Ежемесячно СМИ Кыргызстана пестрят заголовками о задержании высокопоставленных чиновников, иногда за ними следуют новости о назначенных судом суровых сроках. Но, как выяснил «Клооп», зачастую чиновники уходят от наказания: сбегают от правосудия за границу, откупаются пожертвованиями в бюджет, выходят на свободу по амнистии. Но главное, спустя время каждый пятый чиновник вновь возвращается в политику и на госслужбу.

Экс-министра транспорта и депутата Жогорку Кенеша Нурлана Сулайманова в 2012 году обвинили в злоупотреблении полномочиями. По версии генпрокуратуры, чиновник создал условия, чтобы тендеры на закупку материалов и техники для дорожных работ выигрывали компании его родственников, чем нанес государству ущерб более 41 млн сомов (около $870 тыс). Но привлечь Сулайманова к ответственности не удалось: он улетел в Германию на лечение и «пропал».

В 2016 году уголовное дело Нурлана Сулайманова было прекращено в связи с истечением срока давности. А в октябре 2020 года он снова участвовал на выборах в Жогорку Кенеш от партии «Кыргызстан».

Чтобы узнать как привлекаются к ответственности высокопоставленные чиновники «Клооп» собрал пресс-релизы ГКНБ, МВД и генпрокуратуры Кыргызстана с 2015 по 2020 годы, и выяснил, что за шесть лет уголовные дела возбуждались как минимум против 98 таких чиновников. Более половины из них сейчас находятся на свободе. При этом только семь чиновников были оправданы.

Каждый шестой чиновник, упомянутый в пресс-релизах правоохранительных органов, покинул Кыргызстан после возбуждения уголовных дел. Половина из них находятся в розыске.

Так, в ночь с 5 на 6 октября 2020 года, в ходе массовых протестов и беспорядков в Бишкеке, из мест заключений вышли бывший президент Алмазбек Атамбаев и другие осужденные чиновники и депутаты. После прихода к власти Садыра Жапарова, который также покинул колонию в ту ночь, генпрокуратура призвала всех вернуться в места заключения.

Но бывший премьер-министр Сапар Исаков и экс-мэр столицы Албек Ибраимов требованиям правоохранителей не подчинились и покинули страну. Госслужба исполнения наказаний сообщила, что они объявлены в международный розыск. Вскоре на официальной странице в фейсбуке Исакова появилось обращение к соотечественникам, в которой была указана геолокация — Москва, Кремль.

Некоторые беглецы, несмотря на тяжкие обвинения, предъявленные им на родине, неплохо устраиваются на чужбине. Например, бывшие президенты Кыргызстана Аскар Акаев и Курманбек Бакиев и их близкие родственники, сбежавшие в Россию, Беларусь и Великобританию.

Беглые чиновники живут за границей в роскоши

Первый президент Аскар Акаев правил Кыргызстаном почти 15 лет. За это время он пять раз менял Конституцию, усиливая свои полномочия. В 2000 году Акаев был избран президентом в третий раз, хотя Конституция предусматривала лишь два срока.

Семья Акаева во время его правления активно вмешивалась в политику. Его супруга Майрам возглавляла «Партию женщин Кыргызстана» и благотворительный фонд «Мээрим», против которого в 2005 году были возбуждены уголовные дела за незаконные переводы денежных средств.

При Акаеве доля государства в совместном кыргызско-канадском предприятии по разработке крупнейшего в стране золоторудного месторождения Кумтор уменьшилась с 67 до 16%. В 2021 году комиссия по проверке деятельности Кумтора выяснила, что семья Акаева получила за это крупную взятку деньгами и акциями. Акаев опроверг эти обвинения, напомнив, что после его свержения в 2005 году была создана правительственная комиссия, которая искала его «богатства», но не нашла их.

В чем еще народ винит Акаева?

В 2002 году Акаев уступил Китаю часть кыргызской территории в ущелье Узонгуу-Кууш. Депутат парламента Азимбек Бекназаров предложил объявить импичмент президенту и был задержан.

Земляки Бекназарова вышли на митинг с требованием освободить их депутата. Полиция открыла огонь по демонстрантам, было убито шесть человек, более тридцати получили ранения. Этот расстрел мирных граждан известен в Кыргызстане как Аксыйские события.

В 2005 году экс-премьер Кыргызстана Курманбек Бакиев возглавил «Тюльпановую революцию», сверг Акаева и занял его кресло. Поводом для переворота послужили очередные парламентские выборы.

