара и курьеры», ― говорит Осурбаева.
Доходы упали и не вернулись
«Во время карантина доходы упали на 50%, сейчас по сравнению с прошлым годом у нас спад на 30%. Это и понятно, у людей нет денег, трудный год до сих пор», ― говорит она.
Такая ситуация, согласно данным кыргызского Национального статистического комитета, почти у всего сектора МСБ ― за 9 месяцев 2020 года малый и средний бизнесы в сфере общественного питания потеряли 41% или почти 6 миллиардов сомов в валовых доходах от продажи услуг по сравнению с аналогичным периодом 2019 года.
«После того, как нам разрешили открыться, естественно, товарооборот упал, цены поднялись. Поэтому сейчас практически работаем, чтобы аренду заплатить, зарплату сотрудникам. Кое-как выживаем», ― говорит Чинара Осурбаева из «NY Pizza».
С ней согласна и Булан Ормокоева ― в «Очак кебаб», по её словам, продажи с начала пандемии упали на 70 процентов.
«Конечно, пострадали в этом карантине ― все люди сидели дома, не выходили на работу. Считайте, наш бизнес потерпел убытки ― продажи упали почти на 70 процентов. После окончания карантина чуть-чуть пошли продажи, но не на 100%. Люди все ещё опасаются ходить», ― говорит она.
Точной статистики, сколько бизнесов за этот год закрылись, нет, но ситуация, когда вы едете по Бишкеку и видите на витрине надпись «Сдаю в аренду помещение» буквально через одно здание друг от друга ― уже не редкость.
То, что бизнесы закрываются, говорят и в Министерстве экономики Кыргызстана ― чиновники в начале ноября отмечали, что кыргызские компании «не могут» конкурировать по ценам и качеству с зарубежными компаниями.
«Во многом, поражения связаны с низким потенциалом предпринимателей и их сотрудников», ― говорил на одном из госсовещаний министр экономики Санжар Мукамбетов.
Тогда же чиновники заговорили о начале программы поддержки малого и среднего бизнеса, но это может быть слишком поздно ― предприниматели с начала пандемии говорили о необходимости поддержки со стороны государства.
Больше всего говорили о невозможности выплачивать действующие кредиты банкам, но государство смогло обеспечить только отсрочку по выплатам процентов и только до октября 2020 года, хотя бизнес только начал полноценно работать в июне и пока не вышел на тот уровень доходов, который позволил бы безболезненно выплачивать и зарплаты, и проценты по кредитам, и работать без ущерба для себя.
«В нашем случае, да, банки пошли на уступки ― дали отсрочку по процентам, по их выплате», ― говорит Чинара Осурбаева.
Данияр Максат из MADFOOD говорит, что им пришлось реструктурировать кредиты (изменить условия выплаты кредитов), а в апреле-июне они привлекли ещё заемные средства, «чтобы поддерживать обороты».
«Но даже с учетом этого все равно не получалось выйти на какие-то рабочие объемы, которые позволяли бы нам безболезненно пережить карантин. В любом случае приходилось пользоваться заёмными средствами, помощью. […] Хотелось бы больше внимания государства. Насколько знаю, по законодательству, если правительство вводит режим ЧП, то оно должно компенсировать потери в условиях этих ограничений. Но я не знаю, насколько это реально в наших условиях», ― говорит Данияр Максат, сооснователь MADFOOD.
Он добавляет, что ситуацию под конец года усугубил резкий скачок цен на продукты, который мешает общепиту выйти из кризиса с минимальными потерями ― цены в октябре-ноябре подскочили почти на 15-20 процентов, и это только в розничной продаже.
«2021 год, надеемся, будет лучше»
«Сейчас очень сложно предопределить и предугадать, как все будет. Но в 2021 году мы надеемся, пандемия пойдет на спад, экономическая ситуация в стране наладится и придет к тому, что было раньше», ― говорит Чинара Осурбаева, главный бухгалтер NY Pizza.
По ее словам, сейчас, перед новогодними праздниками, им помогает компания «Кока-Кола» ― сделали скидки по продажам, помогают через сервисы доставки продвигать блюда в комбо-наборах.
«Прибыль сейчас нулевая, хочется продержаться на плаву, пандемия, надеюсь, когда-нибудь закончится», ― добавляет она.
Булан Ормокеева из «Очак Кебаб» тоже говорит, что остается надеяться на то, что пандемия в какой-то момент закончится, и они смогут работать «как раньше».