Большинство кресел в Жогорку Кенеше тогда получила партия семьи Акаевых «Алга Кыргызстан», дочь и сын президента стали депутатами. Оппозиция с результатами выборов не согласилась, люди вышли на улицы и захватили Белый дом. Клан Акаевых был вынужден бежать сначала в Казахстан, затем в Россию.

На родине против семьи возбуждены десятки уголовных дел. Общий ущерб, нанесенный государству, оценивается в десятки миллионов долларов США. Близкие беглого президента объявлены в международный розыск.

Аскар Акаев живет в Москве, работает профессором в Московском государственном университете. В 2020 году сын Акаева Айдар был найден мертвым в роскошном особняке на «Рублевке» стоимостью более $1 млн.

Сменивший Акаева Курманбек Бакиев в 2010 году тоже бежал из страны. Он повторил все ошибки своего предшественника: за пять лет правления четыре раза менял Конституцию и привел во власть семью.

Старший сын Бакиева Марат возглавлял ГКНБ и прослушивал оппозиционеров. Младший Максим был директором Госагентства по развитию и инновациям, что позволило ему захватить десятки госпредприятий.

За время правления Бакиева в стране совершено 30 заказных убийств оппозиционеров и общественных деятелей. Было доказано, что Бакиевы организовали похищение и убийство с особой жестокостью троих человек.

В 2009 году Бакиев снова выиграл президентские выборы. Оппозиция с итогами не согласилась. В апреле 2010 года люди вышли на митинги. Бакиев дал команду стрелять. Погибло более 80 человек, свыше 300 получили ранения. Президент с семьей бежал из страны.

Курманбек Бакиев, приговоренный на родине к 30 годам за коррупцию, заказные убийства и расстрел мирных граждан, живет в элитном микрорайоне Минска «Лебяжий». Его сын Максим, получивший пожизненный срок, за коррупцию и отмывание преступных денег, как беженец живет в Великобритании, где владеет поместьем за $5 млн.

Другой сын Бакиева Марат, приговоренный к 30 годам лишения свободы за коррупцию и организацию убийства, живет в элитной деревне Раубичи под Минском.

В 2010 году Бакиевых объявили в международный розыск по линии Интерпола. Но, в настоящее время на сайте Интерпола среди разыскиваемых лиц их нет.

Классовый подход: делись либо садись

К пяти годам лишения свободы приговорили Замирбека Кожоканова за кражу денег на лекарства для болеющего ребенка. 260 тысяч сомов штрафа назначили Райымбеку Матраимову за организацию коррупционных схем на таможне, позволивших вывести из страны не менее $700 млн.

Это приговоры кыргызских судей для высокопоставленного чиновника и простого гражданина. Матраимова и Кожоканова объединяет лишь то, что они украли. Матраимов — бывший замглавы кыргызской таможни, обладающий несметными богатствами, а Кожоканов простой строитель с тремя маленькими детьми и престарелой матерью.

Райымбека Матраимова уволили с должности зампредседателя таможенной службы Кыргызстана в 2017 году «из-за утраты доверия» после того, как журналисты издания «Азаттык» нашли у чиновника бизнес — два супермаркета и спорткомплекс, а у его семьи — квартиры и особняки в Бишкеке и Оше.

Позже у близких таможенника обнаружилась еще и недвижимость за границей, в Дубае и Лондоне. Сын и жена Матраимова публиковали в соцсетях фото с элитных курортов, где красовались в вещах известных брендов. Журналисты подсчитали: одежда и украшения, которые жена Матраимова засветила в Инстаграм, могут стоить $400 тысяч, а часы сына — $43 тысячи.

Все это не соответствовало доходу госчиновника: согласно декларации, он зарабатывал всего 587 тысяч сомов в год (около $8,5 тыс).

После обнародования информации о баснословном богатстве экс-таможенника, по стране прошла серия митингов с требованиями судить и справедливо наказать коррупционеров.

Откуда у Матраимова деньги?

Райымбек Матраимов проработал в таможне двадцать лет и построил коррупционную империю, позволявшую тем, кто сотрудничал с ним, уходить от уплаты налогов и таможенных сборов. Совместное расследование OCCRP, «Азаттык» и «Клооп» выявило, что вместе с влиятельным уйгурским кланом Абдукадыр люди Матраимова подмяли под себя транзитные грузоперевозки и таможенные терминалы, где за взятку дорогие товары — техника и электроника — оформлялись как дешевый текстиль. Заработанные деньги вывозились наличными из Бишкека в Стамбул, а затем через банк — в ОАЭ, Великобританию, США.