Во всех этих заведениях с начала декабря действуют специальные «Кока-Кола комбо», которые можно заказать на доставку в сервисах «Намба Фуд» или «Ковер Самолет», или в самих кафе ― в сервисе 2GIS можно найти все заведения, в которых есть комбо-меню от «Кока-Кола».
«Надеемся, что все устаканится. Мы сами собираемся и дальше работать. Надеемся, что дальше будем процветать… надеемся на это», ― говорит она.
Данияр Максат и Айгерим Аильчиева почти в один голос говорят, что смогли пройти 2020 год без сокращений и надеются, что следующий ― 2021 год ― «будет лучше».
«Ни в коем случае [не было мысли, чтобы закрыться]. MADFOOD ― это не только бизнес, но и идея, что стритфуд может быть премиальным, вкусным и полезным», ― говорит Данияр Максат.
В Европе и Америке уже началась вторая волна COVID-19, во многих странах вновь введены ограничительные меры для бизнеса, а население уходит на самоизоляцию. Повторного «блекаута» кыргызская сфера общепита может и не выдержать, но предприниматели не опускают руки. Пока что.
Сотрудники бишкекской милиции поздравили жителей с наступающим Новым годом праздничным видеороликом. В нем патрульные машины стоят на Старой площади, образуя сначала Новогоднюю елку, а затем число 2021.
«Этот год для многих был очень трудным и печальным. Мы потеряли своих родных и близких, которых мы никогда не забудем и будем вспоминать с теплом. Также есть люди, которые могут подумать, что будут встречать Новый год одни, но это не так. Даже в самые тяжелые дни мы всегда рядом с вами», — написала пресс-служба ГУВД Бишкека.
Милиционеры сердечно поблагодарили граждан, которые смогли протянуть руку помощи тем, кто в этом нуждался. Они отметили, что таким образом граждане «показали, какими надо быть сплоченными и милостивыми друг к другу в тяжелое время».
«Благодарим всех добровольцев и волонтеров, сотрудников правоохранительных органов, социальных служб и медицинских работников, которые неустанно трудятся, чтобы служить и защищать благополучие народа», — отметила пресс-служба ГУВД Бишкека.
В завершении столичная милиция пожелала всем гражданам и гостям «счастливого, мирного и волшебного Нового года».
Лидер партии «Ата Мекен» Омурбек Текебаев 29 декабря выступил на мероприятии в поддержку парламентаризма.
В ходе выступления депутат отметил, что до широкого распространения интернета главным информационным ресурсом у политиков считался государственный телеканал, но ситуация изменилась.
«У кого есть деньги и у кого больше «троллей», тот и манипулирует общественным мнением», – сказал он.
Фермы троллей
С обострением политической ситуации в стране кыргызский сегмент соцсетей регулярно заполоняют фейковые аккаунты, выступающие в защиту тех или иных политиков.
В Кыргызстане о «фабрике троллей» и группах, которые создают в интернете определенные настроения и которые партии нанимают в период политических мероприятий, начали говорить во время выборов в парламент 2015 года.
Официально ни одна из политических партий или кандидатов в президенты использование такого рода политтехнологий не признает.
Журналисты «Клоопа» делали несколько расследований о том, как тролли используют чужие фотографии, дружат с другими троллями и влияют на общественное мнение
В базе данных «Клоопа» несколько сотен фейков: у части из них чужие фотографии, у других — неразличимые лица, у третьих — фотографии лесов, собак и кыргызских флагов. Объединяет их одно — они не реальные люди, а боты, созданные для популяризации бывших и нынешних чиновников, дискредитации новостей и расследований и травли реальных людей.
Оригинал материала опубликован в «Новой газете». Текст политолога Аркадия Дубнова.
Текст подготовлен на основе доклада, прочитанного на конференции «Российские реалии: государство, социум, гражданское общество», организованной Сахаровским центром, Международным Мемориалом и Центром Левады (все организации внесены Минюстом в реестр организаций, выполняющих функции иностранного агента).
Через несколько дней после того, как я решил назвать свое выступление на конференции «Российские реалии» цитатой из Сталина, к этой же метафоре прибег министр иностранных дел России Сергей Лавров, выступая на ассамблее Совета по внешней и оборонной политике (СВОП). Он назвал 2020-й поворотным годом: все противоречия, тенденции, которые накапливались в международной повестке в предыдущие годы, усугубились в ходе пандемии. Разумеется, ему не с руки было употреблять сталинские выражения, чтобы в очередной раз не подумали чего про нынешнее кремлевское мышление. А мне можно: 2020-й — это именно год великого перелома на постсоветском пространстве.