В октябре 2020 года связанная с семьей Матраимовых партия «Мекеним Кыргызстан» заняла второе место на парламентских выборах, которые прошли с множеством нарушений. Недовольные результатами кыргызстанцы вышли на митинг, который закончился захватом Белого дома и освобождением заключенных из СИЗО ГКНБ и колоний.

Одним из освобожденных был нынешний президент Кыргызстана, а тогда опальный политик Садыр Жапаров. Жапаров прямо из камеры отправился на митинг, где пообещал толпе: «Райым Миллион будет сидеть!»

Действительно, Матраимова вскоре задержали. Но в тот же день отпустили: он согласился сотрудничать со следствием и возместить ущерб в 2 млрд сомов ($24 млн).

«Если мы арестуем его и решим конфисковать имущество, то возьмем один дом, машины или какой-то другой объект. Но это не то, что 24 миллиона долларов, даже двух миллионов стоить не будет», — объяснил Жапаров.

Две трети суммы Матраимов выплатил деньгами, а остальное — недвижимостью: экс-чиновник передал государству здание торгового центра и девять квартир общей стоимостью 600 млн сомов ($7 млн). Интересно, что квартиры были куплены Матраимовым за неделю до передачи — как предполагают журналисты, по завышенным ценам.

На них тут же нашлись претенденты: глава нацбезопасности Камчыбек Ташиев заявил, что восемь квартир будут переданы его сотрудникам. Вскоре под давлением общественности от этой идеи отказались, но кому достались квартиры до сих пор неизвестно.

Матраимова обвиняли по двум статьям. Суд признал его виновным в коррупции и назначил штраф 260 тыс сомов. А второе дело — о легализации преступных доходов — через четыре месяца было закрыто. ГКНБ сообщил, что не нашёл у чиновника недвижимости за границей, деньги Матраимова выплатил — значит, может быть отпущен.

Но Матраимов — не единственный чиновник, которому удалось избежать тюрьмы, поделившись с государством.

В 2020 году, накануне парламентских выборов, экс-глава финпола Бакир Таиров вызвал в свой кабинет директора Госагентства по земельным ресурсам Каныбека Ботобаева. И под угрозой увольнения потребовал, чтобы коллектив агентства пожертвовал деньги на предвыборную кампанию одной из провластных партий, а затем — проголосовал за нее. Ботобаев собрал с сотрудников и подведомственных организаций $14 тыс и передал их Таирову.

Суд признал Таирова виновным в коррупции и назначил ему штраф в 265 тысяч сомов ($3125). Кроме этого, Таиров сделал добровольный взнос в пользу государства в размере $14 тыс.

Мы насчитали еще пятнадцать случаев, когда суд приговаривал чиновников к штрафу — это 38% от всех вынесенных приговоров. Особенно часто подобные решения суды стали выносить после того, как власти Кыргызстана объявили экономическую амнистию, которую называют «кустуризация»: кроме штрафа преступники делают добровольные пожертвования на депозитные счета правоохранительных органов.

Кустуризация - добровольное пожертвование в пользу государства, которое вносят подозреваемые и обвиняемые в коррупции чиновники. По мнению властей, кустуризация должна возмещать нанесенный бюджету ущерб, который рассчитывает ГКНБ. Несмотря на широкое использование, в законах Кыргызстана порядок кустуризации не прописан.

«Очень много украденных денег. У нас нет мыслей посадить всех чиновников, которые крали деньги из казны государства. Если этот человек вернет деньги в государство в рамках закона, то по статье «сотрудничество со следствием» можем их отпустить», — объясняет практику глава Госкомитета нацбезопасности Камчыбек Ташиев.

Однако сами механизмы кустуризации остаются непрозрачными: кто и как определяет ущерб и куда идут деньги после закрытия уголовных дел — передаются в бюджет или оседают на счетах правоохранителей, неизвестно. Публично эта информация не разглашается.

Эксперты считают практику кустуризации порочной. Фактически под предлогом смягчения приговора, людей вынуждают признать вину и выплатить ущерб до решения суда, говорит глава «Правовой клиники «Адилет» Чолпон Джакупова.

«Подобные действия многие расценивают как обыкновенное вымогательство и шантаж, осуществляемые должностными лицами с использованием своего служебного положения», — подчеркивает юристка.