Вряд ли кто станет спорить с тезисом, согласно которому распад СССР продолжается и спустя почти 30 лет после Беловежья. Союз распадается как континентальная империя, где, по мере отделения «исторических территориальных приобретений», от метрополии меняется и даже утрачивает свой первоначальный характер сама метрополия.
Когда распадаются колониальные, морские империи, например, Британская, метрополия остается практически равной себе. А в нашем случае
Россия как метрополия отчетливо меняет свой характер по мере распада советской империи. Ведь она по своей природе, по извечному, непременно воспроизводящемуся менталитету ее властителей сама является империей.
Это не хорошо и не плохо — это так. Постоянно вспоминаю в связи с этим свой частный разговор с Татьяной Дьяченко (если не ошибаюсь, в 1997 году, когда готовилось объединение России и Беларуси в Союзное государство). Дьяченко была в то время советником своего отца, президента Ельцина, и фактически — неформальным руководителем президентской администрации.
— Скажите, Татьяна, а зачем вашему отцу союз с Лукашенко? Мы же теперь, в общем, понимаем, что это за человек?
— Понимаете, ну ведь хочется, чтобы страна была больше, — ответила Дьяченко.
Вот и весь сказ. Кремль — и не без оснований — считает окружающее Россию пространство зоной своих интересов. Он стремится утвердить, усилить там свое влияние, а по возможности — и расширить Россию за счет близлежащих территорий.
Дочь первого президента России Бориса Ельцина Татьяна Юмашева. Фото: Wikipedia
Думаю, подходящая метафора для определения сути российской политики на окружающем ее пространстве — метафора езды на велосипеде. Перестаешь крутить педали — и останавливаешься. Так и с нынешней Россией: прекратит она расширять свое влияние, а то и расширяться, — и прекратит свое бытие. Разумеется, в своем нынешнем виде.
Весь этот «велосипед» крепко сидит в головах нынешней правящей элиты. Недавно Вячеслав Никонов, председатель думского комитета по образованию и науке,заявил, что Казахстана просто не существовало, его северная часть вообще не была заселена и, собственно, «территория Казахстана — это большой подарок со стороны России и Советского Союза». Многие казахи отдают себе отчет в том, что похожие мысли могут быть и у российской власти в целом, и опасаются, что Россия лелеет надежды отобрать у Казахстана эти земли, чтобы воссоздать свое имперское величие.
Отколовшиеся осколки империи, получившие свою независимость, в большинстве случае даже не стремясь к ней, все эти годы решали проблемы своего выживания сообразно своим национальным традициям, политической культуре и опыту самостоятельной государственности. И в зависимости от того, насколько драматическими для выживания оказывались последствия разрыва экономических и гуманитарных связей с российской метрополией и установления отношений с другими мировыми центрами силы.
Спустя почти 30 лет к этим особенностям прибавилась и смена поколений. В общественную жизнь, в политику, в круг людей, формирующих идеи и принимающих решения, стали приходить люди, сформировавшиеся в постсоветское время, а то и появившиеся на свет после распада Союза. Аналогичная ситуация и в самой России, только российское поколение Next живет и формируется в условиях нашей государственной, неоимперской парадигмы, а в новых независимых государствах — в условиях собственной государственности.
В 2020 году мы наблюдали особое напряжение в столкновениях постсоветских менталитетов. Кризис смены поколений в постсоветских странах заново подчеркнул запрос значительной части электората на справедливость, честное правосудие, борьбу с коррупцией, отрицание клановости и непотизма. Но почти все эти запросы не находили отклика и понимания в России, от которой эти страны до сих пор зависят экономически, исторически и географически.
Мы наблюдаем ценностный когнитивный диссонанс. Россия не в состоянии удовлетворить ценностные запросы, на которые она не может пока ответить и в своем собственном внутреннем развитии, в лучшем случае лишь имитируя реакцию на них.
Единственный ответ России на подобные запросы зависимых от нее стран — это прогнозируемая попытка получить гарантии воспроизведения вассальных отношений, несколько видоизмененных по сравнению с советской эпохой.
Вместо клятвы верности единой коммунистической идеологии Москва теперь ожидает вассальной геополитической верности себе, не допускающей «пресловутой» многовекторности во внешней политике.
Республика свергнутых президентов
Первым в дуге нестабильности 2020 года на постсоветском пространстве, если следовать с востока на запад, оказался Кыргызстан. Это одна из двух стран на постсоветском пространстве, которые принято называть fаiled state — несостоявшиеся государства (второй — Таджикистан). Кыргызстан в этом году доказал, что по праву занимает в этом перечне первое место.
Парламентские выборы 4 октября неожиданно для подавляющего количества аналитиков (включая меня) привели к очередному властному перевороту, третьему в истории этой маленькой центральноазиатской республики. Пятый президент Кыргызстана Сооронбай Жээнбеков, избранный три года назад и обещавший, что при нем выборы будут честными и прозрачными, а сам он не станет вмешиваться в их проведение, не смог сдержать обещание и был вынужден уступить агрессивной протестной толпе, ворвавшейся в его резиденцию (до этого он сбежал в неизвестном направлении).
Кыргызы привыкли решать проблемы с не устраивающей и обманывающей их властью быстро и беспощадно: они ее просто сносят. Иногда вскакивают на коней и отправляются добиваться своего конным маршем с Иссык-Куля на Бишкек. Иногда этот процесс оказывается кровавым, как было в 2010 году при свержении второго президента Курманбека Бакиева, сбежавшего с семьей в Беларусь, где его друг Лукашенко предоставил ему убежище и гражданство. Тогда погибло, по официальным данным, 87 человек.
Первый кыргызский президент Аскар Акаев был свергнут в 2005 году и получил убежище в России, он нынче работает профессором МГУ. Четвертый президент Алмазбек Атамбаев приговорен в прошлом году к 11 годам заключения по обвинению в коррупции и превышении служебных полномочий. Сейчас его дело направлено на пересмотр, но он еще сидит в колонии. Так что на свободе и в своей стране живут пока только второй и пятый президенты Кыргызстана, Роза Отунбаева и Сооронбек Жээнбеков (якобы добровольно отказавшийся от поста президента 16 октября, через 12 дней после парламентских выборов).
Жээнбеков оказался чрезвычайно слабым президентом, что спасло жизнь многим людям: он не стал цепляться за власть
и отдавать приказ силовикам применять оружие для защиты своей резиденции. Власть у него перехватил, по всей видимости, Садыр Жапаров, человек чрезвычайно сильный, ставший сначала премьер-министром, а затем, в тот же день, 16 октября, — и.о. президента. Он бывший депутат парламента, ему 52 года, и еще за 10 дней до этого он был заключенным, отбывавшим 11-летний срок по обвинению (как он утверждает, ложному) в похищении иссык-кульского губернатора. Из заключения его освободила та же революционная толпа, что смела президента из его резиденции, попутно ее разграбив.
Захват Белого дома митингующими. Фото: Бекжан Асылбеков / «Клооп»
Жапаров, игнорируя все конституционные процедуры, в течение нескольких дней сумел расставить верных ему людей на посты спикера парламента и главы госбезопасности. Он пообещал народу спокойствие, порядок и справедливость, окончательно побороть коррупцию, срочно принять новую конституцию, которая позволит положить конец неудачному эксперименту с введением в Кыргызстане парламентской системы власти, себя не оправдавшей, усилить роль и полномочия президента, который фактически возглавит правительство.
Садыр Жапаров в ночь, когда сторонники выпустили его из мест заключения.
10 января Жапаров со 100-процентной вероятностью будет избран шестым президентом Кыргызстана, в тот же день будет проведен конституционный референдум.
В Москве были настолько растеряны этими событиями, что сразу после смещения президента Жээнбекова объявили о приостановлении обещанного выделения кредитов Кыргызстану до наведения там порядка. Жапарова и тех, кто за ним стоит, здесь никто не знал.
Поначалу можно было беспокоиться, нет ли в произошедшем признаков цветной революции, не попытается ли он развернуть страну кыргызов в сторону от России, не возникнет ли угроза для дислоцированных в стране российских военных объектов. Но быстро выяснилось, что если за Жапаровым кто-то и стоит, то это либо организованный криминал, либо влиятельные силы, близкие к свергнутому президенту Бакиеву. И что ни в какую сторону от Москвы Кыргызстан развернуть невозможно по определению: ни к Европе, ни к Китаю.
Поэтому в Москве успокоились и дали понять, что ожидают от новой власти наведения порядка и расчистки своих конюшен собственными силами. Как только это случится, российская помощь, дала понять Москва, продолжит поступать в полном объеме.
При этом никаких претензий относительно пренебрежения законными процедурами, на коленях состряпанного неизвестно кем (но известно под кого) проекта конституции, очевидными предпосылками для узурпации власти президентом, ограничения свободы слова и СМИ в Москве не выказывали. Главное, что Кыргызстан остается надежным союзником путинской России, и неважно, что там царит конституционная махновщина, к власти грозит прийти охлократия и кыргызские националисты (именно такими политиками представляется Жапаров и его сторонники в стране, расколотой на Север и Юг (на юге большинством являются этнические узбеки). Вот какую эволюцию переживает ныне республика, которую четверть века назад с восхищением называли «островком демократии в Центральной Азии».