Чаще всего чиновников привлекают за коррупцию

Девять из десяти всех возбужденных дел против высокопоставленных чиновников связаны с незаконным обогащением. 41% дел — возбуждены по статье коррупция.

Однако зачастую даже те дела, где, казалось бы, доказательства налицо, довести до приговора не удается.

Вице-премьера Дуйшенбека Зилалиева задержали в декабре 2018 года аэропорту «Манас», когда он пытался вылететь из Кыргызстана. В его банковской ячейке нашли незадекларированные $889 тыс и драгоценности.

Кроме того, ГКНБ обнаружил у депутата незадекларированную недвижимость — земельные участки, квартиры и офисные помещения. Заработать на это честным трудом чиновник не мог: по официальным данным, доходы Зилалиева и его супруги с 2011 по 2017 годы составили всего 3 млн сомов.

Против чиновника возбудили дело о незаконном обогащении. Кроме того, Зилалиева обвинили в коррупции: занимая должность директора госгеологии, он оформил на своего безработного родственника несколько лицензий на золоторудные и другие месторождения.

Суды первых инстанций признали Зилалиева виновным в инкриминируемых преступлениях. Но в июне 2021 года Верховный суд отменил приговор и отправил дело на повторное рассмотрение «ввиду допущенных процессуальных нарушений».

По данным Генпрокуратуры за последние шесть лет, количество коррупционных и других преступлений против интересов государства выросло почти в три раза. А в 2020 году в среднем совершалось пять коррупционных преступлений в день.

Гуманный суд и спасительная амнистия

В 2015 году у себя в кабинете в момент получения взятки в размере $100 тыс был задержан начальник следственного управления генпрокуратуры Кылычбек Арпачиев. Первоначально его осудили за коррупцию и назначили наказание: 14 лет в колонии усиленного режима.

Но в 2019 года суд изменил на более мягкие статьи — «Злоупотребление должностными полномочиями» и «Вымогательство взятки». Арпачиеву сократили срок и перевели в колонию-поселение.

Кроме коррупции и злоупотребления полномочиями чиновников в Кыргызстане обвиняют в мошенничестве, захвате зданий, контрабанде и даже грабеже.

В 2017 году ГКНБ задержал экс-депутата Райхана Тологонова по обвинению в мародерстве. По версии следствия, в апреле 2010 года, во время второй кыргызской революции, группа лиц под руководством Тологонова грабила офисы и жилые помещения, в том числе принадлежавшие семье сбежавшего из страны президента Бакиева. Сам Тологонов заявлял, что считает дело о мародерстве политически мотивированным.

Депутата осудили на 15 лет, но в результате нескольких амнистий его срок сократился до 5 лет и 3 месяцев.

О том, что амнистия в Кыргызстане применяется непрозрачно, а из тюрьмы можно выйти за взятку, говорил и нынешний президент Кыргызстана Садыр Жапаров.

«В Кыргызстане не только ордена, звания получают за деньги. Когда я там сидел, видел, как некоторые ребята платили деньги, чтобы попасть под амнистию. Конечно, деньги берет не президент, а ответственные чиновники», — заявил он, придя к власти осенью прошлого года.

И добавил, что «среди заключенных нет детей чиновников, богачей, все ребята из простых семей».

Круговорот: статья, тюрьма, госслужба

Некоторые чиновники после задержания на время теряются из виду, а через пару лет снова появляются на политической арене. «Клооп» подсчитал, каждый пятый чиновник, подозреваемый в уголовных преступлениях в последние пять лет, снова возвращался на госслужбу и в политику.

В 2017 году генеральная прокуратура возбудила дело против депутата Жогорку Кенеша Акылбека Жапарова, однофамильца нынешнего президента. По версии следствия, в 2009 году, будучи министром экономики и финансов Кыргызстана, Жапаров согласовал выделение бюджетной ссуды в размере 200 млн сомов (около $4,8 млн) предприятию, которым владели родственники высокопоставленных чиновников, в том числе и его супруга.

Однако никакого наказания Жапаров не понес, он продолжал заседать в парламенте, а в июне 2021 года снова занял кресло министра экономики и финансов Кыргызстана.

Что случилось с его делом, неизвестно. Госкомитет нацбезопасности и генпрокуратура не отвечают на запросы «Клоопа» по уголовным делам чиновников. Сам Акылбек Жапаров на вопрос о деталях расследования заявил: «Я не знаю, что я обвинялся по этому вопросу».