Вишенка на торте: когда посол США в Бишкеке назвал расследование деятельности преступной империи известного кыргызского коррупционера, бывшего замглавы таможенной службы Матраимова (по прозвищу Раим-миллион) самым важным событием последних 18 месяцев в республике, МИД Кыргызстана выступил с заявлением о недопустимости вмешательства во внутренние дела страны. На днях США внесли Матраимова в глобальный список Магнитского, самого же мафиози новые кыргызские власти отпустили на свободу в обмен на обещание вернуть в казну 25 млн долларов. Понятно, что после этого Москва и Бишкек могут считать себя на одной стороне баррикад в противостоянии с США.
Миротворчество в Карабахе
Пора двинуться по дуге нестабильности дальше на запад, в Карабах. 44 дня второй карабахской войны поначалу выглядели серьезным геополитическим и имиджевым поражением России. Она оказалась не в состоянии (а кто-то считает, что не пожелала) защитить армян от военного решения вопроса Нагорного Карабаха Азербайджаном и допустила на Южный Кавказ Турцию в качестве серьезного регионального актора.
Полагаю, что Путин не мог себе позволить военное вмешательство на стороне армян как по формальным причинам (Армения, союзник России по ОДКБ, не подверглась нападению), так и из-за опасения вступить в прямое боестолкновение с Турцией, стоявшей за Азербайджаном. Кроме того, мы хорошо знаем, что это такое: война России на Кавказе.
Тем не менее
Путину удалось извлечь максимально возможные дивиденды из несогласованного с Западом миротворчества в Карабахе,
позволившего России ввести в регион значительный воинский контингент и довести общую численность своего военного присутствия на Южном Кавказе (с учетом существующей базы в Армении, военных баз в Абхазии и Южной Осетии) до 11 000 человек.
Россияне играют значительную роль в обеспечении жизнедеятельности в оставленной под армянским контролем части Карабаха. Поэтому не будет большим преувеличением сказать, что эта часть Карабаха де-факто превращается в российский протекторат. В ходе этой войны я писал, что одним из решений карабахской проблемы может стать возвращение к подобию Кюрекчайского мира, заключенного в 1805 году в разгар русско-персидской войны. Тогда Карабахское ханство перешло под военно-политическое покровительство царской России, обеспечивавшей карабахцам безопасность. Тут сама история, нравится это кому или нет, возвращает российскую метрополию к имперскому функционалу.
Неожиданным и мало кем замеченным следствием победы Азербайджана в карабахской войне стала разморозка в решении проблем практически никем не признанной Республики Абхазия. 12 ноября, спустя два дня после карабахского перемирия, состоялась встреча Путина с абхазским президентом Асланом Бжания. После этого стороны подписали трехлетнюю Программу формирования общего социально-экономического пространства России и Абхазии. Бжания откровенно дал понять, что Абхазия готова на еще более глубокое втягивание под российскую юрисдикцию из опасения, что в Грузии может возникнуть искушение повторить карабахский успех Азербайджана по возвращении под свой контроль утраченных в начале 1990-х территорий.
И уже не так важно, выдуманная ли это угроза и с чьей стороны была проявлена инициатива формировать общее пространство — из Сухума или из Москвы. Главное, что абхазы готовы сдать свои предпоследние редуты независимости: запрет на продажу россиянам недвижимости на побережье у ласкового Черного моря и на предоставление им второго гражданства. Это было для абхазов табу: они очень боялись утраты своего этнического доминирования, которое вернули после абхазо-грузинской войны. Ситуация в Абхазии критическая, впереди зима, электричество в дома едва поступает, а Москва готова закольцевать абхазскую электросеть с российской, если Сухум снимет запрет на приобретение российскими энергокомпаниями электросетей Абхазии.
Еще важнее путинские планы, пересказанные Бжанией: кремлевский властитель, «анализируя глобальные процессы, надеется объединить группу государств на евразийском пространстве, включая Белоруссию, абхазов, всех тех, кому это интересно, в близкий с Россией Союз». Учитывая, что сказано это было в ноябре, планов у Путина громадье.
Кроме Беларуси, дуга потрясений-2020 грозит прирасти Молдовой.
Новый президент — очаровательная Майя Санду — обещает дать бой Москве, потребовав вывода российских войск из Приднестровья.
Могу предположить, что этот регион, давно провозгласивший себя республикой, в скором будущем захочет оказаться в том самом союзно-государственном окружении России, о формировании которого Путин рассказывал абхазскому лидеру.