В октябре 2021 года президент назначил Акылбека Жапарова главой кабинета министров, которому, согласно новой Конституции, принятой в апреле 2021 года, будет подчиняться не только правительство, но и администрация президента.

Ярко вернулся в политику и нынешний президент Садыр Жапаров. В 2012 году он и его друг Камчыбек Ташиев организовали в Бишкеке митинг, призвали захватить власть и полезли через забор Белого дома.

Охрана разогнала митингующих, а Жапаров и Ташиев стали фигурантами дела о попытке насильственного захвата власти. Правда, суд их тогда оправдал. В 2013 году во время акции за национализацию «Кумтора» толпа взяла в заложники губернатора Иссык-Кульской области Эмильбека Каптагаева. Организатором похищения ГКНБ считал Садыра Жапарова.

После возбуждения уголовного дела Жапаров покинул страну, жил в Польше, Турции, на Кипре. Вернулся в Кыргызстан в 2017 году с намерением принять участие в выборах президента. Но по приезде его задержали и осудили на 10 лет за хулиганство, применение насилия, захват заложника и угрозу убийством.

В октябре 2020 года, в ходе политического кризиса, вызванного результатами парламентских выборов, Жапаров вышел на свободу и, после отставки действующей власти, провозгласил себя премьер-министром и исполняющим обязанности президента.

Верховный суд тут же снял все обвинения с Жапарова и его друга Камчыбека Ташиева, которого новоиспеченный президент назначил главой службы нацбезопасности Кыргызстана.

Кто еще может вернуться во власть?

Как минимум четверо чиновников и депутатов, бывших фигурантами уголовных дел в последние пять лет, будут участвовать в выборах депутатов Жогорку Кенеша в ноябре 2021 года по спискам разных партий:

• председатель партии «Ата-Мекен» Омурбек Текебаев обвинялся в коррупции и мошенничестве, но был оправдан;
• Кубанычбек Кадыров из партии «Ата-Журт» отбыл наказание за попытку насильственного захвата власти;
• обвинение Ахматбека Келдибекова из партии «Азаттык» в коррупции до сих пор рассматривается в суде;
• кандидат от партии «Альянс» Эмил Жамгырчиев, подозреваемый в получении взятки, находится под следствием.

Представителей власти оправдывают чаще других

Государственная служба стала источником обогащения, а не местом для служения во благо государства, считает юристка, лидер оппозиционной партии «Реформа» Клара Сооронкулова. Высокопоставленным и богатым чиновникам удается избежать наказания, поскольку закон работает избирательно.

«Я уверена здесь большие коррупционные схемы, — поясняет Сооронкулова. — Ворон ворону глаз не выклюет, они [представители всех ветвей власти] друг с другом взаимосвязаны. Если даже к делу приковано общественное мнение, через три дня оно угасает, и потом они [правоохранительные органы и суд] творят что хотят».

Журналисты «Клоопа» проанализировали 26 тысяч уголовных дел, рассмотренных в судах разных инстанций за шесть лет. И выяснили, что только в 4% уголовных процессов суды выносят оправдательные приговоры. Причем чаще всего оправдываются представители власти.

Чтобы этого не было, правосудие должно быть открытым, считает Соорункулова. «Здесь нужен системный мониторинг, — говорит она. — Мы [граждане] должны отслеживать [весь процесс] от возбуждения уголовного дела до вынесения приговора и отбывания наказания. Если процесс мне интересен я имею право его посетить, сидеть, наблюдать за процессом».

Но с прозрачностью в Кыргызстане есть проблемы. В ходе работы над материалом «Клооп» направил ряд запросов о ходе уголовных дел и судебных решениях в отношении отдельных чиновников в Верховный суд, МВД, Генпрокуратуру, ГКНБ.

Все адресаты либо проигнорировали запросы, либо отказались отвечать, ссылаясь на закон о защите персональных данных и невозможность разглашения информации «в интересах следствия».

Тем временем, Садыр Жапаров заявил, что за год, начиная с октября 2020, были привлечены к ответственности 46 глав местных администраций.

«Все, кто работал на высоких должностях и говорил: «Я крутой», были задержаны», — сообщил президент, добавив, что «от борьбы с коррупцией в бюджет восстановлено 7,5 млрд сомов».

Откуда взялась эта сумма и как именно бюджет ее получил, глава государства так и не объяснил.

Редактура: Екатерина Резникова, ***, Анна Капушенко.